18+
вторник, 19 сентября

Москве и Вашингтону мешает «шиитский пояс»

Иран срывает наметившуюся координацию России и США по борьбе с ИГИЛ

  
4637
Президент США Дональд Трамп, начальник аппарата Белого дома Райнс Прибус, вице-президент США Майк Пенс, пресс-секретарь Белого дома Шон Спайсер, и советник по национальной безопасности Майк Флинн (слева направо)
Президент США Дональд Трамп, начальник аппарата Белого дома Райнс Прибус, вице-президент США Майк Пенс, пресс-секретарь Белого дома Шон Спайсер, и советник по национальной безопасности Майк Флинн (слева направо) (Фото: AP/ТАСС)

Москва и Вашингтон могут найти общие интересы для сотрудничества по Сирии. Об этом 16 мая на брифинге заявил официальный представитель Белого дома Шон Спайсер. По его словам, Россия и США разделяют интересы по борьбе против «Исламского государства» *.

На вопрос журналистов, согласен ли Дональд Трамп с мнением сенатора-республиканца Линдси Грэма, который назвал Россию «ненадежным партнером», Спайсер сказал, что такого рода суждения в отношении любой страны может выносить только президент.

— И по Сирии могут быть найдены также общие интересы, — отметил он. — Так что области совпадения интересов имеются, а с любой страной, когда есть общность, позволяющая продвигать наши интересы, будь то в сфере безопасности или экономики, это надо учитывать.

Отметим, что в случае реализации предложенных Москвой «зон безопасности», по сути, повторяющих идею американских «бесполетных зон», фокус боевых действий может и должен сместиться на восток Сирии — для противостояния с «Исламским государством». Таким образом тезис Кремля, который он озвучил еще до начала военной операции в Сирии, косвенно может претвориться в жизнь — США и возглавляемая ими западная коалиция будет теснее взаимодействовать с Россией «на равных».

Читайте также

Однако наметившейся координации усилий Москвы и Вашингтона могут помешать союзники России в Сирии — Дамаск и Тегеран. Разгром ИГ в крупных населенных пунктах и «заморозка» боевых действий с оппозицией, которая во время режима прекращения огня сама начинает бороться с радикалами, создаст предпосылки для реального воплощения резолюции Совбеза ООН № 2254 о мирном урегулировании конфликта и по переводу его в политическое русло. Однако любые реформы госаппарата чреваты отстранением от власти сирийских кланов и снижением влияния Тегерана, поэтому в их интересах навязать и союзникам, и противникам свои «правила игры».

Не секрет, что в рамках третьего раунда переговоров в Астане обсуждался вопрос по выводу из крупных населенных пунктов подразделений сирийской «Хезболлы», чтобы снизить «суннитско-шиитскую напряженность» как на политических переговорах, так и «на земле». Но в Сирии иранское влияние не ограничивается только собственно иранскими военными инструкторами, армейскими подразделениями, КСИР и ливанской «Хезболлой». Как писала «СП», за время войны в Сирии появились не только иностранные шиитские джихадистские группировки, но местный филиал «Хезболлы» и Национальные силы обороны. Последнюю структуру несколько лет назад в штыки воспринимали даже Дамаске, называя ее, сформированную по образу иранского ополчения «Басидж», параллельной сирийской армией. В настоящее время ряд подразделений войск Асада при поддержке преимущественно проиранских формирований продвигаются по трассе Дамаск-Багдад — к населенному пункту аль-Танф.

Подобный маневр осуществляется под предлогом защиты от «вторжения США из Иордании» и, видимо, ставит своей целью разделить на юге позиции повстанцев — в основном представителей местных племен, поддерживаемых США в борьбе с ИГ. Проправительственные сирийские СМИ мотивируют продвижение сил режима на юге необходимостью взятия под контроль ключевой трассы для связи с Ираком, а также — города Аль-Букамаль раньше поддерживаемой США, Иорданией и Великобританией оппозиции. Однако каким образом Дамаск, не способный контролировать периферийные районы, собирается удерживает эти территории, где активно действуют маневренные группы ИГ и, к тому же, размещен 70-тысячный лагерь беженцев (в районе аль-Танфа), — неясно. В то же время сирийцы не спешат запускать наступление от Пальмиры в сторону заблокированного уже несколько лет ИГ гарнизона сирийских войск в Дейр эз-Зоре.

Подобные действия, во-первых, могут закончиться очередным «походом на Табку», во-вторых, спровоцировать напряженность в отношениях России и Вашингтона. В-третьих, вызвать протесты не только среди стран Персидского залива, но и среди местного суннитского населения, которое вовсе не обрадуется иракской «Хезболле» и шиитскому «коридору» на границе. Не говоря уже о том, что Аль-Букамаль — это город-шлюз, который еще задолго до начала гражданской войны в Сирии использовался джихадистами для пересечения сирийско-иракской границы. Неаккуратные действия могут иметь чудовищные последствия с точки зрения контртеррористической борьбы и реинкарнации ИГ в том или ином виде.

Руководитель центра исламских исследований Института инновационного развития, эксперт РСМД Кирилл Семенов отмечает, что Россия и США публично и закулисно продолжают взаимодействовать по сирийскому вопросу.

— Американцы участвуют в переговорах в Астане. Хотя уровень их представительства не слишком высок, и США не являются страной-гарантом режима прекращения огня, тем не менее, они присоединились к Астанинскому формату и даже в определенной степени его поддерживают. Кроме того, администрация Белого дома выразила поддержку идеи создания «зон деэскалации». Но если вдруг меморандум о «зонах безопасности» по тем или иным причинам не будет работать, то можно ожидать более глубокого вовлечения США в сирийское урегулирование.

«СП»: — В Москве заявили, что «зоны безопасности» закрыты для полетов международной коалиции, но США и Израиль отметили, что это их не касается.

— Российские заявления все-таки носят популистский характер. В тексте соглашения о создании «зон безопасности» ничего не написано про западную коалицию, а США, как известно, довольно активно наносили удары в Идлибе по лидерам «ан-Нусры» **. Понятно, что таким образом в Москве хотели показать, что Россия способна диктовать свою непреклонную волю США и закрыть для нее по крайней мере на словах сирийской небо. Но, повторю, меморандум не касается западной коалиции, прежде всего, его цель — исключить нанесение ударов ВВС Сирии по оппозиции. Если вопросы о полетах над «зонами деэскалации» и обговариваются, то только по соответствующим военным каналам, а не на основе меморандума.

«СП»: — Теоретически Россия может нарастить количество ударов по позициям ИГ в Ракке, координируя их с США. Может ли такая координация даже вне публичного поля проявиться «на земле» — на востоке Сирии?

— Координация действительно возможна не только в небе Сирии, но в Дейр эз-Зоре и даже в провинции Ракка. Проблема в том, что сейчас Дамаск действует вопреки возможному российско-американскому взаимодействию. Я имею в виду наступление проправительственной группировки, состоящей в основном из шиитских формирований в Сирийской пустыне в направлении аль-Танфа. То есть в направлении отрядов сирийской оппозиции, которые нацелены исключительно на борьбу с «Исламским государством».

«СП»: — Тут, конечно, вопрос, насколько такое наступление сил режима скоординировано с Россией, а не инициировано Ираном…

— Да. Пока там не отмечается участие подразделений 5-го корпуса, который формируется при помощи российских военных советников, и поддержки ВКС РФ. Основу группировки составляют шиитские формирования, в том числе иракской «Хезболлы», которые связаны с Ираном. По всей видимости они действительно хотели бы создать коридор для связи с формированиями шиитов на территории Ирака.

Пока сложно сказать, к чему это приведет, но гипотетически такие действия могут осложнить взаимодействие Москвы и Вашингтона. Повторю, они действительно могут сотрудничать в борьбе с ИГ, но пока сирийская армия не двигается ни в провинции Алеппо по левому берегу Евфрата для того, чтобы если не выйти к Ракке, то оттянуть силы ИГ от города, ни в сторону Дейр эз-Зора от Пальмиры — бои в горах идут, но они носят привычный характер. С точки зрения борьбы с ИГ, а тем более, совместной двумя коалициями (просирийской и западной) продвижение в Сирийской пустыне алогично. Наоборот цель этих маневров — бодание с США и создание «шиитского коридора» в интересах Ирана.

«СП»: — Некоторое время назад появились слухи о том, что курды могут пропустить подразделения сирийской армии через свои территории, чтобы последние могли действовать против ИГ в Дейр эз-Зоре и продвигаться к заблокированному гарнизону. Но такой сценарий кажется довольно нереалистичным…

— Безусловно. В таком случае курды должны обеспечить коридор правительственным войскам, а также — допустить их усиление в аэропорту в Камышлы. Думаю, курды, да и США на это не пойдут, поскольку это означает, что курдское правительство должно отказаться от самостоятельности на своих территориях. Кроме того, в случае нового обострения отношения между Дамаском и курдами, подкрепление может быть использовано против последних.

«СП»: — Продвижение сирийской армии по левому берегу Евфрата затруднено: проамериканский курдско-арабский альянс «Демократические силы Сирии», взяв авиабазу и город Табка, фактически перекрыл возможность режиму подойти к Ракке с запада.

— Да, оттуда крайне тяжело продвинуться на восток, если только идти в обход. Единственный логичный путь для наступления в Дейр эз-Зор — от Пальмиры. Кстати, тогда бы российская операция, а вернее — операции, по взятию Пальмиры были оправданы. То есть не ограничивались бы проведением там концерта и отчетов о том, что Москва все-таки борется с ИГ, а приобрели стратегическое значение. Что касается операции у иорданской границы, то, с одной стороны, она могла быть инициирована из-за опасений, что оппозиция, поддерживаемая США, может занять город Аль-Букамаль, а оттуда — проводить операции против других населенных пунктов в провинции Дейр эз-Зор.

«СП»: — С другой стороны, Аль-Букамаль мог быть взят еще в 2016 году «Новой сирийской армией», поддерживаемой США, если бы не успешные действия ИГ. Но тогда продвижение оппозиции к городу Дамаск не беспокоило, а здесь, после договоренностей о «зонах безопасности», он резко вспомнил о периферийных территориях и решил использовать освободившиеся силы для продвижения к провинции, которую заведомо не в состоянии удерживать.

— Конечно. Думаю, в первую очередь наступление направлено на срыв продвижения оппозиции при поддержке спецназа США и Великобритании к Аль-Букамалю. Такие действия вбивают клин в переговоры США и России по Сирии. Проиранские формирования по обе стороны сирийско-иракской границы — «красная тряпка» для всех региональных игроков. Понято, что Дамаск хотел бы контролировать Дейр эз-Зор и тамошние нефтяные месторождения, но объективно он это сделать не в состоянии. Там сконцентрированы большие силы ИГ, поэтому нужно контролировать трассы, пути снабжения, зачищать городские кварталы в восточной части одноименного города Дейр эз-Зор. Для этого нужно много войск, которые каким-то образом надо снабжать.

Читайте также

Кроме того, в составе оппозиции — в основном уроженцы провинции Дейр эз-Зор и того же Аль-Букамаля, которые хотят освободить от ИГ свои родные территории. Создание там иранской зоны влияния приведет лишь к дестабилизации ситуации, поэтому нет ничего страшного в том, что местные племена при поддержке США будут сражаться за свои территории. Но получилось, что когда оппозиция отбила у ИГ большие территории на юге Сирии и концентрировалась на преследовании отступающих боевиков в сторону Аль-Букамаля, им с тыла был нанесен «удар», который заставил притормозить наступление.


* «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года признано террористической организацией и её деятельность в России запрещена.

** Группировка «Джебхат ан-Нусра решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года была признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня