Мнения
10 ноября 2013 13:55

По Европе бродит призрак национализма?

Максим Собеский рассматривает национальные движения Старого мира

2880

Когда автор лет десять назад окунулся в мир национализма, в нем ожидали, что наши ультраправые скоро-скоро вывесят коловрат в Кремле и пойдут на Европу. Матушку-Европу, которая, как были уверены наши то ли нацисты, то ли патриоты, деградировала под натиском либерализма и миграции из стран третьего мира. Надо спасать.

Впрочем, никто никого не спас, и флаг со свастикой над Москвой что-то не виден. Правый национализм, погуляв «Русскими маршами», оскандалившись выявленными агентами спецслужб, усох, а карликовые партии и движения так и остались политически неразвитыми. Многие сели: одни за применение на практике теорий политического насилия, другие — за приправленную идеологическим фарсом уголовщину. Так «Иркутские молоточники» пошли убивать не мигрантов, а первых встречных «обывателей». Остатки политизированного нацполя поделились между общегражданским Алексеем Навальным и прокремлевским Максимом Марцинкевичем.

Несмотря на иллюзорность возможностей ультраправых, либеральное мнение нет-нет и протрубит про угрозу «фашизма». Крутой такой фашизм: пристроиться в хвосте народного схода в Бирюлево и погромить овощебазу. И через день покорно грузиться в автозаки, сотнями, с последующей истерикой в интернете: «Мы — уличная сила, с которой невозможно не считаться!». Или удирать сломя голову, как «НС-Блок» на Русском марше от кучки омоновцев.

В общем, русский правый национализм грустен.

В Европе, которую наши националисты оценивали как дело пропащее, кипит жизнь, жизнь националистическая. Восприятие реальной ситуации исказили пропаганда неонацистов всех мастей, сообщающих не про политическую активность, а о субкультурных междусобойчиках, и вымыслы либералов про «ненависть» граждан к националистам. Говоря по правде, огромная часть Европы — территория толерантности, гетто мигрантов и де-факто — очаги шариата. Но там, где, как говорится, горит огонь — он что-то печет.

Безусловно, жизнь националиста в Европе не сладка. Если у нас инструмент подавления национализма ст. 282 УК «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства», то в ЕС десятилетия тому назад напринимали кучу подобных законов. Националистов там сажают чаще не за радикализм, а за пожелание приставучему гею идти подальше и за оценочное мнение по тому или иному вопросу из истории Второй мировой. В Германии запрещен десяток легальных организаций. Так что европейский либерализм отнюдь не синоним свободы.

Вопреки бытующему мифу, созданный в 1972 году «Национальный Фронт Франции» семейства Ле Пенов сейчас весьма далек от национализма, хотя до середины 90-х был националистическим. Все изменилось с возвышением Мари Ле Пен, которая руководит, говоря языком либеральной прессы, «фашистскими методами». Из Фронта выгнали скинхэдов, язычников и внутреннюю оппозицию и открыли вход для мигрантов. Все это дало отдельный успех: 118 депутатов в региональных советах, три человека в Европарламенте, 18% на президентской гонке. Клан Ле Пен так увлекся поисками респектабельности, что утратил связь с народом. Когда сотни тысяч французов протестовали против закона о браках для гомосексуалистов под дубинками полиции, НФФ бойкотировал протест. В целом — это клуб, числом в 50 тысяч, без рычажка влияния, как уличный активизм, но с примесью национализма.

Что касается чистых националистов: они есть в формате интересных, но не дотягивающих до участия в выборах организаций, как левый «Третий Путь» Сержа Аюба, антирасистские «Bloc Identitaire», «Une Autre Jeunesse», «Groupe Union Défense», «Jeunesses nationalistes» и «l'Œuvre française». Группы солидаризуются и выводят на такие мероприятия, как Первомай, по несколько тысяч человек; акции иногда заканчиваются масштабными стычками с мигрантами. Весной «социалистическое» правительство воспользовалось случаем самообороны активиста Юран Морилло от нападения гея — он погиб, — и запретило ряд организаций.

В Англии два националистических полюса: «пиджачный» и уличный. Первый представлен в основном созданной в 1982 году «Британской национальной партией» — весьма чопорной организацией, иногда занимающей в депутатские кресла; сейчас это два муниципальных и один евродепутат. Несколько лет назад организацию постиг кризис, когда Ник Гриффин — лидер, устроил чистку молодежному отделению и написал заявление в полицию на своего заместителя, который якобы планировал заговор. БНП игнорирует уличный протест, имея стратегию на участие в выборах. Списочный состав 5−10 тысяч членов.

«Лига обороны Англии», напротив, — синоним британского бунта против расизма мигрантов и исламизации. Лига достаточно гибка в плане идеологии: в ее рядах есть как скинхэды, так и анархисты, и даже евреи; объединение произошло на почве тревоги от исламизации и терпимости правительства к мусульманским террористам. Сформированная в 2009 году, Лига имела размах активности в 2010—2011 годах, когда ее демонстрации привлекали до 2−4 тысяч оппозиционеров и сопровождались сотнями задержанных. Парадоксально: актив Лиги около ста человек, впрочем, полиция говорит о трех тысячах, что делает проблематичным выход в большую политику. Часть активистов уже политзэки.

«Национал-демократическая партия» Германии, ведущая свою историю с 1964 года, во главе с лидером Хольгером Апфельвом не только отрицает право мигрантов заселять ФРГ, НДП — оппонент Rax America, Евросоюза и НАТО. По всем меркам — партия мощная: в ней состоят 7−10 тысяч граждан, много интеллигенции, пожарных, рабочих, студентов. НДП сильна в большей степени в землях экс-ГДР. Если на выборах в Бундестаг партия имеет 1,5 процента — это 13 парламентариев, то в Земельные парламенты востока — 5−10 процентов. Любопытно: когда немецкие националисты проводят антиамериканские акции, как Дрезденский и Антивоенный марши, на страже интересов янки встает коалиция погромщиков из ЛГБТ, антифа и мигрантов. Кстати, партию регулярно пытаются запретить.

Усталость от нахождения НДП в узких рамках легальности привела к формированию десятков «Земельных товариществ», автономных группировок и скинхэд-формаций, сфокусированных на ярких уличных шествиях, агитации, музыкальной сцене и конфронтации с левыми экстремистами.

Но все-таки национализм, уже рвущийся к власти, сконцентрирован на Юге и Востоке Европы. Путь греческой «Золотой Зари» и ее вождя Николаоса Михалолиакоса к успеху занял четверть века. Это единственная партия, которая, не имея успеха на выборах с 1985, наконец-то выстрелила в 2012 — взяла 7% голосов в парламенте. Благодаря плотной работе с населением и защите его прав, националисты выросли из рамок группы активистов. «Заря» выступает за греческую идентичность и объединение с Кипром, за борьбу рабочих и выход страны из ЕС и НАТО. Особое опасение вызывает экономическая зависимость Греции от международных структур. «Заря» за развитие промышленности, а не туризма. Активисты «Зари», в прямом смысле, выжили в уличной войне с левацкими экстремистами: почти каждый митинг заканчивался драками, а офисы партии взрывали. 1 ноября банда леваков расстреляла двух активистов, причем на волне беспрецедентных репрессий властей к «Заре». Движение — организатор крупнейшего националистического марша в Европе — Имии; последняя Имия собрала 20 тысяч.

«Партия за лучшую Венгрию» или «Йоббик» — синоним скорострельности. Не успели активисты и Габор Вона ее открыть в 2003 году, как через несколько избирательных кампаний партия заимела в национальном парламенте 12% мест, и направила трех членов в Европарламент. «Йоббик» не продукт недовольства миграцией, как в иных странах. Скорее — протест традиционного общества против экономического кризиса, этнической преступности цыган и вестернизации культуры. Партия — антагонист «Западной цивилизации» и адепт евразийства.

Впрочем, вхождение «Йоббик» в систему управления Венгрии вызвало ряд отколов: националисты-оппозиционеры обвиняют партию в популизме. Из прочих националистов страны заметен «Венгерский национальный фронт», существующий с 1989 года, — легальная военизированная организация, привлекающая сотни членов для патрулирования страдающих от «набегов» цыган городков. ВНФ также гуманитарно помогает малоимущим согражданам, школам и венгерским меньшинствам за границей.

Бурлит национализмом Украина: идеология стала мэйнстримом через партию «Свобода», все-таки 11% в Раде. Хотя, по некоторым сведениям, погрязшая в коррупционных скандалах «Свобода» спонсируется татарскими сепаратистами. Национализм «Свободы» — через русофобию и дискриминацию русскоязычных регионов. Получается перелицовка истории борьбы УПА: в центральной и восточной Украине «свободовцы» выступают как советские чекисты. Что до других националистов — они не в лучшем состоянии после недавнего развала «Автономного отпора». В упадке и русские националисты со времени затухания «украинских» нацболов.

Хватает интересных националистических проектов в Италии, Испании и Чехии, но они пока что существуют без проникновения во власть. Так неоднозначны дела итальянских националистов. Здесь и массовость, и глубокий патриотизм общества, и традиции фашизма (в историческом понимании), и заигрывающая с национализмом парламентская «Лига Севера». Однако «Новая Сила» — задорная партия, связанная с «Венецианским фронтом скинхэдов», не имеет ни одного депутата. Общественное движение «Каза Пауда» харизматичного Джанлуко Ианноне с десятилетней историей даже игнорирует выборы в кресла чиновников. Четыре тысячи его сторонников посвящают себя социальной работе с населением, студенчеством и заняты сквотированием зданий.

Однако, как видно, ни одна партия или организация русских националистов даже отдаленно не приближается к результатам ряда европейских. Так стоит ли их так бояться?

Последние новости
Цитаты
Игорь Гундаров

Доктор медицинских наук, профессор, академик РАЕН, демограф

Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Валентин Катасонов

Доктор экономических наук, профессор

Комментарии
В эфире СП-ТВ
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня