18+
суббота, 3 декабря

Туркменский фронт «Исламского государства»

Смогут ли боевики прорваться вглубь республики и взять армию в «котел»

  
14944
Турецкие солдаты патрулируют вблизи границы с Сирией
Турецкие солдаты патрулируют вблизи границы с Сирией (Фото: AP/TASS)

На границе Туркменистана и Афганистана уже несколько месяцев идут ожесточенные бои. Туркменская погранслужба страны несет серьезные потери, а угроза прорыва боевиков «Исламского государства» * вглубь страны нарастает. Об этом на днях СМИ рассказал заместитель председателя Экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Минюсте РФ Роман Силантьев.

Он отметил, что некоторые террористические ячейки на границе с Туркменистаном уже давно присягнули «Исламскому государству» и атакуют пограничников. По мнению эксперта, Туркменистан — самое слабозащищенное государство из среднеазиатских. Пока пограничникам удается сдерживать наступление ИГ, но не исключено, что исламистам все-таки удастся прорвать оборону.

— Надеюсь, что они отобьются, но я не удивлюсь, если состоится массовый прорыв границы. Например, если «Талибан» ** присягнет на верность ИГ, тогда никому мало не покажется. Сейчас у них напряженные отношения, но между собой они не конфликтуют, поэтому не исключено, что завтра станут союзниками, — предупредил о будущих угрозах Силантьев.

По данным СМИ, только в конце июня погибли 12 туркменских военнослужащих. Все солдаты и офицеры служили в воинских подразделениях, дислоцированных в районе Тагтабазара, что неподалеку от туркмено-афганской границы.

Отметим, что Туркмения не входит в ОДКБ, а в СНГ, по сути, числится лишь формально. И хотя в СМИ есть информация, что в последние годы, благодаря притоку выручки от газовых контрактов с Китаем, страна начала закупать вооружение и военную технику, однако доверять этой информации на 100% не стоит. Хотя бы потому, что Туркмения - одна из самых закрытых стран мира и данные об армии нигде не публикуются.

Однако известно, что ВС республики имеют трехвидовую структуру: Сухопутные войска, ВВС и войска ПВО, а также ВМС. Численность регулярной армии в 2013 году составляла 22 тысячи военнослужащих (17 тысяч в Сухопутных войсках, три тысячи в ВВС и войсках ПВО и до двух тысяч в ВМС).

На вооружении Сухопутных войск находятся около 700 танков, включая 10 Т-90С, на поставку которых контракт с «Рособоронэкспортом» был заключен в 2009 году. Остальные бронемашины — Т-72. Кроме того, в войсках имеются около 900 БМП и более 800 БТР, около 600 артсистем (включая более 100 РСЗО — «Ураган» и «Смерч»). В ВВС — более 20 истребителей МиГ-29, до 100 штурмовиков Су-17 и Су-25, один легкий транспортный самолет Ан-26, 10 ударных вертолетов Ми-24 и 8 транспортно-боевых Ми-8. На вооружении войск ПВО страны находятся ЗРК С-75 «Двина», В-125 «Печора» и С-200 «Ангара».

ВМС Туркменистана состоят из десятка российских, украинских, турецких и даже американских сторожевых катеров, а также двух ракетных катеров проекта 12418, оснащенных противокорабельным ракетным комплексом 3К24Э «Уран-Э».

Однако хватит ли этого, чтобы Вооруженные силы Туркменистана смогли отразить нападение исламистов и помешать «Исламскому халифату» проникнуть на территорию постсоветского пространства?

Читайте по теме

Заведующий отделом Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрей Грозин считает, что «Талибан» не может присягнуть ИГ, потому что это не монолитная структура, как в России принято считать.

— Это движение состоит из совершенно разных групп и людей. «Талибан» на уровне руководителей из ближнего круга Муллы Омара — это люди, которые не рассматривают какой-либо возможности вассалитета по отношению к «Исламскому государству». Другое дело, что часть людей, которая воюет в «интербригадах» талибов, постоянно переходит из одной в другую, и если их материально заинтересуют, то они присягнут и перейдут под черные знамена ИГ. Но, повторюсь, «старые» талибы, встроенные в систему движения, никогда не найдут общий язык с ИГ.

Кроме того, помимо «Талибана», «интербригад», и организаций типа «Джамаат Ансорулла» ***, и т. д., в Афганистане есть еще и другие силы, такие как отряды Гульбеддина Хекматияра и др. Они при определенных условиях могут перейти на сторону ИГ, тем более что отношения таких афганских (но не интернациональных) группировок со «старыми» талибами достаточно разные.

«СП»: — Источник в правительстве Афганистана сообщил, что лидер талибов Мулла Омар умер два или три года назад. Понятно, что это уже далеко не первое сообщение о его гибели, однако уже не раз говорилось о том, что из-за неясности судьбы «черного муллы» некоторые высокопоставленные командиры талибов начали переходить на сторону «Исламского государства».

— Сообщения поступают разные, вплоть до того, что от Омара уже давно хотели избавиться, что он был психически болен… Но, думаю, на костяк движения это не повлияет. Уже появилась информация, что его может возглавить сын Омара — Мохаммад Якуб. Кроме того, уже давно все вопросы решала шура (высший совет), состоящий из опытных полевых командиров. Но, может быть, из них кто-то и перейдет на сторону ИГ, если будет хороший материальный стимул. В конце концов, мы помним метания Абдул-Рашида Дустума — за кого он только не воевал за свою жизнь.

Но пока нет оснований говорить о том, что возможна массовая переприсяга. Потому что все активные боевые действия в северных провинциях Афганистана с захватом провинций идут под эгидой «Талибана», а не ИГ. Другое дело, что четко идентифицировать и сказать, что там воют подчиненные Муллы Омара (для удобства назовем их так), Джалалуддина Хаккани, Хекматияра, представители будущего «Исламского Халифата» или сугубо провинциальные антикабульские ополченцы, не представляется возможным. То есть пока они называют себя талибами. Кем они будут представляться дальше, будет зависеть от того, как себя поведут возможные центры, которые могут их профинансировать — монархии Персидского залива либо кто-то еще.

«СП»: — Как вы оцениваете состояние ВС Турмении? Несмотря на закрытость страны, известно, что в последнее время там была предпринята серьезная военная реформа — переход ВС на бригадную основу комплектования и т. д.

— Да, в силу закрытости страны судить об уровне боеспособности очень сложно. Все наши данные основаны либо на отзывах диссидентов, либо на данных от людей, которые уже давно серьезно утратили влияние на внутреннюю ситуацию в стране, хотя и имеют там какие-то источники.

Второй вариант получения информации — от «сливов» в интернете, которые чаще всего подписаны вымышленными именами и исходят, насколько я знаю, от заинтересованных служб ближайших с Туркменией государств. Но все источники сходятся в том, что положение ВС — «аховое» и надеяться Туркмении при серьезном столкновении с хорошо подготовленными бандами не на что.

А туркменский официоз рапортует о завершившейся военной реформе и о том, что с периодичностью раз в два года проходят достаточно крупные военно-учебные мероприятия. Хотя даже из этих публикаций ясно, что эти мероприятия носят постановочно-показушный характер — этакое дефиле перед не служившим в армии президентом Гурбангулы Бердымухамедовым, которого впечатляют красиво взрывающиеся и горящие заранее подготовленные мишени… Все это не идет ни в какое сравнение с тем, что делают ближайшие соседи — Узбекистан и Казахстан.

Но главная проблема, о которой постоянно говорят российские, центральноазиатские и западные военные эксперты, — это кадровый голод. Так, при Сапармурате Ниязове для участия в военных парадах даже приходилось нанимать летчиков из некоторых соседних государств… Ясно, что за последние годы вряд ли что-либо серьезно изменилось просто потому, что в Туркмении нет собственной военной учебной базы.

«СП»: — А обучать контингент в иностранных вузах?

— Это быстро проблему не решит. Исходя из известных мне данных, число обучающихся туркменов в российских военных вузах значительно ниже числа курсантов из Узбекистана и Казахстана. Да, кто-то едет в Турцию или Китай, но их — единицы.

Отмечу, что в последнее время данных о каких-либо серьезных закупках бронетанковой или авиационной техники не было. Если что-то и поставлялось, то это — не готовые образцы вооружений, а запчасти и комплектующие к тому оружию и технике, что досталось Туркмении после распада СССР. Конечно, стрелковое оружие покупается, но в целом информации о серьезной модернизации вооружения за последние пять лет не поступало.

Но, в принципе, и имеющихся танков, РСЗО и авиации достаточно для того, чтобы рассеять лишенные тяжелого вооружения банды. В конце концов, с боевиками можно бороться на БТР-60 и используя буксируемые 122-мм гаубицы Д-30, но только если есть люди, понимающие, как вести боевые действия. Я напомню, что та же армия Украины по данным авторитетного SIPRI (Стокгольмский институт исследования проблем мира — «СП») до недавнего времени оценивалась как вторая по боеспособности на постсоветском пространстве. Но мы видели, насколько в августе прошлого года и в начале текущего она оказалась готова противостоять ополченцам. А Туркмения — не Украина, ее армия в разы слабее.

ВС Туркмении — это войска уровня Киргизии и Таджикистана, но в отличие от них, они не имеют абсолютно никакого боевого опыта, тем более действий в условиях сложного рельефа местности. А те офицеры, которые получили боевой опыт в Афганской войне, они, к сожалению, уже давно в силу разных причин «вышли в тираж».

«СП»: — Но все-таки какие-то усилия по повышению боеспособности армии действующий президент предпринимает…

— Да, но только в последний год, а до этого — ВС страны представляли собой «трудовую армию». Сейчас от практики использования солдат в строительстве, к счастью, отошли, но кардинально это на ВС не сказалось.

Так что, если реализуется худший сценарий, если по территории Туркмении будет нанесен серьезный удар или предпринят глубокий рейд наподобие того, что мы видели в Мали, Ливии и особенно в Ираке, когда в прошлом году был взят Мосул, то вполне возможно, что туркменская армия не сможет адекватно прореагировать. В то, что антиправительственные афганские силы (как их называет туркменская оппозиция) готовят «котел» для туркменских военных в районах Мары — я сильно сомневаюсь. Вряд ли у тамошних исламистов есть потенциал для ведения таких серьезных войсковых операций. Но даже если будет организовано ограниченное военное вторжение, то, скорее всего, туркменская армия понесет большие потери.

Читайте по теме

Директор Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии Семен Багдасаров замечает: во времена СССР в рамках ТуркВО в Ашхабаде дислоцировался армейский корпус — только на его базе можно было развернуть и создать нормальные ВС.

— Кроме того, в Туркмению из Западной группы войск в свое время было переброшено громадное количество вооружения, в частности — авиации. Я лично видел эти «Сушки» и «МиГи» в Кызыл Арвате (сейчас город Сердар — «СП»)..

Но туркмены наплевательски относились к ВС. Туркменбаши (Ниязов — «СП») проводил гибкую политику, которая помогала ему нормально уживаться с талибами, когда они контролировали 90% Афганистана. А нынешний президент Бердымухамедов начал активно работать с американцами, предоставил им аэропорт Мары для транзита грузов и т. д.

То, что он в последнее время предпринимает какие-то попытки оживить армию, особого успеха не имеет — на это нужно много времени. Правда, насколько я знаю, он дал отмашку на то, чтобы его подчиненные стали набирать на постсоветском пространстве разных «товарищей», которые за деньги формируют некие отряды. Что это за отряды — непонятно. Кроме того, на территории страны присутствуют вроде как ЧВК из США и Великобритании.

Теперь что касается событий на афгано-туркменской границе. Там действительно скапливается большое количество народа, но что это за народ и кто его собирает — точно не знает никто. У меня создается впечатление, что в значительной степени это связано с наркотрафиком. Дело в том, что при Ниязове туркмены активно толкали наркотик в Иран, минуя афгано-иранскую границу.

«СП»: — Могут иностранные спецслужбы оказать им поддержку, в том числе поставив ПТРК. Скажем, уже известно, что сирийский город Идлиб боевики, вышедшие с территории Турции, взяли благодаря ПТРК, обстреливая ими укрепрайоны.

- Не секрет, что на «Исламское движение Узбекистана» и ряд других организаций активно влияет РУМО США (Разведывательное управление министерства обороны — «СП») вместе с ЦРУ, а также Национальная разведка Турции. Так что, поставить они могут и ПТРК, и обученных людей.

Но! В этом году президент Ирана Хасан Рухани уже встречался с Бердымухамедовым и, насколько мне известно, существует договоренность о том, что в случае чего Тегеран придут на помощь. Иранцам невыгодно, чтобы у них в тылу оказалась вооруженная радикальная группировка. Кроме того, у туркменов есть также договоренности с узбеками. Вряд ли и китайцы допустят, чтобы боевики разрушили магистральный газопровод Туркменистан-Китай. Хотя для США, чтобы нанести удар по Китаю, это было бы выгодно. Но пока я бы не стал драматизировать ситуацию.


* Движение «Исламское государство» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

** Верховный суд России в 2003 году признал террористическими 14 организаций, среди которых упоминаемые в материале «Движение Талибан» и «Исламское движение Узбекистана».

*** Верховный суд в 2012 году запретил деятельность «Джамаат Ансоруллох», признав организацию экстремистской и террористической.

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня