18+
суббота, 30 июля
Общество

Почему Западная Белоруссия не Западная Украина

Что удерживает белорусов от Майдана: «диктатура Лукашенко», национальный характер или вменяемые учебники истории?

  
24688
Почему Западная Белоруссия не Западная Украина

Мой коллега, оппозиционный минский журналист Дмитрий Галко, широко известный в «живом журнале» как budimir, четыре раза задерживался правоохранительными органами Белоруссии за участие в несанкционированных митингах. В пятый раз, как подозрительную личность, его прихватили ополченцы Донецкой народной республики, когда журналист Галко отправился в командировку на Украину, к местам боёв. Так что жизнь у этого человека не скучная.

На днях мы обменялись с коллегой впечатлениями от поездки в Гродненскую область, на самый запад Белоруссии. Дмитрий ездил туда, чтобы найти «хоть что-то похожее на Западную Украину». Путешествовал он в Гродно ещё до всех киевских майданов и тем более до военных действий в Донбассе. Интересовался больше не политикой, а культурой. Хотел понять, сохранился ли там, на западе, белорусский язык и жива ли национальная самобытность. Сам Дмитрий вырос в семье известного минского журналиста с сельскими корнями. Дома у них говорили по-белорусски. А сегодня в Минске уже почти никто на родном языке не говорит.

Ничего обнадёживающего Галко на западе не обнаружил. Там все вокруг тоже изъясняются на великом и могучем, а встречающаяся местами показная «белорусскость» носит чисто декоративный, этнографический характер. Дмитрий был глубоко разочарован поездкой. По его словам, это чувство не скрасили ни исторические памятники древнего Гродно (который, между прочим, старше Москвы), ни европейская обустроенность окрестностей.

Моя собственная поездка на запад Белоруссии (вернулся неделю назад) оставила, по понятным причинам, другие впечатления. Давайте расскажу обо всём по порядку.

…В Гродно у меня есть хороший знакомый, полковник российской армии в запасе Николай Вильчинский. Восемь лет назад Николай Романович закончил службу и поменял однокомнатную квартиру в Подмосковье на отличную 90-метровую трёшку в Гродно. С тех пор живёт-поживает с женой и дочкой на самом западе Белоруссии, в 15 километрах от польской границы (если мерить напрямую) и в 30 километрах от литовской. И своей новой жизнью очень доволен.

Наше с Вильчинским виртуальное знакомство состоялось осенью 2010 года. Тогда я провёл целый месяц в белорусской столице и написал об этом большую статью, которую назвал без затей — «Месяц в Минске».

Её перепечатали многие издания, от газеты «Советская Беларусь» до камчатского сайта КПРФ. Некоторые читатели вступали с автором в переписку. Одним из самых интересных моих корреспондентов был полковник Вильчинский.

А вскоре, в 2011 году, в Белоруссии случился кризис. Оттого, что Лукашенко перед очередными выборами попытался выполнить свои обещания: довести среднюю зарплату по стране до 500 долларов. Чудес не бывает, началась инфляция. Доллар взлетел до небес. В минские обменники выстраивались очереди. Да не простые: надо было с вечера записаться, а утром прийти на перекличку. Следом рванули в зенит магазинные цены.

В те дни я попросил Николая Романовича рассказать, как выглядит ситуация изнутри, из Белоруссии, и что он обо всём этом думает. Вильчинский изложил свои соображения по-военному чётко, подробно и довольно-таки нелицеприятно для всенародного батьки. Мне этот расклад очень пригодился в газетной работе.

Мы с полковником продолжали время от времени переписываться. Когда я недавно собрался в Белоруссию в командировку, сообщил Николаю Романовичу, что хотел бы посмотреть западную часть страны. Он с большим энтузиазмом вызвался всё показать. Я купил билет на поезд Москва-Гродно, в пять часов пополудни сел в купе (соседями оказалась семейная пара из Москвы, ехавшая в белорусский санаторий, это популярное у россиян направление) — и на следующее утро в половине девятого вышел на перрон, где меня дожидался Вильчинский.

Машина у Николая Романовича редкая — «Крайслер-Крузер». Он купил её совсем не дорого, подержанную. Говорит, что не стал бы связываться с такой диковиной, но друг дочери работает в СТО, руки у парня золотые, потому проблем с ремонтом нет. Нет проблем и с запчастями: на окраине Гродно находится крупнейший в Белоруссии рынок, где можно купить всё.

Первым делом мы совершили небольшую обзорную экскурсию по городу. Гродно не мал и не слишком велик: население 350 тысяч человек. Он гораздо чище среднего российского города, без шанхаев на окраинах и совсем без пробок.

В последние годы тут построили несколько новых развязок, очень рациональных.

Теперь путь через весь город или из центра на дачу занимает минут 20 или полчаса.

В Гродно прекрасные парки и зоны отдыха, не уступающие по благоустройству московским и питерским. Исторический центр богат памятниками.

Национальный состав в Гродно такой: 62% белорусы, 24% поляки, 10% - русские. По внешнему виду местных жителей никак не различишь, все действительно говорят по-русски. Билборды, названия магазинов и всевозможные объявления тоже на русском.

Тем временем «Крайслер-Крузер» полковника Вильчинского паркуется возле гостиницы «Беларусь». После Москвы цена на одноместный номер звучит, как музыка: 50 долларов за двое суток. Я забросил в номер сумку, побрился, и мы продолжили экскурсию.

Вот еврейское кладбище. По переписи начала XIX века в Гродно насчитали 12 тысяч душ, из них 8 тысяч иудейского вероисповедания, три тысячи католиков и тысячу с чем-то православных.

История города и края очень похожа на историю Западной Украины. Здешние места тоже входили в состав Речи Посполитой и Великого княжества литовского, не самых дружественных для нас государств. Потом их забрала под себя Российская Империя, а в 1920 году, когда Тухачевский не сумел взять Варшаву, Западная Белоруссия отошла к Польше.

В 1939 году снова пришли русские, но ненадолго: уже летом в 1941 здесь были немцы. А в 1944 году опять наступила советская власть.

Гродненские старики в своих воспоминаниях разделяли довоенный и послевоенный периоды советской истории следующим образом. О времени с 1939 по 1941 год говорили — при тых (тех) советах, а с 1944 — при гэтих (этих) советах. Но старики уже умерли. Их внуки и правнуки живут мирно, дружно и майданов не устраивают. У них другие заботы и развлечения, далёкие от политики.

Передовая статья в газете «Вечерний Гродно» от 6 августа посвящена изменениям в таможенном законодательстве и начинается довольно забавно: «Сколько алкоголя можно привезти из-за границы? Это главный вопрос, который интересует горожан последнюю неделю». Газета «Гродненская правда» рассказывает о завершающейся уборке зерновых и рекордных намолотах в передовом хозяйстве «Прогресс-Вертелишки»: более 100 центнеров с гектара! Рядом с таким урожаем отдыхают не только российские или польские, но канадские хлеборобы.

Исторические памятники древнего города со сложной, «слоёной» историей выстраиваются в глубоко диалектическую картину. Католический и православные храмы стоят на одной площади. Улица, на которой построена гостиница «Беларусь», носит имя Кастуся Калиновского, поэта и публициста, одного из лидеров польского антироссийского восстания 1863 года. Теперь для равновесия городские власти собираются увековечить память Столыпина, который недолгое время, до взлёта на всероссийскую орбиту, служил в Гродно губернатором — и на второй же день закрыл в городе польский клуб, как рассадник вредных идей.

Улицу Олега Кошевого в начале 90-х переименовали в Троицкую. Чиновник, который продавил это решение, уехал в Минск, стал там известным оппозиционным деятелем, но гродненскую улицу переименовывать обратно не стали. Зато неподалеку появилась мемориальная доска, извещающая граждан, что в этом доме в августе 1920 года останавливался Феликс Дзержинский. Тоже поляк и революционер, как Кастусь Калиновский, но правильный.

Польская тема весьма актуальна в городе. Я услышал за два дня несколько историй о том, как молодые гродненцы отыскивают у себя польские корни и получают «карту поляка». Она даёт много преимуществ. От упрощения процедуры получения шенгенской визы до возможности учиться в польских вузах на одинаковых с «настоящими поляками» условиях.

— Мой зять сейчас тоже заявляет: я поляк, — рассказал мне председатель Гродненского отделения Республиканского общественного объединения «Русское общество» Игорь Евгеньевич Лякишев. — Ну, какой он поляк? Говорит по-русски, родители тоже говорят по-русски. Один дед с акцентом разговаривает. Они не поляки на самом деле, а ополяченные, окатоличенные белорусы.

При этом ничего похожего на ту нетерпимость и озлобленность, с какими отстаивают свою национальную самобытность западные украинцы, здесь нет. За два дня, конечно, я успел составить только самое поверхностное представление о местной жизни, но все мои собеседники в один голос подтверждали: да, у нас мирно. В начале 90-х, ещё до Лукашенко, в национальном вопросе тут было непокойно, но всё давно уже улеглось.

Игорь Лякишев говорит, что русские и белорусы это практически один и тот же народ. И хотя с национальным раскладом и векторами влияния в Гродно всё очень непросто, — кроме польского есть ещё выраженное литовское присутствие, это родство играет решающую роль.

Николай Вильчинский объясняет мирное течение жизни в Западной Белоруссии более обстоятельно. Во-первых, считает полковник, белорусы — народ по природе толерантный, терпеливый, уживчивый. Для самоидентификации они выбрали слово «памъяркоуный» — миролюбивый, неконфликтный. Во-вторых, в своих проблемах привыкли винить самих себя, а не кого-то, не «чужаков», как некоторые. В-третьих, белорусские школьные учебники уже в период независимости, в отличие от украинских, давали и дают вменяемую картину мира, не натравливают молодёжь на «иногородних».

Но, может, это следствие той самой помъяркоуности?

Николай Романович снова повторяет: белорусы не ищут крайних, понимаете? Они предпочитают искать причину неудач в себе и терпеливо её устранять. Не ругаются с соседом для самоутверждения, а подметают свой двор и выпалывают сорняки на своём огороде.

— А у русских в национальном характере много пофигизма, — вдруг заключает полковник.

После этого мы с Вильчинским отправились изучать западно-белорусскую сельскую жизнь. Я попросил показать мне умирающую деревню.

(Продолжение следует)

Фото автора.

Рамблер новости
СМИ2
24СМИ
Цитата дня
Комментарии
Первая полоса
Живой отжим Живой отжим

Сергей Шаргунов: история с Алтая о том, как крадут детей на государственном уровне

Рамблер новости
СМИ2
Фото дня
Новости
24СМИ
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
Миртесен
Цитаты
Семен Багдасаров

Политический деятель

Юрий Кнутов

Военный эксперт, директор музея войск ПВО

Валерий Рашкин

Политик, депутат Госдумы РФ

Миртесен
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня
СП-Юг
СП-Поволжье