Общество

Восточная революция

Вадим Левенталь о внутреннем Коштырбастане

  
4428

В рассуждении о том, что Запад есть Запад, а Восток есть Восток, и вместе им не сойтись, есть один существенный изъян. По сути, речь идет о логическом самоубийстве (ну, знаете, по типу «все критяне лжецы» — коли ты это говоришь, так, получается, непременно лжешь). То есть в одном отдельно взятом сознании (Киплинга в данном случае) Восток и Запад уже сошлись в рамках настоящего рассуждения.

И так происходит всякий раз, когда мы тут (мы же, кажется, все-таки Запад) думаем о Востоке. Это почтенная традиция, у нее даже есть название (правда, по нынешним временам не слишком политкорректное) — колониальная проза. Извод этой традиции был и у нас — в свое время был составлен, да так из соображений политкорректности и не вышел сборник «Русская колониальная проза»: Николай Тихонов сотоварищи — о Средней Азии.

Но даже если вы совсем не читали никакой колониальной прозы, можно посмотреть великий фильм Бертолуччи «Под покровом небес» (он снят по роману Пола Боулза, но его я как раз из любви к фильму читать боюсь).

Тема-то, если в самом широком смысле брать, одна общая: понять что-то на этом Востоке невозможно, будешь настаивать — тебе же хуже.

И никакой интернет нам тут помочь не в состоянии. Ну да, теперь мы получаем новости из Египта, Турции, Сирии и т. д. в режиме реального времени — а толку-то? Будто хоть кто-то понимает, что там происходит.

Не стало одного за другим тиранов, которые десятилетиями щеголяли в орденах и черных очках, — и тут же гекалитрами полилась в горячие пески кровь. Правда ли, что чем дальше поворачиваешь глобус влево, тем больше народ любит вождя, тоскует по вождю, передоверяет свое личное — судьбу, славу, счастье — вождю?

И что альтернатива — либо мир и спокойствие, но тоталитаризм и «ржавая вода разливается на портретах великий дождей», либо полная демократия, свободное волеизъявление граждан и реки крови?

У меня нет ответа на этот вопрос, но важно его поставить в правильном ключе. В каком? Сейчас объясню. Я все подбираюсь к роману Евгения Чижова, «Перевод с подстрочника», который только что прочитал, — в этой тонкой, умной, чýдно написанной книге он именно так и поставлен.

Немолодой московский поэт едет по протекции школьного товарища в некий выдуманный Коштырбастан — школьный товарищ там стал местным Сурковым, — едет переводить стихи Народного Вожатого. Народный Вожатый — то ли гений, вытащивший родину из пучины гражданской резни, то ли — деспот, ведущий страну к краху. Есть аргументы и за, и против, но все какие-то ненадежные. Вот общается, например, герой с местным оппозиционером — тот про репрессии, про пытки, про нищету и воровство — очень убедительно — а потом оказывается, что он всерьез уверен, что тиран на самом деле не человек, а какой-то суфийский демон. Или знакомится с местным поэтом — тот доказывает, что все стихи за деспота написал он. Но поэт — явно сумасшедший.

Тотальная ненадежность знания, — вот о чем речь. Можно быть убежденным в чем угодно — в том, например, что два года назад в Ливии хорошие парни замочили плохого Каддафи и устроили демократию, или что ЦРУ устроило все эти революции, чтобы получить нефть, — но при приближении любой оазис в пустыне может оказаться миражом. It’s a miracle, как пел один голосистый певец-иранец.

Путешествие на Восток оказывается путешествием к себе, вглубь собственного сознания, которое — как доказал нам психоанализ — самая ненадежная штука на свете. С Народным Вожатым герой встречается дважды. Сначала — во сне, и во сне он оказывается его, героя, совестью, корит его за профуканную жизнь, за женщин, которых он столько обидел, за друзей, которых предал, а потом — наяву, и наяву он оказывается пережившим инсульт полутрупом: не лицо, а посмертная маска.

То есть вроде бы все же деспот, и надо свергать. А может быть, деспот, но лучше от греха подальше не свергать? Когда начались волнения в Турции, недели две канал «Евроньюс» говорил на полном серьезе, что вся проблема — в парке, который стамбульцы решили отстоять. Ну бред же. А почему? Мне кажется, бедные европейцы просто вдруг обнаружили, что в их НАТО и почти Евросоюзе — оказалась какая-то марсианская страна.

Черт ногу сломит: то ли Эрдоган — просвещенный лидер, лишивший власти военщину, то ли — исламский протофундаменталист, еще немного, и шариат введет. Где хорошие парни и плохие парни? За кого болеть?

То ли дело у нас — есть социалисты, есть капиталисты, даже националисты есть, все честь по чести — партии, выборы, демократов меняем на республиканцев, потом наоборот, чтобы не задавались. А в России? Целых две как будто бы партии, но в чем они друг с другом не согласны — без пол-литра не разберешься. А главный оппозиционер Навальный приглашает консультантом экономиста Гуриева — адепта ровно той же экономической идеологии, которую исповедуют обе главные партии.

Здесь вообще может быть политика? Или у нас Коштырбастан, и хватит уже выделываться, пора ставить памятники Народному Вожатому. Золотые, стометровые.

Это я иронизирую, но если серьезно, роман Чижова, конечно, о внутреннем Коштырбастане. Который внутри каждого — в любой точке глобуса, куда ни ткни. Потому что в действительности нет никакого Запада и никакого Востока — глобус можно крутить в любую сторону. Восток — это метафора для такого состояния ума, в котором мы понимаем, что ничего не понимаем.

И надежность представлений о Западе — тоже иллюзия. Ну, положим, памятников Народному Вожатому не ставят. Да и Народный Вожатый там выведен в символическое пространство — но ведь есть, да? Привет дяде Сэму. Это ведь элемент декора. Тут — ковры, там — гобелены, тут кофе, там зеленый чай.

Методы эксплуатации людей были изобретены семь тысяч лет назад и с тех пор только совершенствуются. Нищие, забитые люди Коштырбастана в романе Чижова не вызывают никакой симпатии — опасные звери, по сути: героя чуть не убили, а в конце концов даже и убили. И вроде бы понятно, что с такими коштырцами — пусть уж будет Народный Вожатый. От греха подальше.

Но единственный положительный герой в романе — сам этот поэт. Потому что он единственный — совершает путешествие на Восток. То есть — в собственное сознание.

Еще проще? Нужен рецепт? О’кей. Нужно быть тотально ни в чем не уверенным — это обязательное условие, только так можно убежать с подводной лодки этого мира, в котором слишком, слишком много зла.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Дмитрий Журавлев

Генеральный директор Института региональных проблем

Семен Багдасаров

Политический деятель

Сергей Марков

Политолог

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня