Снизить налоги и отменить санкции — без этого экономистам нечем будет похвастаться Путину

Обеспечение необходимых темпов роста российской экономики выше мировой динамики обозначено в качестве главной цели, заявил президент Владимир Путин.

По его словам, это будет происходить за счет «раскрытия собственного потенциала отраслей, регионов и территорий, развития связей с зарубежными партнерами, за счет широкого внедрения передовых технологий, освоения новых перспективных направлений современной экономики».

Согласно последнему, июльскому прогнозу Международного валютного фонда (МВФ), мировая экономика вырастет на 3% в 2025 году и на 3,1% в 2026 году.

Для стран с формирующимся рынком и развивающихся стран, к которым организация причисляет и Россию, рост ВВП составит 4,1% и 4% соответственно. При этом МВФ прогнозирует, что рост российской экономики в 2025 и 2026 годах составит лишь 0,9% и 1%.

В начале сентября аналитики в рамках макроэкономического опроса Банка России, понизили прогноз по экономическому росту России в текущем году до 1,2% с 1,4% в июле. Далее ожидается ускорение темпов роста до 1,6% в 2026 году, 1,9% в 2027 году и 2% в 2028 году, что заметно ниже текущих общемировых темпов роста.

Почему так? Что мешает российской экономике развиваться хотя бы в среднем темпе, не говоря уже о пожеланиях Путина иметь показатели «выше мировой динамики»?

Доктор экономических наук, главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев напомнил, что ускорение темпов роста российской экономики предусмотрено в рамках национальной цели до 2030 года и на перспективу до 2036 года.

— Что касается ближайшей перспективы, то мы видим только торможение роста ВВП — при том, что российская экономика должна расти выше 3%. По итогам первого полугодия рост ВВП России составил только 1,2% (1,4% - в первом квартале, 1,1% - во втором квартале). По оценке Минэкономразвития, в июле экономика выросла лишь на 0,4% (в июне — 1%), то есть рост существенно отстает от цели.

Если мы говорим об отдаленной перспективе, то ускорение роста ВВП, конечно, возможно. Но в 2025 году с текущими темпами обеспечить более 3% является непосильной задачей. Официальный прогноз, с которым Россия вступала в 2025 год, предполагал рост в 2,5%.

То есть даже если наша экономика удержалась бы на таком показателе, то он все равно оказался бы ниже общемировых темпов. Но 2,5% уже не будет в любом случае, скорее нас ожидает рост около 1%.

«СП»: А чем можно обеспечить ускорения роста?

— Мы находимся в такой ситуации, когда чрезвычайно многое зависит от геополитики. Речь не только о санкциях, но и об изменении структуры российской экономики.

Что будет происходить и получится ли разогнать экономику — никто сейчас не скажет ввиду высокой неопределенности, которая также выражается в невозможности прогноза цен на нефть.

Текущие меры в свою очередь не в пользу ускорения темпов экономического роста, для которого необходимо снижать налоги. Но налоговая нагрузка в России, напротив, растет. К примеру, с начала 2025 года была повышена ставка налога на прибыль с 20% до 25%.

Конечно, сейчас подобные системные меры не предпринимаются. Но все равно рост финансовой нагрузки на бизнес продолжается в виде, к примеру, повышения с 1 ноября этого года утильсбора для автомобилей с двигателем мощностью более 160 лошадиных сил. Все это точно не располагает к экономическому росту.

Российская экономика сейчас растет за счет небольшого числа отдельных отраслей (по данным Росстата, в июле среди промышленных отраслей с высоким ростом в годовом выражении можно выделить только производство лекарств и других медицинских материалов, компьютеров, электронных и оптических изделий, транспортных средств и оборудования без учета автомобилей и грузовиков, готовых металлических изделий, кроме машин и оборудования — «СП»). Что касается обрабатывающей промышленностей, то большинство ее видов находится в минусе.

Отрасли, которые непосредственно или косвенно связаны с оборонной промышленностью, растут достаточно быстро. Поэтому за счет них сохраняются положительные темпы экономического роста. Вопрос о том, насколько долговременным может быть такой рост, опять же упирается в геополитику.

«СП»: Реально ли достичь хотя бы 1,6% роста ВВП в следующем году, которые прогнозируют аналитики ЦБ?

— Это будет тоже трудно сделать. Если текущий год мы закончим с результатом 0−1%, скорее с 0,5%, то с высокой вероятностью Россия не выйдет на темпы роста, которые опережали бы мировой показатель. То есть будет сформирована тенденция к замедлению экономики.

Непонятно за счет чего получится ускорить рост ВВП даже до 1,6% в 2026 году. Не просматриваются факторы, которые позволили бы это сделать, в том числе потому, что налоговая и административная нагрузка вряд ли будут снижаться.

«СП»: Насколько необходим рост ВВП как самоцель — или на нем можно не так серьезно концентрироваться?

— Рост ради роста, конечно, не нужен. Но если в стране нет заметного увеличения ВВП, то повышать зарплаты бюджетникам, пенсии и обеспечивать в целом уровень жизни будет очень трудно. Фактически это будет означать уменьшение запасов в экономике.

Если мы действительно хотим повышения социально-экономического уровня жизни, то без обеспечения экономического роста, и желательного высокого, не обойтись. Это позволит в том числе притормозить темпы увеличения тарифов ЖКХ.

Совсем небольшие темпы экономического роста в странах с развитой экономикой не мешают им обеспечивать хороший социально-экономический уровень жизни. В России же схожие темпы роста (менее 1% в год, как в Германии и Франции) не позволят достичь высокого уровня жизни.

Член наблюдательного совета Гильдии финансовых аналитиков и риск-менеджеров Александр Разуваев полагает, что IT-сектор и оборонная промышленность останутся важными драйверами российской экономики.

— ОПК у нас будет развиваться в приоритете в любом случае.

Исходя из учебников по корпоративным финансам, рост может быть достигнут как органическим путем, так и в рамках слияний. Быть 4-й экономикой мира — хорошо, но все равно США и Китай будут значительно больше России по ВВП, в том числе потому, что у нас населения намного меньше.

В этом смысле нам будет выгодно более тесно экономически кооперироваться со странами ЕЭАС — Белоруссией, Казахстаном и Киргизией. Это позволит нарастить общий объем экономики, а также потенциально перейти на евразийский евро.

«СП»: Есть ли другие возможности для экономического роста?

— Развитие нефтегазового сектора. Добыча газа во многом зависит от успеха «Силы Сибири-2» и ввода новых СПГ-проектов, прежде всего на Северном Ледовитом океане.

Думаю, что США в итоге снимут большую часть санкций, что поможет такому производству.

Американцы хотят, чтобы замороженные инвестиции в России начали вновь работать. Делить нам с США с экономической точки зрения особенно нечего. У нас практически нет товарооборота, а для трамповской администрации важен размер дефицита в торговле с каждой конкретной страной.

При этом американские компании закупают в России критические для них товары, в том числе обогащенный уран (Bloomberg подсчитывал, что эти поставки закрывают примерно 25% от всех потребностей США в этом ресурсе — «СП»).

Недавно на совещании у президента США Дональда Трампа даже обсуждалась возможная закупка атомных ледоколов в России. Поэтому к 2027 году российская экономика вполне может достичь 3% годового роста, если предположить, что многие американские санкции будут сняты.