18+
воскресенье, 25 сентября
Общество

Наука растратить миллиарды

Масштаб денежных вливаний в скандальный проект «Сколково» будет сопоставим с финансированием РАН

  
6869

Дмитрий Медведев в очередной раз не решился отключить свое любимое детище — «инноград» Сколково — от финансового «аппарата искусственного жизнеобеспечения». Подписанная премьером редакция госпрограммы «Экономическое развитие и инновационная экономика», в которую вошла подпрограмма по созданию инновационного центра «Сколково», предполагает выделение очередной порции средств из федерального бюджета на проект, жизнеспособность которого вызывает все большие сомнения. Общая стоимость комплекса реанимационных мероприятий на период с 2013 по 2020 годы составит 125,2 миллиарда рублей. По утверждению «кремлевских врачей», эта сумма будет потрачена на развитие исследований, разработок и коммерциализации их результатов по приоритетным направлениям.

В текущем году на покрытие нужд резидентов Сколково планируется потратить 24,3 миллиарда рублей, в следующем — 23 миллиарда, в 2015 году — 18,3 миллиарда рублей. Предполагается, что госинвестиции приведут к увеличению числа патентов и выручки компаний-участников «Сколково». К 2020 году Сколковский институт науки и технологий будет ежегодно готовить не менее 1 тысячи инновационных кадров. Отцы-основатели подмосковной «Силиконовой долины» также планируют удивить мир числом публикаций, приходящихся на сто исследователей. К отчетному периоду оно будет находится на уровне 75−85. Впрочем, в «мотивировочной части» подпрограммы указаны и менее виртуальные показатели. Имеющие более предметное отношение к декларируемому процессу технологического перевооружения российской экономики. Так, ожидается, что за семь лет количество заявок на регистрацию объектов интеллектуальной собственности участниками «Сколково» вырастет со 159 до 350 штук. При этом коммерческая отдача (выручка компаний) должна составить 100 миллиардов рублей. То есть, по большому счету, будет отрицательной- 25,2 миллиарда убытков.

Впрочем, даже такой умеренно-пессимистический прогноз пока не получает подтверждения. Так в прошлом году сколковские компании заработали всего 1,2 миллиарда рублей выручки. Зато с точки зрения извлечения коррупционной ренты, этот проект идет с «опережением графика». О чем свидетельствует целая серия громких скандалов. Напомним, что в то время как кабинет Медведева продолжает проливать обильные финансовые потоки над Сколково, традиционная российская наука вынуждена довольствоваться малым. На плановый период 2014 и 2015 годов предусмотрено финансирование Российской академии наук в размере 111,2 миллиарда рублей. Причем, эту сумму предполагается не влить в отдельно взятый проект, а тонким «нанослоем» «размазать» по более чем 468 научным учреждениям РАН. После чего обвинения академической науки в пресловутой «неэффективности» выглядят изощренным издевательством.

Тем временем, дурной сколковский пример оказался заразительным. Региональные элиты активно перенимают опыт федеральных властей, обзаводясь своими собственными «карманными» «сколково». Так, например, губернатор Пензенской области Василий Бочкарев решил совместить приятное с полезным — «отзеркалить» модную инновационную инициативу в своей «вотчине». А заодно, сделать приятное первому лицу. Как стало известно, в сентябре этого года в области будет введен в строй Пензенский универсальный технопарк инновационных нанотехнологий. Команде губернатора пришлось проявить определенные креативные способности для того, чтобы заглавные буквы названия как бы невзначай сложились в политически безошибочную аббревиатуру «ПУТИН». Имеет ли смысл ли уточнять, что сервильный порыв «прильнуть устами» к источнику бюджетного финансирования была просто обречена на успех. На создание объекта из федерального бюджета уже выделен 1 млрд. 149 млн. рублей

Первый заместитель председателя комитета Госдумы по науке и наукоемким технологиям Дмитрий Новиков напомнил, что в процессе продавливания реформы РАН одним из аргументов правительства был тезис о существенном увеличении государственного финансирования науки в РФ. Дальше последовало заявление, что раз отдачи не видно, значит, нужно реформировать Академию наук. На примере подписанной премьером госпрограммы мы видим, что бюджетные деньги, по большому счету, обходят РАН стороной. Не говоря о том, что уровень финансирования научных исследований даже с этой существенной оговоркой до сих пор ниже аналогичного показателя 1990 года. В сопоставимых ценах современные госинвестиции в науку в четыре раза меньше.

«СП»: — Получается, даже эти финансовые крохи не достаются академической науке?

— К сожалению, это так. Дополнительную абсурдность этой ситуации придает то, что проекты типа Сколково пока были замечены разве что в скандалах. При этом многие наукограды и академические институты чахнуть из-за недостаточного финансирования. Когда была поднята тема необходимости реформирования РАН, много говорилось про прорывные исследования и их внедрение в производство. Это некорректная постановка вопроса. Задача Академии организовать фундаментальные исследования. Конечно, на их основе можно будет делать прикладные разработки. Однако, для этого может потребоваться немало времени. От фундаментальных открытий, сделанных Жоресом Алферовым, до присуждения ему Нобелевской премии прошло более 20 лет. Такой период времени потребовался, чтобы осознать ценность этих исследований. Это произошло потому, что фундаментальные открытия стали приносить конкретную производственную отдачу.

«СП»: — Насколько реально осуществить такой технологический трансфер сегодня, на фоне разрушения многих отраслей производства?

— Проблема в том, что частные собственники, получив в свои руки часть общенародной собственности, не только не занимаются технологическим перевооружением производства, но и сворачивают деятельность структур, занимавшихся НИОКР. Они то и были в свое время «приводным ремнем», который позволял внедрять в производство открытия в «фундаменталке». Те средства, которые выделяются сегодня на Сколково, лучше было бы потратить на восстановление этой системы.

«СП»: — Почему проект Сколково не достигает заявленных целей?

—  Он создается на пустом месте. Система исследовательских и опытно-конструкторских организаций была непосредственно привязана к производству. То есть к конкретным заводам и фабрикам. В отличие от этой проверенной системы Сколково напоминает «пылесос», который, с одной стороны, «выкачивает» из бюджета большие средства. С другой стороны, даже если это начинание состоится в том виде, в котором оно было задумано, то оно превратится в открытую «форточку», через которую будет осуществляться утечка умов и технологий на Запад. Задумка Сколково изначально состоит в том, что в нем участвует иностранный бизнес. Это означает достаточно своеобразную интеграцию проекта в международную систему. Проблема в том, что эта интеграция будет действовать в одностороннем режиме. Запад будет выкачивать из России мозги и технологии, а мы лишь будем наблюдать за этим процессом.

Директор Института проблем глобализации Михаил Делягин не уверен, что создание очередного технопарка и продолжение финансирования другого несмотря на сотрясающие его коррупционные скандалы, можно назвать внятной и последовательной инновационной политикой государства.

«СП»: — Как вы оцениваете новомодные форматы развития инновационной сферы?

— Я бы вообще не говорил, что технопарк это новая форма. Не говоря уже о том, что инновации и фундаментальная наука это совершенно разные вещи. Фундаментальное знание есть не что иное как познания мира. И лишь потом на ее базе создаются новые технологические принципы. Для того, чтобы их реализовать на практике в процессе общественного производства. В условиях, когда инновации не нужны государству и активно им отторгаются, создание технопарков производит впечатление простого «распила» средств. А броские аббревиатуры вроде ПУТИН, видимо, нужны в качестве защиты от рэкетиров.

«СП»: — Есть ли перспективы у сколковского проекта?

— Абсолютно никаких. Насколько я могу судить, он начинался как, с одной стороны, девелоперский проект, а, с другой, как «распилочный». И нет никаких признаков того, что он приобретет новое качество.

«СП»: — Почему Дмитрий Медведев так цепляется за него?

— Я думаю, что он не возражал против этого с самого начала. Он же не безумный человек и должен понимать, что организует. Нельзя же так плохо думать о премьер-министре и бывшем президенте. Есть пропаганда, а есть реальные дела. Последние таковы, что, как в рекламе, «иногда лучше жевать, чем говорить».

По мнению председателя наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития Юрия Крупнова Россия переживает конечную стадию деиндустриализации и технологической десуверенизации. В РФ остается все меньше производительных сил, способных создавать более-менее сложные вещи (гражданская авиация, судостроение, станкостроение). Пропорционально этому возрастает количество симулякров в сфере промышленной и инновационной политики. Всякого рода «инновационных экономик», «сколково», технопарков и всякого рода наноразработчиков. По сути это атрибуты колониальной экономики.

«СП»: — В чем выражается утрата технологического суверенитета?

— Все наши хваленые автопромы, не говоря уже про «убитые» авиапромы, это по сути «отверточная» индустрия. Когда ни фундаментальной, ни прикладной науки, ни конструирования сложных машин в нашей стране не остается. Все эти центры находятся зарубежом. Россия же превращается в «технологическую свалку», куда выбрасывается «товар» не первой свежести. В результате мы получаем экономику колониального типа.

«СП»: — В этом контексте учиненный властями «погром» РАН абсолютно закономерен — экономической колонии не нужна «большая наука»…

— Совершенно верно. Процесс «освобождения» от амбиций великой научной державы происходит на наших глазах. Правительство Медведева стало классическим колониально-компрадорским правительством, которое уничтожает наш технологический суверенитет. В этом ситуации разглагольствования на тему политического суверенитета выглядят просто смешно. России нужна новая индустриализация не отверточного типа, а индустриализация полного цикла. Производство конкурентоспособной продукции начинается с фундаментальной науки. Начинать восстановление технологического суверенитета надо с того, что увеличить в 3−5 раз финансирование РАН, оставив Академию в покое.

Затем нужно фактически заново создать прикладную науку. Наши руководители периодически посещают «передовые», «образцово-показательные» производства с красивыми станками и стенами. При этом тот же Суперджет чуть ли не на 80% собирается из иностранных комплектующих. Хотя эта начинка, собственно, и составляет основную «прибавочную стоимость» конечного продукта. Нам показывают красивую упаковку и пытаются убедить, что «страна поднимается с колен». Однако, в данном случае речь скорее идет об имитационной индустриализации.

Фото: Сергей Киселев/Коммерсантъ

СМИ2
24СМИ
Цитаты
Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Комментарии
Новости партнеров
Первая полоса
Фото дня
СМИ2
Новости
24СМИ
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
Миртесен
Цитата дня
Миртесен
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня
СП-ЮГ
СП-Поволжье