В мире

Участь барана

Игорь Караулов: ЕС стал инкубатором для вызревания новой европейской волны исламизма

  
9875
Участь барана

Год назад президент Обама собирался отправить войска на помощь сирийским повстанцам и даже получил на это согласие Конгресса. Год назад Россия отчаянно этому сопротивлялась, и разрыв с Америкой едва не наступил уже тогда.

Сегодня радикальное крыло этих повстанцев, ИГ («Исламское Государство», бывший ИГИЛ), на глазах у зевак всего мира перерезает горло американским журналистам, некогда приехавшим в Сирию с дружеской миссией: освещать героическую борьбу против Асада. Сегодня Обама уже думает о том, как помочь Асаду, и взвешивает различные варианты военных действий против недавних союзников.

Америка совершила более контрастный политический разворот, чем Советский Союз перед началом Второй мировой. Машина ее гегемонии стала оступаться и делать беспорядочные движения, как поломанный робот-трансформер.

ИГ — крепкие ребята. Они превратились из союзников Америки в ее злейших врагов быстрее и нагляднее, чем Бен Ладен с его Аль-Каидой. Но они гораздо опаснее. Аль-Каида создавалась как обычная законспирированная террористическая сеть. ИГ — это настоящее государство с обширной территорией, закаленной в боях армией, мобилизационным резервом.

Именно ИГ имеет шанс не только капитально перекроить карту Ближнего Востока, но и принести серьезную войну в Северную Америку. Бен Ладен оказался способен лишь на яркий, кинематографичный, но в военном отношении бессмысленный теракт 9/11. ИГ, кажется, в состоянии рано или поздно исполнить мечту всех врагов Америки — доставить в США одну или несколько ядерных бомб.

Самой логичной целью ядерного удара по США был бы Чикаго — крупнейший транспортный узел Северной Америки, перекресток всех путей. За счет такого удара можно затруднить сообщение между востоком и западом США и отравить радиацией систему Великих Озер. Один ядерный гриб над американским городом-миллионником — и с мировой гегемонией США будет покончено, настанет вожделенный многополярный мир.

Но если США — сравнительно отдаленная цель, то Европа уже сейчас чувствует смертельное дыхание врага. Палач первого из зарезанных журналистов, Джеймса Фоули, говорил с британским акцентом, и это вызвало шок в благородном семействе, всплеск подозрительности между американцами и британцами, путаные оправдания и деланные охи и ахи Кэмерона и т. п.

Какой акцент расслышат у второго палача, который перерезал горло Стивену Сотлоффу? Французский? Немецкий?

В этом не было бы ничего удивительного: если граждан Великобритании, воюющих на стороне ИГ, насчитывают от 400 до 1500, то немало ведь и «французов» (700−800 человек), и «немцев» (300−400 человек). Да что там говорить — вся Западная Европа там, двунадесять языков, от ирландских лугов до финских скал.

Есть отчего беспокоиться: если такое количество людей бросило с трудом завоеванное место под неярким европейским солнцем и отправилось воевать за два-три моря, то сколько же «новых европейцев» готово встать на защиту ислама по месту жительства?

Происходит ожидаемое: создание Европейского Союза ускорило не только интеграцию рынков и капиталов, но и интеграцию быстрорастущих мусульманских общин Европы. ЕС стал инкубатором для вызревания новой «европейской нации ислама». И вот теперь новорожденная нация готова разбить скорлупу изнутри — а ИГ помогает ей это сделать снаружи.

Но стоит ли нам желать ИГ новых побед над теми, кто душит нас санкциями и изводит необоснованными придирками?

«Волка на собак в помощь не зови», — любил говорить Солженицын. В США и Европе эти слова, видимо, не на слуху, но мы-то должны хорошо их помнить. Подобно волкам, исламисты — политические дальтоники: им что «просвещенный Запад», что наш «ватнический Мордор» — один шут, христиане. К тому же США далеко, Европа чуть ближе, а вот до России — рукой подать, и она, в отличие от переменчивых западных держав, изначально была союзником Асада.

У ИГ есть и подходящие кадры для борьбы на российском фронте: утверждается, что не менее 800 граждан России воюет сейчас за исламское государство.

Мы знаем, что за свободу Новороссии сражаются добровольцы из России. Вероятно, их несколько тысяч. По этому поводу некоторые товарищи, в том числе и ярые лоялисты, сильно беспокоятся. Можно уже составить пухлый сборник из фантазий о том, как «советско-православные фундаменталисты» во главе со Стрелковым и Бородаем пойдут маршем на Кремль.

И в то же время никто не интересуется судьбой тех сотен россиян, которые заняты сейчас в Ираке и Сирии на таких интересных работах как геноцид христиан, продажа в рабство женщин, массовое обрезание девочек. Кто крышует вербовщиков, откуда берутся рекруты, как их переправляют и, самое главное, куда и каким маршем пойдут эти бойцы после возвращения на родину?

Вот два параллельных процесса: одни российские добровольцы идут в одну сторону, другие — в другую. Но если первый процесс уже полгода слывет «вторжением России на Украину», то что же получается — мы и в Ирак тоже вторглись?

Ужасно, когда культурных, цивилизованных людей, совсем не ожидавших такого вот конца, режут, подобно баранам, перед камерами, предварительно вложив в их уста унизительную агитку. Наверное, не менее ужасно, чем расстрел украинскими военными российского журналиста Андрея Стенина, имя которого западный телезритель не только не заучит наизусть, но и никогда не узнает.

Но, может быть, хотя бы эти смерти заставят Запад понять, насколько несущественно наши с ним украинские бодания на фоне угрозы, набухающей на Востоке? В противном случае участь жертвенного барашка ждет целые государства.

Фото: ИТАР-ТАСС/EPA.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Владислав Шурыгин

Военный эксперт

Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Опрос
Назовите самые запомнившиеся события 2018 года
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня