Нам соприродное

«Об Солженицына» Алексея Колобродова представляет собой сборник эссе и статей, написанных и опубликованных в течение нескольких недавних лет. Публицистика публицистике рознь: Колобродов не ходит по краю хайпа, не выпекает горячие пирожки на заказ, не торопится принять участие в эмоционально взвинченных забегах общих тем. Его тексты штучны, выдержаны, продуманы, обоснованы. Они насыщены фактологией, если этого требует тема; умной иронией, если это позволяет контекст; литературой — везде, где это возможно.

Собранные в одну книгу статьи вдруг оказались единым целым, работающим на осознание культурного, литературного, политического пространства вокруг нас. Обращение к действительности через призму накопленного культурного национального багажа — таков авторский метод Колобродова. И в итоге, небольшая по объему книга вмещает в себя целый век, фрагментарно сопоставляемый с событиями дня сегодняшнего, обращается к разнообразным пластам, явлениям культуры, но не запутывает все, а наоборот — систематизирует.

Книга могла носить подходящее название «Соприродное», но в итоге, была еще более удачно названа с отсылкой к Хармсу (Гоголь — «об Пушкина!», Пушкин — «об Гоголя!») — «Об Солженицына».

Собственно, книга представляет собой полотно, собранное из частей, идеально друг к другу прилегающих при совмещении, и если уж пересекающихся, то только для того, чтобы плотнее уложится в мозаичный ряд. В предисловии Колобродов предполагает, что книга удалась и сложилась. Это на самом деле так. Длительная упорная работа по изучению литературных, политических, социокультурных страт общества по обе границы нынешнего века дала закономерный результат. Читателю представлено цельное высказывание вне жанров и границ, не претендующее на законченность, а совсем наоборот: предлагающее свое толкование и побуждающее к диалогу.

Например, год 2018-й обозначается автором как если не сводящий счеты, то счет ведущий — с шестидесятыми годами прошлого века. Что с одной стороны ознаменовано полувековым юбилеем «преждевременного конца прекрасной эпохи шестидесятых годов», уходом из жизни некоторых из знаковых персонажей тех лет, а с другой — фиксацией в сегодняшнем времени пусть и выхолощенных до глянца, но примет времени. Ответственность за это закономерно взяли на себя кино и сериалы, появившиеся к 2018 году.

Например, сериал «Таинственная страсть» по Аксенову, несмотря на смешение деталей биографий, отображение эпохи в виде череды тусовок и полусказочных образов, тем не менее свою функцию выполняет, задавая ритм, мелодику, распознавая лица, фигуры и их масштаб. Тогда как фильм «Облепиховое лето», о Вампилове, дает ракурс «других шестидесятых»: расширяя географические границы, и помещая в исторический объектив совсем иных персонажей. Спорно? Пожалуйста, аргументация прилагается.

Эссе об Астафьеве и Окуджаве — лишь один пример из отдельной области исследований Колобродова, которая в его книге «Здравые смыслы» (2017 год) отображена целой главой «Страна сближений», и которую, наверное, можно так и охарактеризовать. Переплетения судеб, схожесть фактов, событий и дат, совпадения культурного, исторического значения и формата — автор скурпулезно изучает и собирает их. Некоторые такие пары из «Смыслов»: Аксенов и Пелевин, Гаррос и Генис, Быков и Звягинцев. Вопросы «что может быть между ними общего», и «не притянуты ли эти персонажи искусственно друг к другу» отпадают сами собой при прочтении.

Экскурсия в сероглазое королевство Анны Ахматовой придает взгляду, брошенному вослед ушедшей эпохи дополнительную широту и полноту. Никак нам не обойтись без женского ракурса — эмоционального и всеобъемлющего, справедливо претендующего на свое место и вес. Не помешал бы и сериал, снятый об одной из ярчайших представительниц века (отличная идея от автора — министерство культуры, ау).

Ответственной же за отражение нашей эпохи назначена Алла Борисовна. По крайней мере, она играла весомую роль в общественной повестке ровно столько, сколько она с этой эпохой совпадала — удивительно точное наблюдение!

Аналитическое «шолоховедение» на примере оппонирования одной из очередных статей о «неавторстве» предлагает читателю не только целый каталог фактов «за», архив собраний сочинений «против», но и историю возникновения, проникновения в сознание, закрепления вымыслов, домыслов, причинно-следственных связей. Автор статьи Дмитрий Быков — одна из интегральных фигур книги-исследования, встречается на страницах не раз и не два.

Но и Быковы ходят парой. Одна из глав посвящена Быкову — Юрию, режиссеру: «Дурак», «Майор», «Метод», «Завод», «Спящие». Речь идет о том, как Юрий, сам того не желая, сломал канон «самого популярного ныне жанра — публичного скандала вокруг вечной и модной темы „С кем вы, мастера культуры?“». И в итоге, повторил за другим большим художником, тоже не чуждому рефлексии: «Мне стало противно, и я ушел. Вернее, остался.».

Колобродов предлагает иной угол зрения на интервью Лимонова еще одному Юрию, Дудю, не принимая сторону ни одной из аудиторий. «Для чего нужны Робинзоны», «Дед как явление и условный внук, как инопланетянин» — абсурдистский диалог человека сегодняшней быстро меняющейся формации и человека, сумевшего обогнать не только свой, но и его, собеседника век.

Вот так, имея дело с одним пространством, не учитывая время, расставляя для себя то акценты, то фигуры, споря или соглашаясь, вспоминая то Высоцкого, то Довлатова, рассматривая свежим взглядом то Поклонскую, то Алексиевич, осваиваешь какую-то совершенно новую, необычную механику отношения к действительности и ее предпосылкам.

А Солженицын как же, спросите вы? А этот человек встречается в книге чаще всех. Не считая нескольких эссе, именно ему и посвященных, Александр Исаевич, как ключевая фигура, повлиявшая так или иначе на многие культурно-исторические процессы, не может остаться за кадром, когда мы то и дело … нет, не спотыкаемся о него, а заступаем за ад, им придуманный.