Общество

Творчество умолчания

Олег Кашин о вещах, которые нужно не замечать, чтобы оставаться нейтральным

  
8085

Это, знаете, как незадорого снимают кино про какую-нибудь прошлую эпоху. Если в помещении, то камера старается не смотреть вниз, потому что на полу линолеум, на фоне которого жабо или рыцарские латы героев могут смотреться довольно странно; если на улице, то в Москве таких улиц, кажется, две, одна улица Школьная, на Таганке, и вторая — вдоль стены Новодевичьего монастыря со стороны реки (Бортко в «Мастере и Маргарите» перенес знакомство Маргариты с Азазелло из Александровского сада к Новодевичьему, потому что в Александровском саду теперь Церетели и много чего еще), но тоже надо следить, чтобы в кадр не попал какой-нибудь современный троллейбус. Смотришь такое кино и понимающе посмеиваешься, потому что неважно как зовут режиссера, режиссер у такого кино один — бедность (Михалков-то для «Сибирского цирюльника» даже кремлевские звезды гасил), и для этого режиссера самое главное не то, что попало в кадр, а то, что как раз не попало, творчество умолчания такое, отдельный жанр.

В жизни, конечно, так же. В России можно жить, глядя вокруг, как та камера из малобюджетного фильма, — сюда не смотрим, туда не смотрим и вон туда тоже. При соблюдении этих условий жизнь делается гораздо проще, и ты можешь позволить себе просто делать свою работу, находиться над схваткой и быть ослепительно нейтральным и объективным.

И ты говоришь, что фотографа Синякова арестовали, может быть, и зря, но он ведь не смог доказать, что он журналист при исполнении профессиональных обязанностей, и что бумага с редакционным заданием обнаружилась только после ареста, и что вообще пора бы перестать лицемерить, и если человек с камерой приходит на «несанкционированную акцию» вместе с ее участниками, то он уже перешел грань, отделяющую журналиста от активиста, а эту грань переходить нельзя, потому что так размываются границы профессии, и плохо от этого в конце концов становится всем, и прежде всего как раз тем, кто просто делает свою работу, принципиально не вмешиваясь ни во что, что выходило бы за рамки профессии. Почему-то всегда рядом с ментом, надевающим на человека наручники, всегда окажется кто-нибудь, кто легко найдет множество аргументов, что человек в наручниках сам виноват и первый начал.

Так принято, таковы неписаные правила, человеческие и профессиональные. Правда, эти правила были придуманы черт знает когда, Магнитский был еще жив, и много кто еще, и нынешние болотные узники меньше всего могли подумать, что они станут болотными узниками, и на «несанкционированных акциях» менты тогда еще всякий раз привычным жестом отсортировывали задержанных журналистов от задержанных активистов, и ни те, ни другие против этого не возражали. За сто лет в России не меняется ничего, но за десять лет меняется все, и с начала нулевых у нас как раз все поменялось, и то, что было доблестью десять лет назад, давно уже стало подлостью. Десять лет назад можно было говорить «знал, на что шел», когда репортер попадал в милицию после акции нацболов. Когда репортер после акции «Гринписа» получает два месяца ареста, «знал, на что шел» — это уже подлость. Когда камера не может смотреть допустим, только вниз, это еще терпимо, а когда нельзя смотреть еще и вправо, и влево, и вверх, то никакого кино уже не получится, то есть получится, наверное, но очень плохое. За десять лет количество вещей, на которые надо не обращать внимания, чтобы оставаться нейтральным, выросло в России до какого-то совсем невозможного показателя.

Когда-нибудь что-нибудь опять изменится, а пока все вот так. На днях я ходил по мелкому делу в Организацию объединенных наций, там на входе, прежде, чем тебе выдадут пропуск, надо заполнить анкету. Я сел заполнять и споткнулся на графе «род занятий». Мне впервые в жизни не захотелось представляться журналистом, и я написал — «политический активист». Если бы мне пять лет назад сказали, что так будет, я бы очень долго смеялся.

Фото: ИТАР-ТАСС

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Олег Смирнов

Заслуженный пилот СССР

Сергей Обухов

Доктор политических наук, секретарь ЦК КПРФ

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
10 лет Свободной Прессе
Елена Вяльбе
Елена Вяльбе

«Десяточка»? Хорошая для начала дистанция, в лыжных гонках она применяется в эстафете 4×10 километров. Это означает, что дистанция преодолевается в команде четырьмя отдельно взятыми спортсменами, но результат — один на всех, тут общая и победа, и поражения. В общем, поздравляю всю команду «Свободной прессы» с первым 10-летием и желаю не сходить с дистанции и в таком же темпе идти вперед! Ну, и спорта, конечно, побольше!

Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня