Тотальный запрет отложили, Россия продолжает отгружать бензин в Армению

Вице-премьер Александр Новак сообщил, что Россия пока не применит тотального запрета на вывоз нефтепродуктов по линии межправительственных соглашений. Вопрос о целесообразности таких ограничений решается для каждого конкретного случая.

При этом уже работают ограничения на экспорт бензина — полный запрет с 1 апреля по 31 июля 2026 года и авиационного керосина до 30 ноября 2026 года. Кроме того, активно обсуждается возможность запрета на дизельное топливо, которое пока разрешено вывозить за границу только производителям, но не перекупщикам.

На совещании у президента РФ ситуация на российском топливном рынке была охарактеризована как непростая, но контролируемая. Правительство принимает меры для стабильного обеспечения потребителей и изыскивает дополнительные поставки топлива летом с учетом повышенного спроса.

Читайте также

Топливная круговерть: Urals уходит к чужим берегам, А-95 пробивается к российским, АЗС вводят лимиты все чаще С поставками бензина Россию выручит Белоруссия. Индия и Китай тоже помогут

Владимир Путин также говорил о полностью задействованных мощностях крупнейших НПЗ. Вертикально интегрированные нефтяные компании нарастили выпуск и отгрузки, а графики профилактических ремонтов сдвинуты на более поздний период, чтобы сохранить высокий уровень предложения.

Президент наличие проблем признал. На заправках очереди, а нужных марок топлива не хватает. В более двадцати регионах введены ограничения на продажу топлива на АЗС.

При этом экспорт по межправительственным соглашениям продолжается. Что за межправосоглашения такие?

Последние новости о рынке нефти, газа, а также стоимости бензина и дизеля, — в теме «Свободной Прессы».

— Это поставки, в основном, внутри ЕАЭС, — пояснил ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков. — То есть, например, мы в Армению поставляем до сих пор нефтепродукты, и в том числе бензин. И на эти поставки, как заключённые по межправительственным соглашениям, не распространяется запрет на экспорт бензина.

Можно было, наверное, и не поставлять уже, раз самим не хватает, мы ведь и сами бензин уже импортируем. Но продолжаем отгружать в ряд стран, которые ведут откровенно недружественную нам политику. (Действительно странно: фрукты/овощи, рыбу из Армении к нам ввозить нельзя, а бензин туда, когда у самих дефицит, — можно — «СП»)

«СП»: Может, в этом причина — опасение потерять валютную выручку, ведь экспорт нефтепродуктов — важная статья доходов бюджета? После его снятия восстановление позиций на международных рынках может занять какое-то время, а тут Венесуэла и Иран на подходе?

— Сейчас с этих стран как бы «снимают часть санкций», точнее, замораживают, и они смогут продавать свою нефть, у них появятся деньги на развитие добычи, и они наращивают объем производства.

Но Венесуэла и в лучшие-то годы добывала 3,5 миллиона баррелей нефти в сутки, не так много, если учесть, что мировая добыча нефти около 80−95 млн. баррелей. Плюс к тому, у них месторождение имеет высокую себестоимость добычи, многие истощены.

Очень высокая себестоимость производства при нынешнем снижение цен не добавляет привлекательности к развитию венесуэльской индустрии. Они пока восстановили добычу чуть выше уровня американской блокады. Чтобы радикально нарастить на миллион или два миллиона баррелей в сутки, нужны масштабные инвестиции и время.

«СП»: Но Венесуэла же мировой лидер по запасам нефти?

— Эти запасы сложные, дорогостоящие. Желающих инвестировать в их добычу особо нет. Даже те, кто могли бы вложиться, смотрят на тот же самый Иран, с которого тоже снимают санкции. Он гораздо более привлекателен для инвестиций, меньше себестоимость добычи, и скорее уж он увеличит объем производства.

Но и там ситуация очень неустойчивая. Сегодня сняли санкции, завтра опять введут, как сделал, кстати, сам Дональд Трамп в первый свой срок. Это он ввёл иранские санкции в нефтяной сфере, запретив кому-либо покупать их нефть и тогда ситуация для Ирана стала гораздо хуже. А где гарантия, что сейчас вложишь миллиарды долларов в иранскую добычу, а политическая ситуация не поменяется? Увеличение добычи в Иране происходит, но своих ресурсов у них не так много.

«СП»: На Западе хотят верить, что раз две страны увеличивают добычу, обязательно должна пострадать российская нефть и нас этим стращают?

— От того, что все будут увеличивать добычу, неизбежно снизиться цена. И это приведёт к тому, что страны с высокой себестоимостью добычи, и главное те, кто умеют маневрировать этой добычей — смогут сокращать её производство. И это, прежде всего, сами Соединенные Штаты и их сланцевые проекты, как раз имеющие эту самую характерную особенность.

Они быстро включаются в добычу, когда та становятся рентабельной, и быстро останавливаются, когда рентабельность падает, ведь у них в основном операционные затраты, а не капитальные.

Это у России с ее традиционными месторождениями, в основном, капитальные затраты. А в США, наоборот, операционные. Как только становится не выгодно, они просто останавливаешь добычу, не наращивая убытки.

Поэтому речь скорее может идти о том, что все производители пострадают, и не факт, что обязательно Россия должна уйти с рынка.

Читайте также

Украинские цены на бензин в Подмосковье: Топливный кризис, бушующий в Крыму, подбирается к столице По отмашке Запада Киев, наплевав на собственные поражения на фронте, пытается взять реванш на российских АЗС

У нас основная проблема с добычей в том, что высока налоговая нагрузка, ставка Центрального банка и прочее — это приводит к тому, что у компаний не остается денег на капитальные вложения, они их сокращают, чтобы иметь устойчивую экономическую ситуацию.

На чём-то надо экономить, раз растут налоги, НДС и прочее вот и начинают экономить на капитальных затратах. Но это не значит, что они здесь и сейчас они остановят добычу, это скорее долгосрочная история. Отнюдь не Россия самый ущербный производитель в мире, считает эксперт…

Запасы бензина у нас составляют 1,7 млн тонн, мощности НПЗ используются на максимуме. Крупнейшие заводы работают на пределе загрузки, плановые ремонты перенесены на более поздние сроки.

Стоит ли вводить тотальный запрет? Аргументы за это — стабилизация внутреннего рынка. Ажиотажный спрос, говорят, вырос на 20−30%, дополнительные объемы топлива внутри страны позволили бы быстрее пополнить склады.

Особое внимание требуется приоритетным потребителям — сельхозпроизводителям в разгар посевной и уборочной кампаний, а также социально значимым категориям. Минэнерго пока не рекомендует вводить запрет на экспорт дизеля, считая это преждевременным. В стране сохраняется избыток дизельного топлива, и запрет, если и будет введен, то только на пару месяцев.

В Крыму, Севастополе, приграничных регионах, на Дальнем Востоке и в Калининграде ситуация особенно острая. Но в целом по стране проблема скорее в логистике и острого дефицита бензина нет. Экспорт по межправсоглашениям осуществляются «без ущерба для потребностей внутреннего рынка».

Возможные последствия тотального запрета для внутреннего рынка в основном позитивные: насытится рынок и стабилизируются цены, произойдёт восполнение запасов, снизится социальная напряженность в проблемных регионах. Потребителей в краткосрочной перспективе ждёт стабилизация и возможное снижение цен на АЗС.

Но вот в долгосрочной, если запрет затянется, возможно сокращение инвестиций в переработку и, как следствие, ухудшение качества или дефицит в будущем. А о нём думать тяжело и не всем под силу.

Негатив в тотальном запрете тоже есть, в том числе для внутреннего рынка. Снизятся загрузки НПЗ, если, опять же, такой запрет затянется. Резкое сворачивание экспортных поставок может нарушить отлаженные логистические цепочки, а внутри страны, при сохранении высоких объемов переработки, возможно перепроизводство, хотя в такое верится с трудом.

Последние новости о рынке нефти, газа, а также стоимости бензина и дизеля, — в теме «Свободной Прессы».