Богатство Северной Кореи

КНДР претендует на статус обладателя крупнейших в мире залежей редкоземельных элементов

6205
Богатство Северной Кореи
Фото: Александр Демьянчук/ТАСС

Перипетии современной геополитики свидетельствуют: зачастую в битвах ведущих держав за глобальное влияние на первый план выходит вопрос обладания энергоносителями и перспективными природными ресурсами, а односторонний контроль над столь ценными запасами многократно усиливает напряженность в отношениях.

Сегодня традиционная практика добычи нефти сдает позиции под мощным напором альтернативной энергетики и новых высоких технологий, предусматривающих использование редкоземельных элементов (РЗЭ). Высока концентрация запасов РЗЭ в Северной Корее, но чрезвычайно изолированное государство пока толком не эксплуатирует подземные богатства, а старт промышленной разработки редкоземельных запасов КНДР чреват мощными катаклизмами для существующего мирового порядка.

Холодная война сформировала на земном шаре линии идеологического раскола, а грядущая битва за ресурсы способна вбить клин между обладателями редкоземельных ресурсов и теми, кто лишен доступа к ним. Целые отрасли промышленности полностью зависят от конкретных редкоземельных металлов, и даже малейший срыв поставок отзовется раскатистым эхом негативных последствий глобального характера. При этом некоторые государства получат в свое распоряжение чудовищно мощный инструмент для оказания давления.

Эрбий, тулий, церий, самарий, литий — это лишь часть элементов группы редкоземельных. Роль основополагающего фундамента массы реализованных в последние десятилетия научно-технологических прорывов сыграли 17 элементов периодической таблицы.

Более того, — и это важно — редкоземельные элементы стали сырьем, чрезвычайно востребованным индустрией вооружений. Неодим используется в производстве бомб, лазеров, радаров и сонаров, диспрозий — компонент систем наведения ракет и видеонаблюдения, а тербий применяется при создании термоэлектрогенераторов и адаптивной оптики.

Читайте также

Благодаря расположенному в Калифорнии месторождению Маунтин-Пасс США занимают третье место в мире по объемам запасов редкоземельных элементов. До 80-х годов калифорнийское месторождение считалось крупнейшим мировым производителем РЗЭ, но затем на рынок вышел Китай, стремительно добившийся едва ли не мировой монополии.

Главными факторами, определившими триумф Пекина на рынке РЗЭ, стали доступность дешевой рабочей силы. По оценкам экспертов, Китай сегодня контролирует свыше 95% мировой добычи РЗЭ, а запасы Поднебесной достигают 55 миллионов тонн.

Результаты недавних исследований свидетельствуют: мировым лидером по объемам залежей редкоземельных элементом может оказаться КНДР. Сегодня разработка недр выглядит нецелесообразной из-за отсутствия масштабного спроса и действующих против Северной Кореи удушающих санкций (страна практически полностью отрезана от внешних рынков, а общество массового потребления в КНДР пока не создано).

Реализация современных проектов требует наличия передовой инфраструктуры, следовательно, расходы по запуску новых производств в КНДР резко возрастают, операционные издержки существенно повышаются, а себестоимость добытых металлов непозволительно растет. Подобные инвестиции Северной Корее просто не по карману.

В районе северокорейского города Чонджу расположено колоссальное месторождение редкоземельных оксидов, оцениваемое в 216,2 миллиона тонн, что в 2 раза превышает разведанные мировые запасы этого сырья. По оценкам южнокорейских экспертов (если, конечно, эти цифры точны), общая стоимость редкоземельного богатства КНДР в денежном выражении составляет $ 2,8 триллиона. Для сравнения: ВВП Южной Кореи в 2017 г. достиг $ 1,53 триллиона.

По данным Korea Resources Corporation (KORES), Северная Корея обладает невероятными залежами магнезита (6 млрд тонн), графита (2 млрд тонн), железной руды (5 млрд тонн) и вольфрама (250 тыс. тонн).

Страна в одночасье может стать ключевым глобальным игроком на рынке редкоземельных элементов — спрос на сырье для производства смартфонов и полупроводниковой продукции растет стремительными темпами. В Пхеньяне утверждают, чтоб способны нарастить добычу 17 редкоземельных элементов до 20 миллионов тонн, причем все это количество готов закупать Пекин.

В редкоземельных металлах постоянно нуждается не только Китай, но и ВПК США и России. РЗЭ необходимы для выпуска американского противоракетного комплекса мобильного наземного базирования для высотного перехвата ракет THAAD и российских комплексов С-400 и С-500.

Обеспечить освоение подземных богатств КНДР ради поставок на экспорт можно лишь путем заключения новых международных соглашений, отмены санкций или — в самом крайнем случае — в результате военной интервенции. И эти факторы позволяют свежим взглядом оценить геополитическую ситуацию, сложившуюся вокруг Северной Кореи.

Китай постепенно дистанцируется от давнего союзника, радикально сокращая объемы закупок угля из КНДР. Россия, в свою очередь, проявляет все больше интереса к редкоземельным сокровищам страны, а южнокорейские компании рассматривают возможность заключения новых контрактов на разработку ценных северокорейских ресурсов.

В 90-е и нулевые годы несколько южнокорейских конгломератов (в том числе KORES), по достоинству оценив бескрайний потенциал недр северного соседа, вложили немалые средства в добывающие проекты в Северной Корее и изъявили готовность заняться строительством инфраструктуры, позволяющей упростить процесс добычи РЗЭ.

У правительства КНДР нет ни финансов, ни технологического опыта для самостоятельной разработки месторождений. По данным KORES, на сегодняшний день Пхеньян, несмотря на санкции, уже подписал 40 инвестиционных соглашений с иностранными предприятиями (90% этих компаний представляют Китай).

Часть руководителей Южной Кореи тревожит интерес Пекина к северокорейским недрам. Депутат парламента Южной Кореи Парк Янг Сун подчеркивает: «Правительству следует действовать без промедлений, поскольку Китай уже застолбил за собой множество месторождений в Северной Корее. Если Южной Корее удастся договориться об импорте природных ресурсов из КНДР, мы получим стабильность в вопросе поставок на несколько десятилетий».

Сразу после восстановления переговоров между президентом Южной Кореи и лидером КНДР южнокорейские власти открыто заговорили о возобновлении и расширении инфраструктурного проекта железной дороги Север — Юг. При этом КНДР стоит на пороге интеграции в масштабную инфраструктурную логистическую сеть «металлического» Шелкового пути — стратегического партнерства Китая и России, осуществляющих согласованные инвестиции в строительство железных дорог, трубопроводов и портов. Не за горами и открытие северокорейской специальной экономической зоны (по китайскому образцу) — для обеспечения иными способами недостижимого притока прямых иностранных инвестиций.

Статус национально приоритетных в КНДР могут получить 4 региона — Расон, Ынджон, Вонсан и Синыйджу. Наличие специальных зон с демонстративно дружественным для иностранных инвесторов режимом работы — свидетельство готовности правительства тестировать различные варианты экономической политики. Создание специальных экономических зон может стать одним из ключевых компонентов стратегии экономического развития под руководством правительства Ким Чен Ына, но об успешности СЭЗ говорить пока рано.

Первые санкции ООН против Северной Кореи вступили в силу в 1993 г. Они оказались контрпродуктивными: Пхеньян в качестве вынужденной ответной реакции продолжал шантажировать мир ядерным оружием и испытаниями ракет. Сегодня КНДР избрала путь прогнозируемой стратегии сдерживания — страна не только наращивает количество испытаний ракет, демонстрируя решимость, но и укрепляет национальный оборонный потенциал в среде, которую считает враждебной для себя.

Читайте также

Вариантом выхода из кризиса могло бы стать официальное признание ядерного статуса КНДР — по образцу Индии, Пакистана и Израиля (эти государства тоже обзавелись ядерным арсеналом без одобрения международного сообщества). Такое решение может показаться косвенным признанием провала политики нераспространения ядерного оружия на планете, но оно действительно способно разрешить тупиковую ситуацию, в которой Пхеньян вынужден постоянно наращивать ядерную программу и грозить миру ракетами.

Немало ожиданий и надежд на выход из кризиса возлагалось на заключенное в 1994 г. соглашение. Оно обязывало Северную Корею отказаться от реализации ядерной программы в обмен на поддержку национальной энергетики Южной Кореей, США, Японией и Россией — эти страны обязались построить в КНДР две атомные электростанции. Но упомянутое соглашение так и не было реализовано, поскольку стороны свои обещания не выполнили.

В борьбе за доступ к ресурсам редкоземельных элементов потребуется без преувеличения подлинное искусство ведения переговоров. И если Вашингтон не проявит должного интереса к недрам КНДР, то лавры победителя в очередной раз достанутся Пекину.

Бездеятельность Вашингтона может сыграть и на руку Москве, поскольку Китай нуждается в бесперебойном доступе к энергетическим ресурсам РФ и Средней Азии, а также к продвинутым российским военным технологиям.

Экономическая экспансия Китая уже стала серьезнейшим испытанием для американской внешней политики. И вопрос сегодня лишь в том, кто именно предложит Северной Корее максимальную рентабельность разработки редкоземельного богатства страны, ведь возможность сколотить колоссальное состояние у Ким Чен Ына сохраняется в любом случае. Сможет ли Пекин обойти Вашингтон и предложить лучшие условия? Обеспечит ли очередной саммит Соединенные Штаты вторым шансом?

Патрисия Шоукер


Перевод Константина Василькевича. Источник National Interest.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Сергей Пикин

Директор Фонда энергетического развития

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости НСН
Новости Финам
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня