Пенсионная реформа-2: Уже с октября 2019-го старикам платить будет нечего

К чему ведет упрямство экономического блока правительства по запуску системы ИПК

  
509252
Пенсионная реформа-2: Уже с октября 2019-го старикам платить будет нечего
Фото: DPA/TASS
Материал комментируют:

Прошло уже несколько недель, как президент дал добро на запуск системы индивидуального пенсионного капитала (ИПК), призванного заменить замораживаемую вот уже несколько лет подряд накопительную часть пенсионного обеспечения в рамках пенсионной реформы. Однако главные «идеологи» этого нововведения по-прежнему не могут прийти между собой к согласию.

Минфин уже проинформировал СМИ о том, что законопроект об ИПК был доработан с учетом пожелания президента Путина сделать участие в системе ИПК для всех граждан добровольным. «Планируем представить его для общественного обсуждения. Наша задача — сделать механизм ИПК максимально комфортным для граждан, сохранив при этом добровольность участия», — сообщили журналистам в пресс-службе Минфина.

Однако этот новый вариант документа не устраивает наш банковский мегарегулятор. На прошлой неделе в ходе внутреннего обсуждения его представители выразили сомнение в том, что в таком формате система заработает. Для эффективного запуска ИПК мегарегулятор настаивает на автоподписке или как минимум на авторегистрации всех граждан.

Если стороны не придут к согласию, и законопроект об ИПК не будет вынесен на рассмотрение до октября, считает глава комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков, вряд ли шанс на появление этой системы и улучшение ситуации по пенсионной реформе, сохранится.

По мнению экономиста и политолога Никиты Масленникова, такая ситуация заметно усиливает напряжение в обществе, и без того сильное после пенсионной реформы, потому что надо было это все делать гораздо раньше. Хотя эксперт уверен — это принципиальный для инициаторов ИПК спор выглядит проблемой, созданной на ровном месте.

— Я лично, например, полагаю, ничего плохого в автоподписке нет, — отметил он. — Можно спокойно запускать ИПК с таким условием, установив, скажем, для каждого включенного в него гражданина некий «пробный период» сроком на полтора года. Не понравится — человек всегда может выйти из этой системы, благо что сейчас недостатка в способах информирования о принятом решении не существует. Не обязательно куда-то являться лично, отказное заявление можно и по почте отправить, и с помощью гаджета.

Существуют же соответствующие статьи Гражданского кодекса, в которых черным по белому прописано — если вам предоставляется какая-то опция и устанавливается срок для принятия решения по ней, отсутствие информации расценивается как согласие с услугой. Кроме того, отказ от опции, в принципе, есть ни что иное, как добровольный и осознанный выбор гражданина.

«СП»: — А как же пресловутый «эффект молчунов»? Люди же не принимали никакого решения, потому что думали — да когда все это еще будет, лет через 30, не раньше, что я тут буду спешить, успеется. Но раз не было озвучено решение — их посчитали согласившимися на тот расклад, который был в то время. А потом они спохватились — уходить из ВЭБа или выходить вообще из системы? И это оказалось для многих неразрешимой проблемой.

— Ну а кто и когда с ними об этом подробно и досконально об этом разговаривал, кто им объяснял нюансы? Вспомните историю с деноминацией рубля, когда о ней денно и нощно рассказывали населению. По-моему, даже рекламы макарон с моющими средствами на телевидении столько не было, сколько ежедневной информации о предстоящей деноминации. И в результате она прошла без сучка и задоринки. Ее, можно сказать, никто и не заметил.

А тут все более чем серьезно, но никакой политтехнологической готовности к подобному нет. Регуляторы не готовы выстраивать ежедневный диалог с обществом, с гражданами, на предмет того, что это за система, что она дает, какие опции предлагает, какие тут риски и как ими управлять.

«СП»: — А это именно неготовность или же все-таки нежелание?

— Нежелание тут подозревать трудно, потому что даже расчетный эффект от ИПК выглядит очень соблазнительно. Во-первых, с точки зрения экономики даже если половина трудоспособного населения войдет в систему ИПК, приток «длинных» денег, по оценке самих разработчиков проекта, составит 7−12 триллионов рублей. При том, что сейчас во всей накопительной системе их насчитывается чуть более 4 триллионов. А ведь это крупные инфраструктурные инвестиции. Для людей же включение модели ИПК будет означать, что средний коэффициент замещения пенсией заработной платы с нынешних примерных 30% поднимется сразу до 40−45%.

«СП»: — То есть рост коэффициента замещения подскочит одним махом в полтора раза…

— Да. И хотя все равно ниже, чем в развитых странах, где коэффициент замещения достигает 70%, из которых половина приходится как раз на накопительную часть, это довольно серьезная альтернатива обнищанию в старости. Но людям же это все надо разъяснять! Их надо готовить! Надо ориентироваться на разные целевые аудитории!

Здесь, на мой взгляд, присутствуют еще и опасения внутриполитического блока правительства и администрации президента, что если все это вывалить на людей, только-только «переваривших» новость о повышении пенсионного возраста, они этого не поймут и начнут задавать вопросы по своим реальным доходам.

А от реальных доходов перейдут к состоянию экономики, после чего поинтересуются — а какую это экономическую политику вы вообще проводите. И тогда начнется всеобщая масштабная дискуссия, но ответов-то на все вопросы у властей просто пока еще нет. Соответственно, нет и понимания того, как выстраивать этот диалог общества с государством. Видимо, такой разговор пока не по плечу ни монетарным властям, у которых, кстати, и соответствующих мощностей для работы со СМИ не имеется, ни государственной машине в целом. И это плохо, потому что у нас любая структурная реформа, касающаяся либо бизнеса, либо населения, требует постоянной коммуникации, постоянного диалога с властью.

«СП»: — Но, может быть, не договорятся сейчас, так договорятся чуть позже?

— Ну а сколько же можно договариваться? Хорошо, отложите вы этот вопрос еще на год. Но все равно ведь придется к диалогу переходить по-взрослому. Причем уже в конце этого года, если вы хотите все по-серьезному запускать. Ведь потеря этой опции, по сути, означает деградацию пенсионной системы. Потому что заложенный на 2020 год трансферт из бюджета в ПФР составляет 3,3 триллиона рублей вместе с материнским капиталом и другими социальными инициативами. А сколько он будет составлять в следующем году? А через год? При том, что общие расходы ПФР превышают 9 триллионов рублей, при дефиците на страховые пенсии по предыдущим годам в диапазоне 1−1,3 триллиона рублей. И дальше будет только хуже.

Читайте также
Демографическая катастрофа: Русские вымирают в знак протеста против власти Демографическая катастрофа: Русские вымирают в знак протеста против власти Население страны уже сейчас некоторые специалисты оценивают всего в сто миллионов человек. Что будет дальше

«СП»: — И насколько хуже?

— Если мы не запускаем накопительную пенсионную систему, коэффициент замещения будет деградировать. Сначала до 27% от средней зарплаты, потом «окопается» в районе 23−24%. По всем мировым меркам это абсолютно неудовлетворительно.

И потом, надо понимать, что в целом наша пенсионная система сейчас сильно напоминает аиста, стоящего на одной ноге в болоте. Да, стоять можно, но дальше-то как? Без накопительной части современная пенсионная система существовать не может.

«СП»: — Так стоит ли запускать ИПК, если он, как с цифрами в руках доказывают некоторые эксперты, выгоден только тем, чья зарплата превышает 85 тысяч рублей? Большинству россиян такие зарплаты и не снились, и если ИПК не для них, какой в этой системе вообще смысл?

—  Я тоже все это слышал, но дело в том, что мы еще не видели законопроект. С нами никто этот вопрос не обсуждал и не советовался. Поэтому и нужен диалог. Поэтому и нужно предъявить обществу модель, после чего обсуждать ее во всех деталях — кто ее может потянуть и так далее.

Вообще вся эта история с величиной отсечения очень сомнительна. Что же мы, получается, делим людей, лишая их возможности обеспечить себе достойную старость? Но, может быть, это стимул выйти из «тени», покинуть сектор неформальной занятости? В конце концов, государство может оказать адресную социальную поддержку тем, для кого затруднительно отчислять 6% от своей зарплаты. Но, опять же, это все требует об-суж-де-ни-я.

Здесь огромное количество возможностей, но никто же из экспертов не знает, что же там задумано, на самом-то деле. Но где же обещанная общественно-политическая дискуссия? Вот эта боязнь диалога с людьми, неготовность к нему, я считаю, и есть главная проблема того, что регуляторы не могут договориться между собой. Они абсолютно не чувствуют того четкого политического запроса на ввод системы в действие и готовы договариваться между собой бесконечно.

«СП»: — При каких условиях регуляторы могут прийти к соглашению? Что должно произойти в экономике, в обществе?

— Полагаю, момент истины уже приближается. Как только станут известны корректировки бюджета на 2020 год и последующую трехлетку, все поймут, какой трансферт потребуется в ПФР. И все задумаются — а что это у нас все растет и растет с каждым годом, а эффективности для граждан и экономики нет.

Читайте также
Кремль пытается задобрить жертв пенсионной реформы жалкими подачками Кремль пытается задобрить жертв пенсионной реформы жалкими подачками Минтруд вводит единые правила расчета прожиточного минимума для стариков, который в народе назвали пенсионеромором

Но соломинка может загореться и с другого конца. У людей уже есть огромное количество раздражения. Они возмущаются — что это мы, сколько ни работаем, какой бы трудовой стаж не имеем, все равно получаем какую-то среднюю температуру по больнице, а потом федеральные власти нам еще доплачивать должны. Они не понимают — как это так, один работает 27 лет, другой 40, а все равно все получают примерно одинаково, плюс-минус 1000 рублей. А где же индивидуальная зависимость каждого человека от стажа и зарплаты? Она размазана. И если в этом году реальные доходы снова окажутся ниже нуля, это будет дополнительный камушек в эту гору недовольства.

Вот тогда количество вопросов перерастет в качество, а пока идет накопление раздражения. Впрочем, его можно снять просто началом диалога. Ведь раздражение возникает и растет тогда, когда проявляют неуважение к людям, забывая с ними поговорить. И вот они узнают из СМИ, что «стороны не договорились». Но ведь и месяц назад они же не договорились, и еще раньше не договорились. Почему же договоренности не было и год назад, когда все позиции для экспертов были ясны? Вот это вопрос к экономическому блоку правительства.

По большому счету, уже пора публичное совещание под руководством президента собрать, где четко и ясно оговорить, нужна нам эта система или не нужна. Если не нужна, так давайте не наводить тень на плетень и без конца надувать щеки, строить из себя крутых и обещать все поправить. А если нужна, то давайте уже что-то реально делать.


Новости пенсионной системы: Стало известно, когда пенсионная реформа перерастет в социальный взрыв

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Александр Саверский

Президент Общероссийской общественной организации «Лига защитников пациентов»

Константин Нациевский

Политик, депутат Челябинской городской Думы от КПРФ

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости НСН
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня