Общество

Наполеон боялся русской свободы

Войну 1812 года выиграли крепостные

  
1281

Принято считать, что война 1812 года вызвала патриотический подъём в русском обществе, который способствовал «взрослению нации». Это во многом так. Однако накануне войны даже прославленные русские полководцы сомневались в том, что крестьяне сохранят верность своему отечеству. Вопрос «воли» (сиречь отмены крепостного права) вышел тогда на первый план в народном сознании. Претензий к господам накопилось к тому времени немало. Не редки были случаи, когда крестьяне грабили брошенные хозяевами имениями.

Однако «крестьянская масса» всё-таки не пошла за Наполеоном, который через своих военачальников обещал вольную крепостным. Почему? О роли народа в первой Отечественной войне «СП» рассказывает старший научный сотрудник института российской Истории РАН, кандидат исторических наук, специалист по истории наполеоновских войн Евгений Мезенцев.

«СП»: — Доводилось слышать точку зрения, что война 1812 года вызвала подъём только в дворянском сословии, многие представители которого вдруг вспомнили, что они русские. А вот простой народ особого рвения не проявлял…

— Как ни странно, крестьяне проявили больше патриотизма, чем дворяне. «Патриотизм» многих дворян заключался в том, что они бросали свои имения и уезжали в Поволожье и на Урал, чтобы там переждать заварушку. А из тех, кто остались «на милость победителя» некоторые даже пошли служить в органы французской администрации, собирали реквизиции в пользу захватчиков. Были, конечно, и те, кто составлял партизанские отряды из своей дворни и уходил в леса. Но таких было немного. Большинство из оставшихся держали своеобразный нейтралитет: с оккупантами не сотрудничали, но и сопротивления не оказывали.

Среди крестьян накануне войны ходили слухи, что Наполеон отменит крепостное право, принесёт свободу. Слухи эти, видимо, подогревались французскими шпионами. Российские помещики боялись, что вступление французов в Россию приведёт к новой крестьянской войне. Даже знаменитые генералы Багратион и Раевский допускали такое развитие событий. В своих письмах они высказывались против отступления вглубь России, потому что крестьянские восстания в центральных губерниях России могли привести к непоправимым последствиям.

«СП»: — Почему же русские крестьяне остались равнодушными к манифесту Наполеона о даровании им воли?

— Документальных фактов, подтверждающих, что подобный манифест был выпущен, нет.

Наполеон долго думал что подобный шаг может ему дать. В конце концов он решил, что разнуздывать стихию крестьянской войны — дело опасное. «Пугачёвщина», которая ещё не забылась в начале 19 века была яркой тому иллюстрацией. Наполеон понимал, что русское крестьянство в конце концов повернёт вилы уже против иностранцев. Бесконечно терпеть оккупацию в благодарность за отмену крепостного права оно не станет.

Поэтому Наполеон сделал ставку на дворянство, которое ему ментально, естественно, было ближе. Он рассчитывал на «французскую партию» среди русской элиты. В неё входили, например, такие влиятельные люди, как дипломат Николай Румянцев, адмирал Николай Мордвинов. В целом позиции этой группы были не очень сильны. Однако Наполеон считал, что после первых поражений русских войск французская партия в окружении царя Александра усилится и склонит царя к миру.

Что касается крестьянства, то некоторые наполеоновские генералы, сохранявшие республиканские взгляды, пытались склонить его на свою сторону, вели агитацию. Говорили крестьянам, что, мол, господа не вернутся, вы теперь свободные люди. Под влиянием таких речей иные крестьяне были не прочь разграбить брошенные помещиками усадьбы. Но дальше сразу вставал вопрос о том, что французскую власть надо признать, и исправно кормить французские войска. Вот тут-то «народные массы» имели свою точку зрения и содержать оккупантов не собирались.

Кроме того, французы вели себя очень нагло и жестоко. Грабили и насиловали, убивали тех, кто пытался оказать сопротивление. Это мгновенно вызвало протест даже у тех крестьян, кто поначалу поверил в рассказы о свободе.

«СП»: — Значит дело только в жестокости французов? И если бы они были «поделикатнее» с местным населением, никакой народной войны могло не быть?

— Начать с того, что французы не могли себя вести иначе. За 20 лет наполеоновских войн они уже привыкли жить разбоем и мародёрством. Командование их за это практически не наказывало. Это был основной принцип Наполеона — война должна кормить сама себя. Потому-то он так стремительно и передвигался во время военных кампаний по Европе, что число обозов в его войсках было сведено к минимуму, солдаты кормились за счёт местных жителей.

Готовясь к войне с Россией, Наполеон понимал, что здесь территории совсем других масштабов. Поэтому сделал на границе значительные запасы продовольствия и всего необходимого снаряжения. Однако проку из этого вышло мало. Продовольствия всё равно не хватало, обозы не поспевали за армией. Пришлось вернуться к системе грабежа и мародёрства.

Но я думаю, что даже если бы французы вели себя, как ангелочки, платили бы деньги за продовольствие, «дубина народной войны», может быть и не с таким ожесточением, всё равно «гвоздила» бы завоевателей.

Крестьяне в 1812 году должны были выбрать между классовым инстинктом и национальным чувством. Последнее оказалось сильнее. Они понимали, что врага надо сначала прогнать, а потом уже разбираться «с внутренними проблемами». Кроме того, велика была надежда, что царь в награду за то, что народ поднялся и прогнал Наполеона, отменит крепостное право.

Здравый смысл в народе подсказывал, что враг не может заниматься благотворительностью. И то, что французы отменили повинности в пользу господ — временное послабление.

Крестьяне рассудили, что драться всё равно надо. В центральных русских губерниях поднялись практически полностью. Во французских источниках есть несколько упоминаний, что за большие деньги отдельные крестьяне соглашались провести через лес французский отряд или спрятать их от наших партизан. Но это были исключения из правил. Большинство наших и французских источников наоборот указывает, что многие крестьяне повторяли подвиг Ивана Сусанина, заводили отряды захватчиков в болота, на казачьи засады.

Часто партизанские отряды возникали после первого же визита французов «за провизией». Возглавляли их чаще всего наиболее грамотные среди сельчан люди — старосты, приказчики, пономари, иногда даже священники.

«СП»: — Наши классики начала 19 века нередко дают представление о крепостных, как о забитых, «тёмных» людях. По мнению Радищева, крепостной раб вообще не мог претендовать на звание гражданина и «сына отечества». Откуда же в таком случае у крестьян взялись такие чувства, как патриотизм, национальная гордость?

— Да, доводилось слышать мнения, что крестьяне ничего не понимали во внутренней и внешней политике, как бы мы сказали сегодня, и поэтому любому краснобаю легко было сбить их с толку и убедить в чём угодно. Но это не так. В крестьянской массе были сильны здравые национальные инстинкты. Если даже что-то крестьяне не понимали умом, на подсознательном уровне они всё равно, как правило, принимали правильные решения.

Кроме того, в каждом селе и деревне староста обязательно умел читать и писать. Важную роль играли в настроениях крестьян сельские священники, которые, несмотря на бедность, тоже были грамотными. Доверие к церковнослужителям у простого народа было большим. А они являлись яростными противниками Наполеона. Последний, как известно, считался безбожником и дважды был предан анафеме Православной церковью. Что касается информирования крестьян, роль СМИ тогда выполняли царские манифесты. Староста зачитывал их в присутствии всей деревни, проводил «разъяснительную работу».

«СП»: — Какова была эффективность крестьянского партизанского движения?

— Историки обычно говорят, что организованная партизанская война, которую вели гусары и казаки, наносила больший урон оккупантам. Но забывают при этом, что без поддержки местного населения рейды русской конницы не могли бы быть успешными. Без продовольствия, корма для лошадей, без проводников в тылу врага много не навоюешь.

Непосредственно крестьянские отряды за время войны по разным данным уничтожили от 30 до 50 тысяч французов. Это довольно ощутимые потери, если вспомнить, что всего французы потеряли в русской компании около 400 тысяч человек. При том, что основной урон от крестьянских отрядов они несли в августе-сентябре 1812 года. В это время решался исход войны и судьба страны. После Бородинского сражения численность русской и французской армий примерно сравнялись. Было состояние зыбкого равновесия. И вот как раз активность крестьян в Московской и Смоленской губерниях создали перевес в пользу русской армии.

«СП»: — Надежды на то, что царь Александр I в награду за верность народа отменит крепостное право имели под собой основу, или крестьяне выдавали желаемое за действительное?

— Основа была, но весьма слабая. Иногда кое-кто из дворян делал крестьянам намёки «на светлое будущее». Например, на Украине во время сбора ополчения один из чиновников объявил, что все, кто были в ополчении, получат свободу, будут считаться вольными людьми. Во время войны царь такие разговоры не пресекал, хотя и не давал конкретных обещаний. Ему надо было любой ценой отстоять страну. А после победы вышел известный манифест со словами «крестьяне, верный наш народ, да получат мзду от Бога». Как видим, правительство вело хитрую политику по отношению к собственному народу.

«СП»: — Вместе с тем Александр I в начале правления искренне пытался провести реформы в стране, как-то облегчить участь крестьян…

— В том-то и дело, что Александр, который в начале царствования слыл либералом и западником, разбередил своими разговорами всё общество. В том числе и крестьян, которые слышали разговоры своих просвещённых господ о передовых идеях царя, и пересказывали их друг другу.

Передовая часть дворянства к тому времени уже тоже приходила к пониманию, что крепостное право становится атавизмом. А потом «сверху» был дан «обратный ход». Это было тем обидней, что польские и прибалтийские крестьяне после войны 1812 года вольность получили. То есть собственный народ ставился в положение второсортного.

«СП»: — Почему?

—  Трудно сказать. Обычно объясняют, что Александр I вообще жаловал иностранцев, а к своим относился прохладно, с недоверием. Сказалось, наверно, что его воспитанием в детстве занимался швейцарский учитель Лагарп, убеждённый в дикости русских. На всех постах во время правления Александра было засилье европейцев, особенно немцев. Генерал Ермолов как-то в сердцах сказал, что русских записали во второй сорт. И когда царь предложил ему награду, он съязвил: «Государь, произведите меня в немцы».

После Венского конгресса 1814 года император постоянно разъезжал по Европе. В Россию наведывался редко. Сыграли роль и личные качества монарха. Не хватало решительности. Всё-таки отмена крепостного права в такой стране, как Россия — шаг огромной ответственности. Думаю, если бы Пётр Первый был на месте Александра, он мог пойти на это.

«СП»: — Отмена крепостного права на пол века раньше изменила бы русскую историю?

— Безусловно. Не случайно, после того, как проиграли Крымскую войну, начали раздаваться голоса, что быстрая победа в 1812 года сыграла со страной злую шутку. Если бы Наполеон дошёл бы до Волги, взял Петербург, царь для спасения страны был бы вынужден отменить крепостное право и провести буржуазные реформы. Вот тогда бы мы вышвырнули французов и ко времени Крымской войны настолько развили свою экономику, что с нами бы уже никакая Европа не справилась.

Доля правды в таких размышлениях была. В любом случае отмена крепостного права в 1812 году пошла бы России только на пользу. Мы имели все шансы догнать и перегнать самые развитые на тот момент европейские страны. И Россия, как мечтал Виссарион Белинский, могла бы стать во главе всего цивилизованного мира.

Кстати, это ещё одна причина, почему Наполеон так и не решился объявить волю русским крестьянам. Он прекрасно понимал, что Россия и так очень сильный соперник, а после отмены крепостного права может стать и вовсе непобедимой.

Самый удобный момент для царского манифеста о даровании воли был в тот момент, когда французы находились в Москве. Он вызвал бы такую волну благодарности в народе, что французов бы смели ещё быстрее.

Справедливости ради надо сказать, что не только в России монархия проявила недальновидность.

Во время похода в Испанию Наполеон как раз решился отменить крепостное право. Зажиточные крестьяне, кулаки иначе говоря, заняли более мягкую позицию по отношению к его войскам. А большинство народа продолжило ожесточённое сопротивление в надежде, что когда испанский король Фердинанд вернётся к власти, он сам дарует крестьянам свободу. Однако эти надежды оказались несбыточными.

Репродукция картины «Сражение при Бородине», 26 августа 1812 г. художника П.Гесса. Фото ИТАР-ТАСС

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Дмитрий Аграновский

Российский адвокат, политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня