Мнения

Зачем воюют с сооружениями культа?

Александр Щипков: Отказываясь от строительства храмов, мы предаём своих умерших

2527
Зачем воюют с сооружениями культа?
Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС

Все началось с цифры 600. Святейший Патриарх Кирилл еще в 2009 году сказал, что именно это количество храмов необходимо для того, чтобы обеспечить спальные районы Москвы. Естественное желание верующих — иметь храм рядом с домом, а не ехать до него десять остановок на метро. В храмах не должно быть давки, храмы должны быть свободными, чтобы человек себя там чувствовал комфортно. Когда в поликлинике тесно, мы говорим о том, что поликлиник должно быть больше. С храмами то же самое.

Новые жилые микрорайоны должны быть обеспечены школами, детскими садами и, безусловно, храмами. По всем соцопросам порядка 80 процентов населения — люди религиозные. Естественно, им нужно место, где можно молиться, общаться, встретиться со священником и так далее. Храм — такой же необходимый социальный объект. Надо сказать, что по сравнению с европейскими городами в Москве намного меньше храмов на душу населения, чем в Риме или в Париже. Противники строительства храмов не любят об этом вспоминать. Программа ни шатко ни валко идет уже пять лет. Под давлением атеистического меньшинства её сократили сначала до двухсот, потом, в связи с появлением Новой Москвы увеличили до трехсот храмов. Каждый раз при строительстве церкви обнаруживаются люди, которые категорически против: они ходят на общественные слушания, пикетируют стройплощадки, стоят с плакатами, пишут бесконечные протестные письма, пытаются возмутить местное население, находят какие-то псевдопричины для недовольства, которые в основном крутятся вокруг выгулки собак.

Когда эти протесты против строительства православных храмов только начались, я относил их на счет того, что всегда есть какой-то процент атеистически настроенных людей, которые психологически болезненно воспринимают христианство. Но в последние несколько месяцев начала меняться технология противостояния. Раньше степень самоорганизации атеистов носила маргинальный характер и не превышала «дворовый» уровень. Хотя, заметим, действовали они с самого начала слаженно и дисциплинированно.

С начала пятнадцатого года их деятельность стала более системной, возможно это связано с грядущими парламентскими выборами, до которых остался всего год. Обратите внимание на экипировку. Профессионально изготовленные плакаты, посменное дежурство (иногда даже круглосуточное), палатки, организованное питание — налицо классические элементы оранжевой технологии. А эти технологии хорошо известны и придуманы они не на берегах Москвы-реки. В основе оранжевых технологий лежит использование известных архетипов, с помощью которых несколько обученных технологов-профессионалов могут манипулировать населением целого жилого квартала или толпой на пустыре. Палатка — это общий дом, еда — это совместная трапеза. Печеньки ведь тоже неслучайно раздавались на Майдане. Это был символический акт публичной инициации, продемонстрированный всему миру. Тут было важно, что еда подчёркнуто берется и передается именно руками. Нуланд «кормила» народ так, как родная мать кормит своего ребенка — минуя правила гигиены, сама пробуя языком эту еду на вкус, беря ее руками, а при необходимости залезая пальцами в рот поперхнувшемуся младенцу. Раздача печенек-облаток и эти протянутые к ним руки моделировали известное сакральное действие и должны были создать ощущение сопричастности и близости к тому вожделенному райскому месту, из которого приехала Нуланд…

Вернемся к Программе-200. Что такое строительство любого объекта? Люди привыкли к пустырю, и вдруг на нём строится гостиница. Это раздражает местных: мол, приехали богатеи, а нам ничего не дали. Или построили спортзал. С одной стороны хорошо, а с другой — раньше мы шли к метро через пустырь, путь сокращали, а теперь приходится обходить этот спортзал. Всегда есть консервативный взгляд, в соответствии с которым все новое всегда плохо. А тут плюс ко всему приходят некие люди и начинают эксплуатировать страх смерти: «Здесь начнут отпевать покойников, трупы будут возить под вашими окнами». Как будто жизнь не состоит из рождения и смерти.

И последнее. Нельзя забывать о ПАМЯТИ. Я говорю о памяти умерших. Между нами и нашими умершими родственниками существуют глубокая связь. Эта связь реальна и каждый её чувствует, когда ночью в одиночестве плачет о своей покойной маме или о своем умершем ребенке. А иногда эту связь чувствует весь народ, как это было во время акции «Бессмертный полк». Храм строится не только для живых, но и для мертвых. Это место поминовения наших предков. Мы строим храмы и для них. Это место нашей с ними встречи. Отказываясь от строительства храмов, препятствуя их возведению, мы ПРЕДАЁМ своих умерших родителей, братьев, детей. Задумайтесь об этом.

Новости СМИ2
Новости СМИ.ФМ
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Андрей Бунич

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России

Николай Платошкин

Заведующий кафедрой международных отношений и дипломатии Московского гуманитарного университета

Вадим Соловьев

Руководитель юридической службы КПРФ

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости 24СМИ
Новости НСН
Новости СМИ.ФМ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня