Как привлечь инвестора в эпоху высоких ставок и рыночной просадки: Радик Давлетшин — о финансовых новациях в сделках

Высокая ключевая ставка заморозила корпоративные планы: по данным аналитиков, общие инвестиции в развитие бизнеса сократились на 733 млрд рублей. Инвесторы больше не готовы рисковать как прежде. Но это не значит, что запуск новых производств, строительство жилых кварталов и любое другое развитие необходимо ставить на паузу «до лучших времен», — уверен эксперт по управлению финансами Радик Давлетшин.

Инвесторы все так же готовы вкладываться в перспективные проекты. Но теперь они хотят видеть адекватную компенсацию — либо в виде дисконта к цене актива, либо через поиск альтернатив в виде комплексного финансового структурирования, предлагающего инвестору опции для восстановления доходности.

Поэтому, по мнению Давлетшина, сегодня выигрывает тот, кто еще до старта переговорного трека формирует просчитанную «финансовую архитектуру», глубоко моделирует денежные потоки и закладывает сценарии управления рисками, рассматривая вопрос системно.

— Раньше можно было строить сделки по типовой модели. Условно говоря, взять готовый шаблон, куда нужно подставить объем кредитных средств, объем собственного участия инвестора, стоимость заимствований и так далее. Это можно делать и сейчас, но такая модель в нынешних реалиях не летает — экономика чаще всего не сходится.

Сегодня, когда стоимость денег резко выросла, необходима изрядная доля творчества и скрупулезности: индивидуальный проект, позволяющий «высечь» баланс между существующими ограничениями и возможностями, привести к цели. Вам нужно буквально выстроить систему, которая позволит достичь заявленного результата, — объясняет эксперт.

Работая с крупными активами финансовых и промышленных федеральных компаний, Давлетшин на практике столкнулся с еще одной проблемой, характерной для сложных сделок: на переговорах стороны обычно защищают только собственную выгоду, что вполне естественно, но в период нестабильности и высоких ставок может загубить переговоры.

Радик использовал принципиально иной подход. Согласно его стратегии, если удорожание финансирования неизбежно, архитектура сделки должна изначально предусматривать распределение процентного, инвестиционного и риска ликвидности между всеми участниками — в том числе за счет вовлечения сторон, которые традиционно не несут такую нагрузку.

Одновременно необходимо компенсировать возросшие издержки за счет увеличения доходной составляющей, в том числе путем формирования дополнительных источников доходности и апсайдов.

Финальный этап — настройка структуры сделки с учетом изменившегося соотношения «риск — доходность». Это позволяет сохранить ее экономическую привлекательность и обеспечить соответствие интересам собственников, инвесторов и банков даже в условиях повышенной стоимости капитала.

Существует и другой вариант — Радик вспоминает из своей практики в «ТрансКонтейнер» кейс по покупке Сахалинского морского пароходства (SASCO) в условиях дорогой ликвидности.

— На стол ложится сценарность, при которой сравниваются два варианта — с инвестицией и без. В период высоких процентных ставок изменяются не только процентные издержки, происходит ступенчатое перераспределение маржинальности в целых отраслях за счет нелинейного изменения цен на ресурсы и активы.

Сделка, которая на первый взгляд стала выглядеть невыгодной из-за роста процентной ставки, может оказаться источником роста акционерной стоимости в будущем, — говорит Радик Давлетшин.

— В конечном счете рыночные процессы компенсируют рост стоимости заимствований, поэтому глядя назад инвесторы часто сожалеют, ведь период высоких ставок впоследствии становится периодом «дешевых активов», Поэтому необходимо рассматривать сделку комплексно и в исторической динамике — в масштабе всей экономической системы, а к периоду роста процентных ставок необходимо подходить с достаточным запасом свободной ликвидности.

Вопрос наличия свободной ликвидности является стратегическим и осознанным шагом в политике выстраивания финансовых систем. Достаточный запас ликвидности выступает как страховым буфером в период массового закрытия кредитных лимитов банками, так и ресурсом для инвестиций, ведь в инвестициях за хороший актив важна «скорость реакции», а она практически невозможна, если заранее не быть готовым к такому сценарию. «ТрансКонтейнер» был готов, в результате чего смог войти в новый для себя сегмент несмотря на сложности внешней среды.

Так, финансового закрытия по SASCO удалось добиться меньше, чем за 9 месяцев, вместо стандартных для крупных активов полутора-двух лет.

Компания зашла в новый для себя шиппинг-бизнес, получив контроль над SASCO и его флотом ледового класса. Это был выход не просто в море, а с перспективой Северного морского пути — маршрута, который короче южного почти на треть, и который государство развивает как опорную артерию с горизонтом до 2035 года.

Арктике нужны флот, терминалы и сквозная логистика, а не разовые рейсы. Компания заняла позицию в маршруте, который только формируется, но претендует на роль одного из ключевых в мире.

— Брать кредиты нужно осторожно. Кредит как огонь, он может согреть и исцелить, а может перерасти в пламя, испепеляющее все вокруг. Иногда и вовсе следует пересмотреть роль кредита, и применять не как главенствующий инструмент, а скорее в качестве средства усиления бизнес-модели актива, целенаправленно искать такую возможность, представляя сделку как конструктор, живущий по принципам сложных систем, — утверждает Радик Давлетшин.

Принцип вариативности оказался особенно важным при реструктуризации проблемных объектов коммерческой недвижимости в крупной инвестиционной компании, которой занимался Давлетшин. Проекты относились к категории кризисных, или проблемных активов: они отличались высокими финансовыми рисками и затяжными спорами между владельцами, инвесторами и банками-кредиторами. Любое стандартное решение не подходило по определению.

Для решения задач по реструктуризации Радик анализировал каждый объект не только с точки зрения текущих финансовых показателей, но и с учетом всех возможных способов их использования и применения совершенно разных бизнес-стратегий. Такой подход позволял оценить, как актив будет реагировать на стоимость финансирования при разных сценариях его развития, и определить наиболее устойчивую структуру сделки.

В центре анализа была бизнес-модель актива: ее параметры, денежные потоки, потенциал роста и возможности для изменения стратегии. На этой основе формировалась финансовая модель, которая позволяла определить точки для повышения доходности, оценить риски и выработать решения, учитывающие интересы всех участников сделки.

В результате стандартная инвесторская модель дополнялась более глубоким анализом перспектив объекта с позиции его коммерческой эксплуатации. Это позволяло точнее определить его справедливую стоимость, пересмотреть параметры финансирования и раскрыть инвестиционный и кредитный потенциал объекта. На практике такой подход помогал находить решения, при которых проект оставался экономически оправданным для собственника, инвестора и банка.

Радик приводит пример, как одна из сделок стала возможной только благодаря тому, что перекос на балансе весов в виде высокой цены был компенсирован преимущественно бизнес-моделью. Именно она позволила цене найти адекватное рыночное объяснение. По итогу сторона выходящая из актива высвободила более миллиарда заблокированной в активе ликвидности, благодаря чему Радику удалось укрепить статус и имя инвестиционной компании в глазах всех участников.

Масштаб и точность таких решений выходят за рамки отдельных кейсов. Это показал и анализ заявок Национальной бизнес-премии, в которой Радик Давлетшин выступал в качестве члена жюри.

— Успех проектов-победителей подтверждает эволюционный сдвиг: наилучшие результаты по скорости закрытия, защите капитала и доходности сегодня показывают именно те компании и команды, которые сместили фокус от простого поиска денег к концептуальному проектированию сделки, причем начинали эту работу когда инвестора/финансового партнера еще не было на горизонте, подчеркивает эксперт.

Переход от шаблонных схем к проектированию финансовых систем — это не просто временная мера на период высокой ключевой ставки, уверен Радик Давлетшин. Даже когда ставка неизбежно пойдет вниз, рынок не вернется к прежним правилам.

Компании, которые сегодня уделяют внимание развитию финансовой функции, разглядев в ней стратегический потенциал, могут получить дополнительное преимущество на фазе нового экономического роста.

— Защищенная, прозрачная и математически просчитанная структура — это универсальный язык, который инвесторы ценят абсолютно в любых экономических условиях, — подводит итог эксперт. — В период дисбалансов и экономических потрясений она помогает выжить и сохранить активы, а при восстановительном росте рынка дает возможность забрать максимум и развиваться по экспоненте. Процесс перестроения сложен, но он как никогда нужен российскому бизнесу.