18+
суббота, 21 октября
Общество

Тост, который устарел

Сергей Шаргунов о судьбе и стратегии власти

  
112

Побывал недавно в Перми на книжной ярмарке. В самом центре города на стенде под стеклом — огромные цветные фотографии болотного побоища 6-го мая, здесь же непохожая, но карикатура на Путина. Прохожие, осанистый дедок и вспотевший мужик, смотрят, обсуждают, буднично кивают, одобряя стенд, как будто в Москве революция уже победила и докатилась до них.

Потом полетел на литературный фестиваль в Калининград, и видел на столбах и стенах пестрые змейки граффити, воспроизводящие главные лозунги московских манифестаций, не исключая эпитет «вор». Познакомился в кафе с рыжей девушкой Лидой, разговорились, поглощая океаническую пеламиду, и я услышал все те же протестные мемы и горячие предъявы, которыми переполнен интернет.

Те же мемы и предъявы я слышал в конце зимы в ледяных помещениях среди допотопных станков от рабочих Челябинского Тракторного.

Журналист сайта «Свободная Пресса» ежедневно ходит с камерой по Москве, задает первым встречным вопросы по мотивам последних новостей и возвращается под вечер с честным уловом: о власти говорят либо безразлично, либо с отвращением. Люди, не боясь и не жмурясь, называют фамилию главного.

Ее теперь принято называть. Раньше было непринято. Раньше было принято — либо хорошо, либо ничего. При жизни так отзываются о существах обожествленных.

Теперь — либо ничего, либо плохо.

И ещё — часто усмехаются. Над властью начали смеяться.

…В 2000-м году в ночь после президентских выборов в штабе Путина один элегантный мужчина поднял бокал: «За обожествление власти». Сладкое и золотистое, шампанского вкуса «обожествление»… Выпили, ну а поднявший тост на долгие годы стал идеологом, символом и управляющим внутренней политики, черты которой всем, в общем-то, известны.

Жрецами власти могут быть лишь слепо, пусть и до нелепости преданные верховному жрецу. Они, входящие в высший круг, свободны от законов низшего мира. Власть неоспариваема, могущественна, опасна. Всякий, кто посягнет на нее, будет показательно наказан. Всякий, кто упорствует, будет вымазан грязью дна, на которое его низвергнут. Всякий, кто понял свои роковые заблуждения, должен пройти унизительный ритуал раскаяния и отречения от тех, кто еще барахтается в грязи. Горе отступившим. Боязнь важнее любви и изгоняет смех.

Собственно, таковы были установки администрации президента, сформулированные еще в далеком нулевом году (существует даже бумага) и осуществлявшиеся последовательно, с каждым годом нагляднее и радикальнее, с оттеснением самих составителей важной бумаги, на чье место приходили все более стойкие и все менее замороченные кадры. А сводилась бумажка именно к этому: взять под полный контроль политику (выборы, партии, телеканалы), а значит, «массы».

Безоблачно жить, воспарив выше облаков.

В декабре 2011-го началась турбулентность.

Всем внушалось, что «вне системы» — горстка отщепенцев. Однако людей (по сути, в отсутствии «системной оппозиции») вышло так много, что их масса опустила власть из заоблачного пространства. Еще не на болотистую землю, но пониже…

Власть не упала, но лишилась сакральности. Тост устарел, бокал треснул. Если вслушаться в некрасивое слово «десакрализация», можно различить хруст стекла…

И вот, Россия наблюдает нечто новое: многолюдный протест. Кто так устроил? Само время? Нулевые превратились в десятые? Или виноват интернет? Или власть ослабила возня с тандемом?

Сегодня наверху, кажется, не определились: как сбить волну? Заигрывать с фронтменами протеста, превратив черные списки на ТВ в серые? Или зачистить интернет и посадить самых буйных?

Задача одна — любой ценой вернуть сакральность.

Для этого, например, власть всеми силами пытается отождествить себя с Церковью, ведь русский человек, даже будучи трижды атеистом, все равно относится с внутренним почтением к тому месту, где крестят и отпевают.

И вроде бы у власти с ее безграничными возможностями всё должно получиться - люди уйдут с Болотной, если напугать их ОМОНом, словно собакой Баскервилей, да и официальные соцопросы по-прежнему показывают равнодушие большинства.

Но только дело не в проценте равнодушно заполнивших бюллетень, как им подсказали по телевизору. Никто из них не выйдет добровольно защищать Кремль. Дело в самом воздухе. Дело в той новости, которая передается от человека к человеку.

Эта неприятная для власти новость звучит просто: сакральность, единожды утраченную, уже не вернешь.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня