Т-55 снова в строю. Проверенный советский танк легко адаптируется к новым реалиям

Начну с вопроса к генералам и конструкторам танков: смотрели ли вы телевизор последние 13 лет? В 2011 году началась война в Сирии. Основные сражения разворачивались в мегаполисах.

Площадь города Алеппо — 190 кв. км. 40% жилой застройки были захвачены боевиками. Бои за Алеппо шли четыре года — с 2012-го по 2016-й.

15 июля 2012-го боевики начали наступление на Дамаск. Однако к 4 августа правительственные войска их выбили. В апреле 2014-го боевики вновь захватили несколько пригородов Дамаска. Контролировали 5 больших анклавов. Центральные районы города оказались под миномётным огнём террористов. Лишь 28 мая 2018-го правительственным войскам удалось взять Дамаск под полный контроль.

С 2014 года главные сражения на Украине проходили в Донецкой агломерации, то есть в зоне сплошной застройки площадью 36×55 км. Для понимания: граница между Донецком и Макеевкой проходит по жилой улице.

В обеих войнах тысячами применялись разведывательные и ударные дроны. А наши генералы и конструкторы уже 60(!) лет зациклились на гладкоствольных пушках, маломощных осколочно-фугасных снарядах, вспомним пальбу в октябре 1993-го по Белому дому в Москве. Максимальный угол возвышения — 15°. В танке — одна радиостанция для связи с командиром роты. Больше не положено!

Нет, были и сомнения. Конструкторы Пермского завода в конце 1980-х спроектировали мощную 152-мм гладкоствольную пушку ЛП-83. Опытный образец изготовили в первой половине 1990-го и установили на «объект 292». Это был модернизированный Т-80БВ, изготовленный в 1986-м на Кировском заводе в Ленинграде.

Штатная башня со 125-мм пушкой 2А46М-1 была снята и заменена новой башней со 152-мм гладкоствольной ЛП-83. Работы по ее установке завершились к ноябрю 1990-го. А в следующем году «объект 292» успешно прошел заводские испытания со стрельбой на полигоне Ржевка под Ленинградом.

В итоге было выявлено значительное превосходство 152-мм пушки по сравнению с основной 125-мм 2А46. Особенно это касалось увеличения в полтора раза импульса выстрела при примерно равном откате орудия. Что позволяло без существенных доработок устанавливать пушку на танки Т-80БВ и значительно повысить их огневую мощь.

Основные аргументы противников 152-мм гладкоствольных пушек: уменьшение боекомплекта, некоторое снижение скорострельности, а главное — отсутствие для них достаточного количества снарядов. В то время как 125-мм калибра немеряно.

Вес взрывчатого вещества в 125-мм снаряде 3ОФ26 — 3,4 кг, а в 152-мм осколочно-фугасном 3ОФ45 от гаубицы «Мста» — 7,65 кг, то есть в 2,25 раза больше. При этом сегодня артиллерийские склады забиты 152-мм осколочно-фугасными снарядами.

Выход очевиден. Следует ставить в танк 152-мм нарезной (!) ствол 2А65 от гаубицы «Мста» и по возможности сделать его по установочным частям взаимозаменяемым со 125-мм гладкоствольными пушками.

Целесообразно увеличить максимальный угол возвышения 152-мм танковых орудий, как минимум, до 35° для стрельбы с закрытых позиций, в городах и промзоне. Заряжание их, естественно, будет раздельно-гильзовое. И тут надо предусмотреть возможность автоматического переключения на подачу уменьшенных зарядов, что обеспечит возможность навесной стрельбы.

А как насчёт бронепробиваемости 152-мм пушек? Хорошо бы посадить противников шестидюймовок в Т-90 и долбануть по нему с двух километров 152-мм осколочно-фугасным снарядом. Интересно, что этим господам потребуется — реанимация или сразу морг?

вообще не наблюдаются svpressa.ru/war21/article/401178/

Сейчас на Украине танковые дуэли стали редкими, атаки по 20−100 машин, как в 1941—1945 годах, вообще не наблюдаются. Российские и украинские ОБТ превратились в самоходки ближнего боя на дистанция 1−10 км. Танки ведут огонь с открытых, а чаще с закрытых позиций. Эх, записать бы, что говорят наводчики-операторы об угле возвышения в 15 градусов!

Танку, ведущему огонь с закрытой позиции, необходим собственный разведывательный дрон. Сейчас ни для такого БПЛА, ни — тем более — для его оператора просто нет места. А ведь еще должна быть предусмотрена возможность зарядки батареи, отсек для хранения запасного БПЛА и т. д., и т. п.

То есть единственный оператор дрона, который теоретически может помочь танкистам — внешний, и сидеть он будет на радиоканале. Это тоже проблема, так как радиостанции на наших Т-72Б3, Т-80 и даже Т-90 толком ни с чем не совместимы, кроме других танков.

Это стало ясно до СВО. И в Т-14 «Армата» был предусмотрен собственный БПЛА «Птеродактиль». Кстати, несколько разведывательных и ударных дронов помещены за бронёй на опытном танке «Пантера» FK51 фирмы «Рейнметалл». Но в СВО пока участвуют единицы «Армат», а появление на Украине единичных «Пантер» возможно не ранее второй половины 2024 года.

Почему наши историки умалчивают о том, что грандиозный танковый погром 1941 года произошёл не в последнюю очередь из-за того, что у немцев все «панцекампфрвагены» были радиофицированы? А у нас командиры из своих машин флажками махали. Мало того, у немцев были командирские танки. Причём, в 1939—1942 годах на них танках не было … пушки. Её имитировал деревянный макет, а вооружение командирского танка составлял один пулемёт.

В боевом отделении немецкого Т-III устанавливали четыре (!) радиостанции и стол для топографических карт, а также дополнительные приборы наблюдения. А на некоторых таких танках имелись и шифровальные машины «Энигма». Экипаж командирского Т-III насчитывал 5 человек: командир, штабной офицер, два радиста и механик-водитель.

Почему бы не создать командирский танк для СВО? Понятно, что при нашем долгострое его проектирование, изготовление и испытания займут несколько лет. Да и заводы-производители загружены заказами на линейные танки.

Но ведь можно взять со складов старые добрые Т-62 или даже Т-55? Снять с танка башню и приварить к корпусу здоровенную рубку. Установить навигационное оборудование, связь с GPS, а, может, даже с разведывательными спутниками. А главное, разместить пусковые установки для дронов: разведывательных, камикадзе, а в перспективе — и перехватчиков вражеских БПЛА. Для пушки места не осталось? Обойдёмся без неё.

БПЛА-разведчики будут вести наблюдение за местностью в интересах как командирского, так и линейных танков. Дроны-камикадзе обеспечат самооборону командирского танка и поддержку линейные машин.

Итак, шасси для командирских танков уже есть в достаточном количестве, аппаратура связи — тоже. Дроны и пусковые установки к ним — в наличии. В чём дело? В бронированной рубке?

Аналогичная ситуация сложилась в конце 1942-го. Были в наличие тяжёлые танки КВ-1С и 152-мм гаубицы-пушки МЛ-20. И 4 января 1943 года вышло Постановление ГКО № 2692 о создании 152-мм тяжёлой самоходной установки СУ-152. А 24 января, то есть через 20 дней, было закончено изготовление первого образца самоходки.

Так почему бы сейчас, действуя «методом кнута и пряника», не заставить конструкторов сделать командирский танк если не за месяц, то хотя бы за три?!