![](/p/persons/4581/s-4581.jpg)
Через несколько лет Россия сможет использовать экспортные поставки пшеницы в качестве оружия против своих противников. С таким прогнозом выступил американский журнал The National Interest. Авторы статьи указывают, что Россия на данный момент является крупнейшим поставщиком пшеницы в мире, а к 2028 году на ее долю будет приходиться не менее 20% глобального рынка.
Усилению России на рынке будет способствовать потепление климата. Это позволит ввести в оборот еще 4,3 млн кв. километра пахотной земли в Сибири, утверждают авторы публикации. Оборотной стороной потепления может быть засуха и лесные пожары, которые могут приводить к непредвиденным колебаниям запасов пшеницы внутри страны.
Следствием доминирующего положения России на рынке, а также преимуществ и опасностей, вызванных потеплением, может стать нестабильность экспортных поставок Москвы. Власти уже применяли для регулирования рынка введение экспортных квот, ограничивающих вывоз зерна. Такие квоты и могут стать оружием Кремля.
«Россия уже показала, что она не будет надежным источником поставок зерна в следующий раз, когда она столкнется с пандемией или погодными катаклизмами», сетуют американцы. Складывается впечатление, что нас пытаются упрекнуть за законное стремление защитить свой рынок. Неужели Россия обязана вывозить зерно, вопреки своим интересам?
Вывод, который делает NI, заключается в необходимости активнее бороться с изменением климата, чтобы не зависеть в будущем от «злой» России.
Публикация в американском журнале развязала язык бывшему министру сельского хозяйства Алексею Гордееву, который напомнил, что правительством разработана и вот-вот будет принята программа по вовлечению в сельскохозяйственный оборот 15−20 млн га пашни, заброшенной в результате «реформ» 1990-х. «Это как бы новая целина», — пояснил экс-министр.
Похоже, NI даже занизил будущий зерновой триумф России. Наша доля на глобальном рынке может быть еще выше. Что не может не радовать, ведь в СССР в свое время был вынужден закупать зерно у своих геополитических противников — США, Канады и других стран Запада. Тогда это стало одним из аргументов противников советской системы хозяйствования.
А вот решимость Москвы использовать свое доминирующее положение в качестве оружия, вызывает сомнение. Вспоминая как экс-министр сельского хозяйства, крупнейший агропромышленник Александр Ткачев в компании вице-премьера Аркадия Дворковича поднимал тост «за наше аграрное лобби» сомневаешься, что государевы люди способны жертвовать своими интересами ради страны.
Суди по информации, которую «СП» сообщила руководитель информационно-аналитического департамента Российского зернового союза Елена Тюрина, речь может идти о попытке американцев прикрыть политикой свои экономические интересы.
— Россия занимает сейчас первое место по экспорту зерна. В прошедшем году больше нас экспортировали только страны ЕС в совокупности. В текущем году, который начался 1 июля, мы будем лидером по экспорту пшеницы. Предварительная оценка объема — 35−36 млн тонн. Это на 2 млн тонн больше, чем мы экспортировали в прошлом сезоне. И вообще отмечается устойчивый тренд на увеличение экспорта российской пшеницы.
«СП»: — За счет чего идет такой рост?
— Наблюдается увеличение урожайности, изменение структуры посевов. Так, мы отмечаем сейчас рост доли озимой пшеницы. А озимая пшеница дает большую урожайность, чем яровая. В среднем по России она выше в 2−2,5 раза.
Плюс идет вовлечение в активный оборот дополнительных сельхозземель. Применяются адаптированные к региону выращивания сорта пшеницы. Погодный фактор в растениеводстве традиционно силен, но зависимость урожая от погоды становится все меньше.
«СП»: — Американцы оценивают нашу долю в 2028 году в 20 процентов. Потянем?
— Сейчас посчитаю… По итогам 2019−2020 года мы имеем около 18 процентов глобального рынка пшеницы. Думаю, к 2028 году она может даже превысить 20 процентов.
«СП»: — Приятно такое слышать, ведь в истории нашей страны были периоды, когда мы импортировали пшеницу…
— Сейчас мы полностью обеспечиваем наши внутренние потребности, а излишки пойдут на экспорт.
«СП»: — Именно усиления наших позиций и боятся за океаном. Мол, «подсадим» весь мир на свою пшеницу, а потом по какой-нибудь причине ограничим вывоз…
— За последние 10 лет такое было всего трижды. В 2010-м в связи с засухой, в 2014-м году и в этом году с целью регулирования внутренних цен на рынке. Но вообще за последние пять лет наш экспорт вырос на 7 млн тонн, что соответствует росту внутреннего производства.
Да, квоты могут быть, но и спрос на мировом рынке растет. Поэтому те, кто заинтересован в стабильных поставках нашей пшеницы будет иметь долгосрочные контракты.
«СП»: — Какова география поставок нашей пшеницы?
— Мы начинаем активно укрепляться в странах Африки. Хотя раньше это было для нас далеко. Но теперь мы вывозим зерно в Того, Судан, Нигерию, Мозамбик, Анголу, Танзанию, Кению, ЮАР. Там очень широкая география.
Также у нас большие объемы поставок идут в Азию: Эмираты, Иран, Израиль, Филиппины, Вьетнам, очень много идет в Бангладеш.
А в лидерах импортеров традиционно Египет и Турция. Причем, для Турции важно качество российской пшеницы, она даже иногда премию дает — покупает дороже, чем Египет.
«СП»: — Получается, покупают российскую пшеницу в основном страны условно второго и третьего мира. А в колокола бьют, мол, как бы Россия нас не кинула — Запад…
— В Европу мы почти не поставляем. Она сама себя обеспечивает и сама экспортирует. Единственное, мы поставляем небольшие объемы пшеницы твердых сортов в Италию — на макароны. Также ничего не продаем ни в США, ни в Канаду. Они тоже экспортеры. Вместе с Австралией и Аргентиной это наши конкуренты. Но сейчас цены на российское зерно на 4 процента ниже, чем на французской бирже. В этом случае обычно идет рост закупок.
А вот директор Центра политологических исследований Финансовый университет при правительстве РФ Павел Салин не исключает использования Россией любых инструментов в глобальной игре за доминирование.
— Успешная пропаганда и успешные информационные спецоперации на пустом месте никогда не строятся. Обычно это от 5 до 20 процентов правды, а остальное — выгодные играющей стороне интерпретации. В истории с пшеницей правда заключается в том, что Россия действительно является крупнейшим игроком на глобальном рынке. А сможет ли она это использовать и как — вопрос открытый. Поэтому статью в NI надо оценить как игру мускулами со стороны Москвы.
«СП»: — Москвы?!
— Журнал The National Interest считается мягко говоря лояльным Кремлю. Если не отражающим его точку зрения, несмотря на свой иностранный статус.
Интересно только где тут мускулы, а где преувеличение. Гипотетически у Москвы есть такой инструмент. Россия делает ставку на инструменты гибридной войны, не на прямые боевые действия. Потому что в этом случае страна обречена. Но готов ли Кремль наступить на хвост интересам экспортеров? Владимир Путин демонстрирует, что готов. Но пока это просто предупреждение, с целью проверить реакцию той стороны.
«СП»: — При этом президент часто радуется, что доходы от экспорта сельхозпродукции у нас превысили даже доходы от экспорта вооружений. Неужели он способен принести это в жертву?
— После 2014 года все экономические интересы и страны, и элиты приносятся в жертву