Весь мир должен стать Россия, а от Америки оставить только озеро в Канаде

Не прошло и трёх дней с момента указа Дональда Трампа о переименовании озера Онтарио в озеро Америка, как сервис Googlе Карты исполнил волю президента. Вашингтон таким образом как бы закрепил за собой водоём на границе США и Канады, сделал его в большей степени американским, чем канадским. Экспансия начинается с названий?

Теперь пользователи Google на территории Штатов будут видеть новый гидроним, а в Канаде — старый. Остальной же мир будет видеть оба варианта. Таким образом, баланс восприятия сместился. Со временем трамповское название примелькается, а после смены поколений озеро Америка станет совсем привычным.

Настолько привычным, как и Американский залив, раскинувшийся теперь на месте залива Мексиканского. «Gulf of America» давно и прочно прописано в Google Картах на акватории между Техасом, Флоридой и полуостровом Юкатан. «Приватизация» Вашингтоном американского континента, начатая ещё при Джеймсе Монро, продолжается.

Читайте также

Путин и Си Цзиньпин сверяют часы и позиции: Осенний марафон встреч лидеров стартует сегодня Бишкек, Нью-Дели, Шэньчжень, а там и Майами — где реально решаются судьбы мира

На это указывал Маяковский, вернувшись оттуда: «Жители Соединенных Штатов присвоили себе имя „американцев“. Этим именем они обижают оставшиеся двадцать республик и колоний Америки… Граждане Соединенных Штатов думают, что они и есть Америка, а остальные государства — их колонии или, в лучшем случае, временные недоразумения».

Русская традиция сочувствия к сирым и убогим нациям и народам, обиженным хищным мировым гегемоном, вынуждает солидаризоваться с позицией поэта и негодовать из-за хамской, бесцеремонной манеры Трампа вторгаться без мыла туда, куда его не просили. Но если подумать… Не стоит ли России присмотреться к этому опыту?

Да, США под лидерством Трампа ведут себя нагло, опираясь на право сильного (не только в переименованиях — только что забрали у Венесуэлы всю нефть). Но, может, они потому и сильны, что не мнутся, не жмутся, не стесняются, беспокоясь о том, как их поступки оценят другие? Что лучше — быть бандитом или жертвой бандита? А среди государств?

Государства-жертвы не выживают в истории. Россия потому и огромна, что в ней наряду с прекраснодушной интеллигенцией («ребята, давайте жить дружно») всегда находились жесткие государственные деятели, военачальники, без сантиментов утверждавшие русский флаг, который будучи единожды поднят, спускаться не должен.

Иван Паскевич — князь Варшавский, Константин Кауфман, отбивший у Британии Русский Туркестан, покоритель Кавказа генерал Ермолов… Все они в XIX веке действовали примерно теми же методами, что и Североамериканские Штаты, когда присоединяли к себе Калифорнию, Техас, Нью-Мексико, Юту, Неваду и другие совсем не бесхозные территории.

В советский период на смену брутальной тактике захвата земель пришли другие способы обеспечить стране мир и спокойствие у границ — в первую очередь идеологические.

Но и они нуждались иногда в подтверждении силой (1956, 1968 гг.). Сейчас, когда соседи, глядя на слабеющую, как они думают, Москву, буквально борзеют, тоже нужно что-то придумать.

Фиксация российской принадлежности некоторых территорий, по аналогии с проамериканскими переименованиями Трампа, может быть первым шагом в верном направлении. «Границы России нигде не заканчиваются», — говорил как-то Владимир Путин. Так за чем же дело стало? Не пора ли АП писать указ — охладить пыл недругов?

(Это абсолютно законно и соответствует международной принятой практике, заверили специалисты. Названия географических объектов на территории страны определяются её правовыми актами, а за пределами её национальных границ на национальных картах опираются либо на названия национальных государств, либо на документы ООН).

К примеру, можно переименовать Каспийское море в Русское. Тем более ему не впервой. В древности море называли Хвалынским, а также Хазарским и Дербентским. Почему бы теперь ему не побыть Русским? Некогда почти внутренний наш водоём, Каспий сейчас разделён между пятью странами. Сектор РФ — самый крупный. Как хотим, так и называем.

В реальности новое название отразится только на наших картах, но в Баку наверняка всё поймут правильно. С 2025 года тамошние СМИ и официальные лица стали называть Астрахань — Итилью (как и Волгу), Волгоград — Сарысу, Оренбург — Орынбор, Грозный — Солжа-Гала, Новороссийск — Суджук-Кале, Южно-Сахалинск — Тоёхара, а Калининград — Кёнигсберг. Для чего?

Заодно Русским можно назвать и Чёрное море, вернув ему это прежнее его наименование. А как ещё, если оно омывает русский Крым и русскую Одессу? Два моря с одним названием — перебор, скажут придирчивые скептики. Ничуть: можно считать их единой акваторией. Ведь оба моря связаны Волго-Донским каналом, прорыть который мечтал ещё Пётр I.

Кстати, Калининград, который на Апшеронском полуострове хотят онемечить в память о Пруссии, в соседней с ним Польше мечтают ополячить. Польская комиссия по стандартизации названий рекомендовала использовать только польское название «Крулевец», так как название «Калининград», по мнению Варшавы, искусственное. Уже используют.

«Это даже уже не русофобия, это такой граничащий с безумием процесс», — возмутился представитель Кремля Дмитрий Песков, назвав польские игры с российским топонимом «недружественными, враждебными действиями». А ведь там ещё Литва нарисовалась со своим вариантом — Караляучюс.

Подобные внешние «переименования» части российской территории официозом Германии, Польши и Литвы в сочетании с манёврами НАТО вокруг Калининградской области недвусмысленно вопиют о будущей угрозе. Так не пора ли перезастолбить наш эксклав, придав ему более «естественное» название? Например, Русгород.

Смена топонима советского времени имеет свои минусы. Красного цвета на карте России и так осталось мало…

Читайте также

Саммит ШОС: Что Пашинян надеется увидеть в глазах Путина? В Бишкеке в отношениях Москвы и Еревана наступит момент истины

Но если воспринимать новацию как этап борьбы за жизненное пространство народа, перемена приемлемая — большевики всегда ставили содержание выше формы. Всесоюзный староста Михаил Иванович Калинин вряд ли обидится.

Тем более хорошо бы назвать русским именем противоположную крайнюю точку страны — Курилы. Русские острова. Пусть нынешнее название их вполне историческое и восходит к айнам, населявшим эти почти голые скалы до появления там и русских, и тем более японцев, ради защиты от поднимающего голову японского милитаризма можно.

Угроза вполне реальна. Не зря президент РФ демонстративно посетил недавно эти особенные территории. Два десятилетия умиротворения Токио не принесли результата. Пора повышать ставки. Первый шаг — новый топоним, введённый указом главы государства. Второй… О втором шаге наверняка думают в МИД РФ, а то и в Генштабе.

Споры государств вокруг наименований территорий — привычное дело. Самый известный случай — Фолклендские, они же Мальвинские острова.

Среди других случаев: турецкие топонимы Северного Кипра, спор Токио и Сеула о наименовании Японского (Восточного) моря, переименование Южной Осетии в Аланию, против чего возражает аж само НАТО.

Названия своих и чужих территорий, утверждаемые нацией по собственной воле и вопреки возражениям всех остальных стран или международных структур, — это и есть одно из явных проявлений суверенитета.

А если подстраиваться под других — говорить «Молдова» вместо «Молдавия» или «Кыргызстан» — вместо «Киргизия», царём горы быть не получится. Таллин мы же научились писать с одной «н» — и ничего, небо над Эстонией не упало.

О политическом значении топонимов, в том числе для будущего, можно судить по действиям врагов России, которые в рамках ПАСЕ собрали группу представителей якобы угнетаемых коренных народов РФ с очевидной надеждой спровоцировать в перспективе сепаратизм по границам национальных республик или автономий.

Их «гастроли» призваны приучить мир к мысли о существовании своего рода политического лоскутного одеяла наций и народов, которые следует «освободить» под вывеской «деколонизации». Каждый употребляемый этими персонажами топоним, по замыслу организаторов, однажды может стать названием отдельного государства.

Вот почему лучше не ждать у моря погоды, а самим перейти в географическое наступление, перезастолбив хотя бы крайние точки на западе, востоке и юге нашей страны: Каспий — Русское море, Калининград — Русгород, Курилы — Русские острова. Впрочем, можно и на севере — в Арктике — для симметрии придумать нечто эдакое.

Поскольку Чукотское, Восточно-Сибирское и Карское моря, а также море Лаптевых и так полностью наши, а Баренцево море, хотя и названо в честь голландского мореплавателя, давно адаптировано отечественным сознанием, русификации в порядке словесной экспансии можно подвергнуть соседнее Норвежское море или даже Гренландское.

То, что на Гренландию, а значит, и на Гренландское море, претендует Трамп, даже хорошо. Равный бросит вызов равному. Ведь именно этого добивается Москва — глобального статуса? А значит, вести себя надо соответственно. Топографический эксперимент «рыжего джокера» послужит России примером.

Остальные пусть наблюдают за схваткой великих.