Кто «проворонил» дамбу в Орске — министр, губернатор, мэр или бульдозерист?

Ранней весной у нас где-то, что-то обязательно затопляет паводком, не надо быть Вангой, чтобы это предвидеть. И сделать со всем этим похоже ничего нельзя: пару дет назад паводок нанес ущерб Амурской области больше чем на миллиард рублей. И вот теперь Оренбургская область и не только.

В нашей стране почти 40 тысяч всевозможных гидротехнических сооружений. Это в том числе плотины и дамбы, типа той, что прорвало в Орске, но она по-прежнему числится на балансе городской администрации. Есть также запруды поменьше и ГЭС побольше со шлюзами для проводки судов.

За всем этим хозяйством внимательно следят не только собственники, но и «Ростехнадзор», и прочие ведомства. А если они не уследят, то в дело вступает МЧС — для ликвидации природной или техногенной катастрофы. Его глава Александр Куренков, кстати, снова прилетел в Оренбургскую область лично проконтролировать ликвидацию последствий прорыва дамбы и помощь населению.

Два дня назад он уже был здесь, указания дал и вернулся посмотреть. Может, и еще прилетит, ведь пик паводка впереди, а стабилизацию ситуации ждем лишь после 20 апреля.

Во второй половине вторника стало известно, что президент в Оренбургскую область направил и министра строительства Ирека Файзуллина — для «диалога о предстоящей работе властей по восстановлению инфраструктуры».

Экстренные визиты министров — это уже про последствия. Но можно ли было их не допустить в таком масштабе?

Заведующая кафедрой стратегического планирования и эконмической политики факультета государственного управления МГУ Елена Ведута считает, что многие беды у нас происходят потому, что прежде в стране на первом месте был инженер, а сейчас — торговец.

— В прошлом у нас существовало перспективное планирование экономики. Причем не такое, когда пишется некая «концепция» на бумаге и выдается за «стратегическое планирование». Существовал реальный экономический механизм, который действительно решал проблемы.

В результате в Советском Союзе мы могли создавать огромные гидроэлектростанции, атомные ледоколы, космические корабли, все что угодно, потому что у нас было настоящее планирование экономики, с пониманием того, чего мы хотим добиться, какую задачу решить.

Перед созданием конечного продукта, заранее под него создавали взаимосвязи производителей. Это и обеспечивало нам спокойную жизнь.

«СП»: Наверняка и сейчас известны наиболее опасные объекты, подверженные риску, есть схемы действий, проверок. Всем было понятно, что зима прошла снежная, значит, будет много воды. Но почему сейчас опять случился потоп?

— Сегодня таких расчетов по большому счету нет, экономический механизм буксует повсюду. Все решается точечно, в ручном режиме. Какие-то проектики запускаются, но в целом невозможно в ручном режиме предусмотреть все проблемы страны. Вот и нужно сегодня нам с вами стучать во все двери, призывая о необходимости планирования экономики.

«СП»: После происшедшего возникают сомнения, насколько данная плотина в Орске верно рассчитана, чтобы выдерживать напор воды? Проводились ли серьезные исследования: какие могут быть последствия паводка?

— Ко всему этому должно быть серьезное, ответственное отношение. А когда его нет, все кричат «рынок-рынок», это значит есть цель что-то перепродать, но никакой нацеленности на обеспечение технического безопасности государства нет. Эти проблемы вообще не решаются в рамках рыночной экономики.

Мы долго существовали относительно благополучно за счет старого советского запаса. Но сейчас приходит время, которое должно было прийти рано или поздно, и оно очень неудачно пришло, у нас и без того много проблем…

Тридцать с лишним лет мы ничего не создавали, занимаясь лишь переделом собственности.

«СП»: Но эту плотину построили всего десять лет назад. Приняли решение о строительстве в 2010 году, ее стоимость оценивалась более чем в девятьсот миллионов рублей. Дамба должна была защищать город с двух сторон и решить проблему подтопления во время паводков навсегда. Строить начали в 2011 году. Заказчиком выступило ГУП «Облжилкомхоз» ныне ликвидированное, а генеральным подрядчиком — ЗАО «Спецстрой-3». Дамбу ввели в эксплуатацию в 2014 году.

—  Как строили, мы теперь видим. Должен происходить серьезный контроль за использованием финансовых средств. Они должны использоваться конкретно на закупку материалов, отвечающих параметрам безопасности. А сегодня все можно сделать худшего качества, халтурно. Главное не качество, а деньги. Нужно требовать ответственности именно за качество. А сейчас, что смогли, то и сделали, ответственности нет.

«СП»: Накажут, скорее всего, бульдозериста, который насыпал эту плотину. А может, и не накажут, если он сделал дело и уехал к себе в Таджикистан?

— Нужно из всего этого делать серьезные выводы…

Пока в числе одно из версий природно-техногенной катастрофы прозвучала довольно неожиданная — мыши погрызли. Грызуны виноваты, дырок в теле плотины наделали — таково мнение директора компании Сергея Комарова, которое он высказал в эфире «Первого канала»: «проточили», дескать, сначала трехсантиметровую дырочку, а потом — вода доделала свое черное дело, расширив и углубив.

То есть, к «разбору полетов» еще надо подключать Роспотребнадзор, Россельхознадзор — кто у нас грызунами-вредителями занимается?

Уголовное дело возбуждено по статьям о халатности и нарушении правил безопасности при строительстве. Прокуратура утверждает, что требования по содержанию плотины неоднократно нарушались.

Впрочем, пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, отвечая на вопрос, какую оценку Владимир Путин дал действиям министра и губернатора после того, как заслушал их доклады, пояснил, что сейчас «не время ставить какие-то оценки».

Но это — по министру и губернатору. По директору строительной компании, которая при помощи бульдозера соорудила дамбу, оценки тоже наверняка будут сделаны. А то ведь заплатили за дамбу почти миллиард рублей, а деньги — смыло паводком. Следователями регионального следственного управления СК РФ начаты процессуальные действия, направленные на установление всех обстоятельств произошедшего.

Проектировала дамбу инженер Любовь Баева, которую после ввода сооружения в эксплуатацию, муниципалитет выдвинул для награждение областной медалью «За добросовестную службу» II степени. Любовь Алексеевна давно уже на пенсии, ей 84 года. В свое время она закончила факультет «Мосты и тоннели» Новосибирского института инженеров железнодорожного транспорта.

Четыре года назад, в 2020 году, «Ростехнадзор» в процессе эксплуатации дамбы нашел почти четыре десятка всевозможных нарушений.

Местному муниципалитету выписали штраф в размере аж целых 20 тысяч рублей. А не так давно, в 2023 году, городская администрация заключила контракт на эксплуатацию и содержание дамбы на сумму 1,6 миллиона рублей. В предыдущие годы платили больше.

История обычная: в первое время после строительства объекту оказывалось повышенное внимание, а потом подумали, что стоит себе плотина и стоит, что с ней будет!

Теперь ответственные вспоминают постановление правительства РФ № 336 от 10 марта 2022 года, про тот самый запрет «кошмарить бизнес». Однако комиссия по техническому расследованию причин аварии все-таки создана. Как же без этого.

Власти Оренбургской области сразу, еще 6 апреля, заявили, что дамба в Орске по проекту рассчитана на значительно более низкий уровень воды: не более пяти с половиной метров. Уровень же воды в Урале достиг почти десяти метров.

Да, такая паводковая ситуация бывает редко, что называется «раз в сто лет». Точнее, раз в 67 лет, ведь вода в Урале поднималась даже до более высокой отметки, весной 1957 года, достигла 12 метров. Таким образом, строя плотину, решили сэкономить и вот теперь приходится действовать по старой схеме «скупой платит дважды».