Общество

Песня аутсайдера

Олег Кашин ищет себя в районе «Бирюлево Западное»

  
13875

Когда говорят, что человек — мера всех вещей, я сразу же с этим соглашаюсь, имея в виду одного конкретного человека, который, и я в этом всерьез уверен, действительно имеет право называться мерой всех вещей. Не буду нагнетать интригу и сразу скажу, что имею в виду себя; мера всех вещей — это я. Я не настаиваю на универсальности этой формулы, более того — подозреваю, что только я один и могу ею пользоваться. В этом нет никакой мании величия, сугубый рационализм: только о себе я доподлинно и без посредников знаю все, только мои мотивации известны мне точно, только моя логика понятна мне без вот этого всякого «а что он имел в виду» или «а на кого он работает». В перестроечных «Московских новостях» колумнистов распределяли по трем рубрикам на одной полосе - «В мире», «В стране» и «Во мне». Если бы я двадцать пять лет назад работал в этой газете, то я бы писал именно в рубрику «Во мне», но поскольку нет давно тех «Московских новостей», будем считать, что я сдал в «Свободную прессу» текст, написанный для той старинной рубрики.

Бирюлевские события — далеко не первый массовый бунт, случившийся после убийства местного неместным. Семь лет назад была Кондопога, три года назад — Манежная, три месяца назад — Пугачев; в принципе, всё всегда одинаково, вплоть до деталей. Бездействующая (а потом — действующая, наоборот, сверх меры) полиция, разбитые окна и ощущение, что вот-вот и случится какой-нибудь самосуд, слухи о провокаторах, слухи об имущественном конфликте, который маскируется под народной стихией — все всегда одинаково. Ну, плюс-минус.

И я хорошо помню, что я писал в 2006 году о Кондопоге. Это было начало сентября, и Кондопога застала меня в Северной Осетии, куда я приехал наблюдать за траурными мероприятиями в связи со второй годовщиной бесланской катастрофы, и сочетание времени и места само по себе стало главным посылом для колонки — я писал, что по межнациональной напряженности юг у нас на несколько лет опережает север, и если вы хотите узнать, чем обычно заканчивается то, что сейчас началось в Кондопоге, посмотрите на детское кладбище Беслана, — примерно так я писал, доказывая, что участники восстания в Кондопоге неправы.

Я хорошо помню и то, что я писал в декабре 2010-го во время событий на Манежной — тогда тоже интересно совпало время и место; свои тексты о Манежной я писал в больнице, в которой лежал после покушения на мою жизнь, случившегося месяцем ранее. Каждый день ко мне в палату приходили оперативники МУРа с тысячами фотографий членов фанатских футбольных объединений, и я уже знал, что организаторы покушения наняли для меня именно футбольных хулиганов. В промежутках между этими оперативными мероприятиями я писал со знанием дела, что футбольные фанаты — это очень опасная среда, и, заигрывая с нею, власть сама провоцирует массовые беспорядки.

И вот сейчас, осенью 2013-го, комментируя события в Бирюлеве, я хоть и осторожно, сквозь зубы (экстремистских статей уголовного кодекса никто не отменял), пишу какие-то слова в поддержку восставших бирюлевцев. Впервые в жизни, впервые, по крайней мере, за семь лет, я не могу и не хочу искать аргументы, которые доказывали бы, что участники волнений неправы.

А поскольку волнения, судя по всему, ничем особенно не отличаются от того, что происходило раньше — значит, дело как раз во мне, а не в волнениях. Я же говорил, что я мера всех вещей.

В 2006 году я называл себя прокремлевским автором, большую часть своих текстов посвящал критике тогдашней оппозиции и защите тогдашнего Кремля. Кондопога для меня была одним из, говоря кремлевским языком всех времен, вызовов, на которые следовало реагировать с охранительных позиций. Критикуя людей, громивших ресторан в Кондопоге, я защищал от них государство, с которым я себя тогда вполне искренне ассоциировал. Выбирая между погромщиками Кондопоги и государством, я вставал на государственную сторону.

В 2010-м я уже был совсем не охранителем, и если с кем-то себя ассоциировал, то только с той средой, которую тогда же (возможно, что и при моем участии так получилось) было принято называть средой «Жан-Жака» — по названию модного тогда среди московской интеллигенции кафе на Никитском бульваре. Эта среда, и я с ней, людей с Манежной откровенно боялась; за несколько месяцев до декабрьских событий я писал для культового в то время в той среде журнала статью о футбольных хулиганах, и, придя в редакцию после нескольких интервью с людьми из фанатских группировок (их телефоны я отдам потом следователю по моему делу), я просил редактора, если есть такая возможность, переверстать номер и обойтись без моей статьи — это страшные люди, говорил я. Переверстать не удалось, статья вышла (там ничего особенного, я старался писать как можно обтекаемее), но отметка «страшные люди» применительно к будущей Манежной у меня в голове, а потом и на голове, осталась, и, конечно, нет ничего удивительного в том, что по поводу Манежной я в своих текстах ворчал — почему этих людей не разгоняет ОМОН?

А осенью 2013-го я не готов ассоциировать себя ни с государством, ни с бывшей средой «Жан-Жака», ни с кем-то еще — не с кем. Единственная человеческая общность, говоря о которой, я готов сегодня сказать «мы» — это русский народ. Есть гипотеза, что люди из Бирюлева Западного и есть русский народ. Несимпатичные, с неправильной речью, с неясными требованиями и странно себя ведущие. Но кроме этих людей у меня никого нет. По всем признакам такое социальное ощущение называется аутсайдерством, но это аутсайдерство мне нравится гораздо больше, чем принадлежность к любой из сред. Это удивительное и странное чувство, и я хочу зафиксировать его сейчас документально — я не ожидал от себя ничего подобного.

Измеряя свой народ мерой всех вещей, я нахожу его вполне симпатичным, а в сравнении с властью, оппозицией или либеральной интеллигенцией — так вообще идеальным.

Да здравствует русский народ.

Фото: Василий Шапошников/Коммерсантъ

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Игорь Шатров

Заместитель директора Национального института развития современной идеологии

Федор Бирюков

Член Президиума партии «Родина»

Иван Коновалов

Директор Центра стратегической конъюнктуры

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня