«Очереди фермеров за субсидиями — по 100 человек. Я тоже раньше ездил. Потом бросил»

Недавно у фермера из Омской области изъяли 20 тысяч квадратных метров земли. Причина — 3-метровые сорняки и 5-метровые деревья, выросшие на участке. 200 соток — не такой уж большой участок, но сам по себе случай интересный. Насколько оправдано изъятие?

Старший преподаватель кафедры гражданско-правовых дисциплин РЭУ им. Плеханова Ольга Чирикова напоминает про условия освоения земельного участка: «Есть своего рода минимальный набор мероприятий, которые подтверждают, что участок не простаивает и используется или готовится к использованию. То есть собственник свое право на землю ответственно реализует. Тем самым он показывает, что это право ему нужно».

Массового изъятия земель в России нет. В 2024 году Росреестр сообщал, что в собственности граждан 20,4 млн га земельных участков для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства, 8,1 млн га для ведения личного подсобного хозяйства, 1,3 млн и 294 тыс. га для садоводства и огородничества соответственно. Заметна была тенденция, что россияне реже стали покупать земельные участки в принципе.

Читайте также

В битве за урожай есть потери. На государство надежды нет Аркадий Злочевский: Аграрии «тушат пожар», чиновники борются за свои кресла и отчитываются о победах

Уральский фермер Денис Шумских в беседе с корреспондентом «Свободной Прессы» согласился, что землю забрасывать нельзя:

— Решение в Омской области, на мой взгляд, с точки зрения экономической целесообразности, верное. Земля — ресурс. Как любой ресурс она должна работать.

«СП»: А если посмотреть с юридической стороны?

— Насколько знаю, первый раз должны предупредить. Далее, если в течение следующих трёх лет ситуация не меняется, землю изымают. Но насколько мне известно, изъятие земли сельскохозяйственного назначения — крайне редкое явление. Хозяева либо что-то выгадывают, чтобы побольше получить с землепользователя, либо вовсе забыли про свою землю.

«СП»: Каким в должно быть отношение государства?

— Считаю, государство должно строже относится к нерадивым собственникам сельскохозяйственных земель. Кстати, 20 тысяч квадратных метров — это всего лишь два гектара. Могу показать, где есть сотни и даже тысячи гектаров заброшенных земель. Они никак не участвуют в экономике страны.

IT-специалист, решивший попробовать параллельно фермерство, челябинец Данил Девятов того же мнения:

— Да, есть такое. Вначале выносится предупреждение, потом возможны еще предупреждения. Дальше землю изымают, если владелец ничего не делает.

«СП»: Это правильно?

— По мне так правильно. Если земля сельхозназначения, надо, чтобы она использовалась. Одно время много кто хапал землю. И ничего с ней потом не делали. Ждали, когда город дорастёт до них и там нужно будет строить. И выгодно продавали земли.

Допускаю, что инсайдерская информация использовалась от людей, близких к власти. Чиновники знали, что та или иная земля года через 3−4 может сильно подорожать. Сейчас эту лазейку прикрыли. Если берешь сельхозземли, будь добр обрабатывай.

Какие есть варианты дальнейшего использования изъятой земли? Есть ли вообще спрос на них?

Пожелавший остаться неизвестным уральский фермер, впервые за 33 года отказавшийся обрабатывать землю, рассказал «СП»:

— Если бы эта земля в Омской области была кому-то нужна, фермер бы ее сдал в аренду. Думаю, заказ чей-то. Запугивают других фермеров таким образом. А в курсе, как подскочила цена на бензин, на солярку? Многие собираются бросать фермерство.

«СП»: Вроде бы изъятую в Омской области землю выставят на торги.

— Кто придет на эти торги? Кому эта земля нужна? Американцам?

«СП»: Может, агрохолдингам нашим нужна?

— Да какое там! Вот смотрите, какие цены нынче. 100 тысяч рублей за тонну солярки. У меня комбайн, если хорошо работать, полтонны за день сожрет. То есть затраты 50 тысяч рублей в день на топливо. Кроме комбайна надо еще вывозку обеспечить, все остальное. Потом подработка, пахота. Представляете, какие в сумме затраты? А зерно, которое выращиваешь с такими затратами, падает в цене.

«СП»: Что-то очень дорогое надо сажать, чтобы затраты окупились.

— Власти предлагают семечку сажать, масленичные культуры. На мой взгляд, власти ведут себя как оккупанты. Всё распродали. И так было с 90-х годов. К своему же так не относятся. В Белоруссии деревни целые, а в России уничтожены. Когда-то были у нас центральные усадьбы колхозов и совхозов. Там еще теплится жизнь. И сами по себе поселки побольше. А где были отделения совхозов, все загнулись. Несмотря на наличие воды, электричества и газа.

«СП»: Почему же тогда загнулись, раз все коммуникации есть?

— Как семьи кормить? Фермер не располагает такими деньгами, чтобы платить хорошие зарплаты. Сам еле выживает. Россия всю жизнь была деревней жива. Но теперь она умирает.

«СП»: Вы свою арендованную землю сдали в район?

— Да, нынче весной. Разговаривал с чиновниками. Они рассказали, изъяли у нас в районе землю у кого-то из фермеров. Не платил за аренду земли. Передали крупному фермеру. Но цена районная за гектар получилась высокая. Новый арендатор один год землю засеял. А на следующий год от земли отказался. И в Омской области будет так же.

Читайте также

Прощай, урожай! Из-за проблем с топливом жатва может не вписаться в «погодные окна» Нина Останина, КПРФ: Страна останется без хлеба, если правительство не примет чрезвычайные меры

«СП»? У вас сколько земли было в аренде?

— Примерно 300 гектаров. Платил в год 300 тысяч рублей, это еще по старым расценкам начала нулевых годов. Сейчас цены взлетели чуть ли не в 30 раз. Брошенных земель в результате море.

«СП»: Такие цены на аренду не окупить?

— А как окупишь? Кто взял в аренду мою бывшую землю, уже в раздумьях, как им быть при таких условиях? В округе все поля стоят, не обрабатываются.

«СП»: Но не все же сельскохозяйственные предприятия закрываются.

— Система построена так. В региональном минсельхозе у министра есть замы. У каждого «своё» хозяйство, с которого эти замы кормятся. При зарплатах 100 тысяч рублей они ездят на роскошных иномарках за 10−15 млн руб.

Субсидии, которые государство выделяет на поддержку фермеров, замы распределяют по «своим» хозяйствам. По 100−200−300 миллионов рублей и более. Есть 10−15 хозяйств в области, которые живут за счет бюджета. Остальным фермерам крохи достаются. Зато очереди по 100 человек в один кабинет, где принимают документы на субсидии. Я тоже раньше ездил, подавал такие заявки. Через месяц письмо присылают, что денег на вас не хватило…

Чиновничество грабит Россию. Я с начала 90-х годов сеял. Больше 30 лет с этой бандой сражался. Вроде и сельхозтехника у меня новая. Но не смог я их победить.

Если на зерно нормальная цена, то растет цена на солярку, масло, резину, запчасти. Что ты ни делай, все равно заработанные деньги у тебя отберут. Не будет прибыли.

«СП»: В выигрыше только предприятия, ставшие «кормушками» для чиновников?

— Они и еще перекупы. Вот я вырастил зерно, прикинул цену. На деле получилось процентов на 30−40 ниже из-за перекупов. Если проросшее зерно, так еще дешевле. Перекупы покупают по дешевке и накидывают 100−200−300 процентов.

***

Заброшенные территории есть во всех регионах России. Как выясняется, больше таких земель на Дальнем Востоке. Некоторые брали участок, сталкивались с необходимостью интенсивных работ и больших расходов на его содержание и теряли интерес.

В 2025 году по данным, которые представил 51 регион России, получилось, что в России не используется 16,6 миллиона гектаров пахотных и пастбищных земель. Понятно, данные неполные. До 2030 года предстоит принять на кадастровый учет еще 13 миллионов гектаров. Создается федеральная почвенная карта, в неё включат все регионы страны.

Ранее «СП» рассказывала, как тяжело выживают фермеры в Челябинской области