«Халифат» в Афганистане ослабили наркотики

Может ли ИГ расширить свое влияние в Средней Азии на фоне ближневосточных событий

  
4142
Боевики террористической организации "Исламское государство" (террористическая организация, запрещенная на территории России)
Боевики террористической организации «Исламское государство» (террористическая организация, запрещенная на территории России) (Фото: Zuma/ТАСС)

В провинции Джаузджан на севере Афганистана был ликвидирован один из лидеров террористической группировки «Исламское государство» * Мохаммад Насир. Об этом 4 декабря сообщило агентство Khaama Press со ссылкой на заявление местных властей.

По словам главы администрации города Дарзаб, рядом с которым был убит террорист, в ходе боев были ранены по меньшей мере еще два боевика ИГ после того, как радикалы начали атаку на один из постов сил безопасности. Он также отметил, что в город были направлены дополнительные силы для отражения атаки террористов.

24 октября СМИ сообщили о ликвидации по меньшей мере девяти боевиков «Исламского государства» в результате отдельных спецопераций на востоке Афганистана.

Отметим, что весной 2015 года афганские силовики задержали в южных провинциях ИРА (Исламской Республике Афганистан) несколько фур, груженых новым стрелковым оружием (автоматы АК, пулеметы) и гранатометами, которые предназначались отрядам ИГ. СМИ сообщали о том, что «халифат» в Афганистане умело использует весьма важный аргумент — деньги. В частности, полевым командирам из числа талибов **, перешедшим на его сторону, платят по 500−600 долларов в месяц, рядовому составу — около 200 долларов. «Для них это деньги, учитывая экономические трудности и безработицу в Афганистане», — пояснял представитель ООН.

Тогда эксперты прогнозировали, что в 2016 году число боевиков «Исламского государства» в ИРА может увеличиться до 15−20 тысяч человек. А с таким количеством джихадистов ИГ сможет планировать достаточно крупные операции, причем не только в Афганистане, но и в Центральной Азии. Отмечалась активность позиций экстремистов в восточных и южных афганских провинциях — Нангархаре, Логаре, Гильменде, а также на севере страны — в Кундузе, Джаузджане и Парване.

Каковы в настоящее время позиции «халифата» в Афганистане? Представляет ли он угрозу для стран Средней Азии?

С тактической точки зрения уходящий год для ИГ в Афганистане не очень удачный. Боевики замкнуты в основном в Гильменде и их попытки расширить свое присутствие в других провинциях оказались не слишком успешными, отмечает заведующий отделом Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрей Грозин.

— Но причина этого — не противодействие ИГ власти, а его борьба с «Талибаном». Это как раз основной момент, на который следует заострять внимание, говоря о перспективах «Исламского государства» в стране по крайней мере в краткосрочной и среднесрочной перспективе.

Боевики, давшие присягу ИГ, понесли значительные потери в боях с «Талибаном» и отрядами, близкими к талибам, наподобие групп Гульбеддина Хекматияра или «Сети Хаккани». И не смогли расширить свое влияние в районах наркопроизводства. А это — «чужая кормовая база», от которой присягнувшие ИГ группировки просто хотели отхватить кусок не по чину. Причем это стремление было вызвано подъемом ИГ в Ираке и Сирии — до того, как ВКС РФ начали сыпать бомбами и как на этом фоне решил более активно действовать против «халифата» Пентагон. В тот период казалось, что Дамаск под натиском различных групп скоро падет, а под черное знамя ИГ будут вставать еще больше последователей. Именно тогда, скажем, инструкторы начали проникать на территорию Афганистана, чтобы обучать группировки, согласившиеся дать присягу.

«СП»: — Какова, на ваш взгляд, численность именно функционеров ИГ в Афганистане?

 — В 2014 году спецпредставитель президента РФ по Афганистану Замир Кабулов говорил о небольшой группе — «сотне, может быть, чуть больше». В настоящее время большинство западных и центральноазиатских экспертов называют цифру 8−10 тысяч человек с перспективой возможного увеличения. Но до начала российской операции и активизации Запада ИГ делало расчет на перетаскивание под свое знамя значительной части талибов, причем банальным способом — деньгами. Насколько известно, тогда рядовому бойцу без всякой квалификации предлагалась единовременная сумма в пределах тысячи долларов и зарплата — 200−300 долларов в зависимости от провинции и интенсивности боевых действий.

«СП»: — По афганским меркам это неплохая сумма…

— Да, как для рядовых бойцов «Талибана» и союзных ему групп, так и для исламистских интернационалистов — вроде «Исламского движения Узбекистана» (ИДУ) ***, большая часть которого принесла присягу ИГ. Учитывая этот фактор и волну эйфории, повторю, была сделана ставка на взятие под контроль наркопроизводящие южные, юго-восточные и восточные провинции. Но поскольку начались известные события в Сирии, был нарушен нефтяной трафик, а также активизировался Вашингтон в Ираке, то с каждым месяцем возможности для покупки лояльности, вербовки и в целом демонстрации успешности бренда снижались. В итоге весь 2016 год «халифат» занимался не расширением своих территорий, а попытками удержания того пространства, которое у него есть. А в Афганистане, как я уже сказал, им дали отпор талибы. Хотя в их отношениях были попытки разных откатов, когда заключались договоренности о ненападении и своеобразном партнерстве.

«СП»: — Когда 28 сентября 2015 года талибы захватили Кундуз — столицу одноименной провинции на севере страны, граничащей с Таджикистаном, то местные власти заявляли, что якобы бок о бок с отрядами «Талибана» воевали радикалы ИГ.

— Насколько можно судить, попытки совместных действий талибов и боевиков ИГ действительно были, но они все-таки носили характер координации действий на уровне полевых командиров на местах и укладывались в рамки стратегии «халифата». Но затем возможности ИГ сократились, и сейчас время работает против них. А талибы в 2016 году если не улучшили свои позиции, то явно не ухудшили. Был второй штурм Кундуза, несколько успешных наступлений на юге, да и сейчас они готовятся к новым ударам по правительственным войскам. То есть у них все более-менее в порядке, и нет необходимости в выстраивании партнерства с ИГ на афганской территории. Наоборот — талибы видят в нем того, кого в принципе и должны видеть — конкурента. Тем более, есть ожидание того, что Дональд Трамп будет сокращать американское присутствие в том числе и в Афганистане. Конечно, есть инерция войны, обязательства и действующие программы, но ясно, что правительство в Кабуле находится в непонятном положении именно из-за неопределенности курса новой президентской администрации США.

Конечно, американцы не дадут пасть официальному правительству в Кабуле — они слишком много в него вложили. И даже сокращая ресурсы будут стараться удержать нынешнюю коалицию у власти. Но талибы будут расширять свое влияние и смогут сильно ослабить ИГ.

«СП»: — Но разве сокращение контролируемых территорий в Ираке и Сирии не будут способствовать тому, что руководство ИГ может обратить внимание на Афганистан, тем более что плацдарм там уже создан?

— Действительно есть и другой сценарий: по мере того, как исламистов будут жать в Ракке и Мосуле, часть наиболее подготовленных и мотивированных кадров могут перебраться в том числе и в Афганистан. В силу своих знаний, мотивации и при поддержке внешних игроков, вернее, их финансовых ресурсов, они смогут расширить влияние на территории Афганистана. Поэтому вероятность того, что «халифат» как проект могут перезапустить, безусловно, есть. И тогда талибам придется пересматривать свою политику по отношению к ИГ.

У нас нет оснований полагать, что костяк отрядов ИГ в Афганистане составляют боевики, которые раньше воевали в Сирии или Ираке, отмечает директор Центра изучения современного Афганистана (ЦИСА) Омар Нессар.

— В основном это присягнувшие группы ИДУ и других радикальных организаций. Поэтому определить численность ИГ особенно на севере страны крайне затруднительно. Во-первых, как я уже сказал, количество выходцев с Ближнего Востока там немного и прямая связь с Раккой или Мосулом не такая уж большая. Во-вторых, где-то ИГ воевало с «Талибаном», но в ряде районов были признаки их сотрудничества. В-третьих, стоит обратить внимание и на странный подход афганских властей и правоохранительных структур к ИГ — в начале они не особо с ним боролись.

В целом, масштаб присутствия ИГ в Афганистане не оправдал опасения многих экспертов. Год назад действительно большинство аналитиков прогнозировало ускоренный темп становления ИГ. Однако в настоящее время «Талибан» доминирует, и иностранные боевики часто вынуждены подчиняться талибам, потому что не могут существовать без такой поддержки. С другой стороны — подобные опасения логичны, потому что даже сейчас непонятно, что будет дальше с «Исламским государством». Скажем, теракты в Кабуле и других городах направлены против шиитов, то есть их организаторы явно пытаются столкнуть между собой шиитов и суннитов. Пока это не дает плоды, но если дальше эти силы будут продолжать в прежнем направлении, то риск расширения ИГ возрастет.


* «Исламское государство» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

** «Талибан» Верховным судом РФ 14 февраля 2003 года был признан террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

*** «Исламское движение Узбекистана» Верховный суд РФ 4 февраля 2003 признал террористической организацией, деятельность организации на территории России запрещена.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Андрей Ищенко

Депутат Законодательного Собрания Приморского края

Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Андрей Гудков

Экономист, профессор Академии труда и социальных отношений

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня