Домашний арест отменяется: Стоит ли России уйти на карантин чисто по-английски

Пока федеральные политики упражняются в прогнозировании нового локдауна, кривая заболеваемости и смертности неуклонно ползет вверх. Сегодня в России был поставлен очередной антирекорд и по количеству заболевших (13.868 человек), и по количеству умерших (244 человека).

Однако мэр Москвы Сергей Собянин и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков напористо отрицают введение новых ограничений. Главный аргумент состоит в том, что новый локдаун просто похоронит отечественную экономику: так, федеральный уполномоченный по правам бизнесменов Борис Титов заявил, что 70% отечественных компаний в случае карантина будут вынуждены просто закрыться. Это подтвердила и Анна Попова, уже не призывающая нас сидеть по домам.

О том, как властям нужно лавировать между соблюдением безопасности граждан и сохранением бизнеса, «Свободной прессе» рассказал эксперт информационно-аналитического центра компании Hamilton Антон Гринштейн.

«СП»: — Осенние цифры уже превзошли весенние. Так не кажутся ли вам лукавством заявления властей о том, что никаких дополнительных ограничений они вводить не намерены?

— Если исходить из прогнозов относительно второй волны пандемии COVID-19, то ее пик должен прийтись примерно на середину ноября 2020 года. Это значит, что ежесуточный уровень заболеваемости почти наверняка будет расти в течение ближайшего месяца и уж точно значительно превысит весенние пиковые значения. Так что российским властям все равно придется пойти на ограничения, вопрос лишь в том, в какой форме они будут осуществляться.

И здесь разумно присмотреться к тому, что сейчас делает, например, Великобритания. Британские власти решили ввести трехуровневую систему ограничений. На первом уровне, который вводится на территории всей страны объявляется комендантский час с 22−00 и запрет собираться более чем по 6 человек в общественных местах.

Далее в зависимости от ситуации в конкретном регионе могут вводиться второй и третий уровни ограничений. На втором уровне запрещается собираться более чем по 6 человек и на улице, и в частных жилых помещениях. А на третьем уровне самом жестком, закрываются практически все предприятия сферы обслуживания бары, пабы, детские сады, развлекательные центры и так далее.

«СП»: — Британская модель применима в России?

— Думаю, если такая модель ограничений будет взята на вооружение в России, то полного локдауна страны и остановки экономики удастся избежать. А в зависимости от эпидемиологической обстановки и успехов по сдерживанию распространения COVID-19, в различных регионах уровни ограничений будут разными, своего рода мотивация к соблюдению мер профилактики.

«СП»: — Как вы думаете, почему Кремль в такой непростой ситуации все же сделал выбор в пользу экономики, а не защиты граждан?

— Для страны с развитой экономикой можно было бы сказать, что экономика это и есть люди. Однако в России это более чем на половину не так, потому что отечественная экономика по-прежнему большую часть доходов генерирует за счет экспорта углеводородов. Значит большая часть российской экономики зависит от уровня потребления иностранных граждан, и соответственно меньшая часть от того, что происходит с потреблением россиян.

«СП»: — Ну а вы согласны с прогнозистами, которые считают, что второй локдаун Россия просто не переживет?

— Как бы цинично это не звучало, но «локдаун» или «не локдаун» в России, не столь важен для российской экономики, важнее, то что происходит с ограничениями экономической жизни в Европе, США, Китае и других странах потребляющих наибольшее количество российских углеводородов.

А состояние внутренней не экспортоориентированной экономики России, это скорее вопрос политической стабильности. Если снова «посадить» россиян под «домашний арест» без достаточных накоплений и возможности заработать, закончится это все массовыми акциями вынужденного неповиновения властям или еще чем похуже. Поэтому не введение ограничений, это как раз и есть самозащита властей и защита граждан от несовместимого с жизнью падения уровня потребления в случае сильного ухудшения эпидемиологической обстановки.

Свежие макроэкономические данные по России говорят об ускоряющемся торможении восстановительного импульса в экономике. После летнего отскока основные макроэкономические индикаторы вновь перешли к снижению. Это видно и по спаду в деловой активности производства, сферы услуг, это видно и по возобновившемуся спаду в розничных продажах, росту безработицы и так далее.

«СП»: — Вторая волна экономического спада будет сильнее или слабее первой? К чему вообще готовиться рядовому россиянину?

— Она может быть и слабее, и сильнее первой. Этого сказать никто не может, потому что глубина падения российской и мировой экономики будет зависеть от мало прогнозируемых факторов, вроде второй волны пандемии, внешнеполитических событий, а также реакции российских властей.

По аналогии с весенним спадом можно говорить о том, что лучше готовиться к очень сложной в экономическом и финансовом плане осени и зиме. Уровень безработицы может достигнуть 7−8%, уровень реальных доходов граждан может сократиться еще сильнее, особенно если власти все-таки решатся на введение жестких ограничений.