Пенсионеры опять в пролете, но кое-кто в стране поправил свое материальное положение

Спад в российской экономике начался в 2014 году, с тех пор фиксировался «стагнантный рост» примерно в 1%. Драйвером российской экономики так и не стали инновации, зато ряд регионов смог вырасти за счёт ВПК. Своими мыслями о состоянии российской экономики «Свободной Прессе» поделилась доктор географических наук, профессор кафедры экономической и социальной географии географического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова Наталья Зубаревич.

«СП»: Кризисные явления в экономике начались лет 10 назад. Появился термин «стагнантное развитие»…

— Действительно, кризис начался в декабре 2014 года, с тех пор темпы роста были порядка 1%. Причины — обвал рубля, падение цен на нефть и политика стран, пытавшихся ограничивать российскую нефтедобычу.

Тогда из-за девальвации доходы населения упали, и минимум 8−10 последующих лет их пытались компенсировать. Удалось сделать это только к 2022 или даже к 2024 году, данные уточнялись Росстатом.

«СП»: А мы слезли с сырьевой иглы или это некая спекуляция?

— Это констатация того, что на пике нефтегазовые доходы достигали почти половины федерального бюджета, а сейчас упали и составляют четверть. Так, за девять месяцев 2025 года нефтегазовые доходы упали на 20%: цена на нефть пошла вниз, стали добывать меньше в рамках сделки ОПЕК+.

---

О состоянии экономики на федеральном и региональном уровнях, материальном благосостоянии россиян — в программе «Открытая студия».

Прямые ссылки передачи в RuTube, VK, YouTube, смотрите все передачи СП-ВИДЕО

---

«СП»: Доходы населения продолжают падать?

— У нас нет спада реальных доходов населения. С осени 2022 года началась «гонка зарплат». Номинальные зарплаты, в рублях без учета инфляции, в 2023 году выросли более чем на 14%, а в 2024 — более чем на 18%. Росли и реальные, с учётом инфляции, доходы населения — скажем, в 2023 году более чем на 7%.

В 2025 году, хотя гонка зарплат начала замедляться и спрос на работников в связи с торможением экономики так не рос, реальные доходы за первое полугодие всё равно выросли за счёт повышенных ставок по банковским вкладам граждан, а также введения широкой системы пособий малоимущим семьям с детьми.

Исследование ЦБ показывает, что с 2022 по 2024 годы две трети населения повысили свои доходы реально с учетом инфляции. При этом, 20% от всех россиян — более чем в полтора раза. Но при этом у 10% особо ничего не изменилось, а ещё у четверти доходы упали относительно 2022 года, прежде всего у пенсионеров.

«СП»: Как вы оцениваете бюджет 2026 года и прогнозные периоды?

— Бюджет на следующий год — компромисс между «генералом» и «экономистом». Бешеного роста оборонных расходов всё же нет, а бюджет должен обеспечивать социальное спокойствие и какое-то инфраструктурное развитие.

Но инфраструктуру режут, денег не хватает, а социалку не трогают, она даже растёт. Однако проблема в дефиците бюджетов многих субъектов, а впереди капитальные расходы под конец года. Но пока бюджет социальные обязательства закрывает.

А на федеральном уровне у Социального фонда с повышением пенсионного возраста и гонкой зарплат, с которых уплачиваются страховые платежи в фонд, дефицит уже не такой безумный. Но количество пенсионеров будет расти, переходный период по пенсионной реформе завершается.

«СП»: И власти вновь могут прийти к вопросу очередного повышения пенсионного возраста?

— При жизни этого поколения руководителей, думаю, второй итерации не будет. А за будущих не могу ручаться.

Однако у нас резко вырос разрыв между средней заработной платой и средней пенсией. Мы вернулись в нулевые по этому показателю: в четыре раза ухудшается благосостояние, как только человек выходит на пенсию.

Ранее эта разница составляла хотя бы треть, а по нормам Международной организации труда, средняя пенсия должна быть не менее 40% от средней заработной платы.

«СП»: В Москве бюджет более 6 трлн. руб. по расходам. А как вы оцениваете его использование?

— Считаю избыточными огромную долю расходов на так называемое благоустройство. От «бордюринга» все устали.

Но, скажем, Москва очень хорошо инвестирует в транспорт: расширение диаметров, закупка оборудования и транспортных средств. Но на социалку в долях Москва тратит гораздо меньше, чем другие регионы, видна экономия на масштабе.

При этом считаю правильной программу Московское долголетие. Это обширная программа: от экспресс-анализов и обследований до культурного вовлечения пожилых москвичей в жизнь города. Это правильно и обосновано, ведь 27% москвичей — пенсионеры.

«СП»: У вас есть модель, описывающая различия территорий страны, «четыре России» — насколько она универсальна? Есть ли, допустим, «четыре Америки» или «четыре Канады»?

— Модель работает везде, но силы её проявления разные. Чем менее развита страна, менее заселена, тем, при прочих равных, столица или крупнейший город будет сильнее отрываться от остальной страны. В более развитых, плотно заселенных странах это неравенство «центр-периферия» заметно слабее. В России же мало населения и городов для такой могучей территории. Поэтому у нас проявляется сильно.

«СП»: А какие регионы сегодня растут? Скажем, Калужская область показывала хорошие темпы, но ведь многие зарубежные предприятия ушли из-за санкций?

— В Калуге ушёл автокластер, а то, что было в ОЭЗ «Ворсино» осталось: это сборка техники, косметика и т. д. Калуге удалось отыграться после провала на 20% в 2022 году и уже в 2023 был прирост за счёт оборонки. С низкой базы, но начали довольно быстро расти.

Кто ещё растет? За три года рост производства в Курганской области в обрабатывающей промышленности — 78%, в Удмуртии — 75% за счет ВПК. Но, если возьмём гражданское машиностроение от металлорежущих станков до экскаваторов, тепловозов, комбайнов, то спад везде от 4% до 20% за 9 месяцев 2025 года.

«СП»: Повышение НДС, технологический сбор, утильсбор — эффект от новых налогов и сборов не перекрывается ли уходом в тень и повышением цен?

— Череда повышений налогов объясняется как ростом расходов бюджета, так и падением нефтегазовых доходов. Минус 20% - это триллион. Поэтому всё банально: или занимать на рынке, но тогда разгоните инфляцию, или брать с бизнеса больше. Но по НДС ожидаемых полутора триллионов могут не добрать: продажи замедляются, а НДС идёт с каждой проданной услуги или товара.

От повышения налога на прибыль на 5 процентных пунктов хотели получить 800 миллиардов рублей, но тоже не факт, что получится, прибыльность-то упала.

«СП»: При этом надуваются «пузыри». Скажем, рост закредитованности людей или строительство: квартиры строят, но никто не покупает.

— Бешеного роста просрочки по кредитам не происходит, она пока в нормах и в масштабах, которые мы уже видели на российском рынке. По той же ипотеке всего 1% просрочки, по потребкредитам 5−7%. «Пузыря» я не вижу. Центробанк за ним очень внимательно следит, рынок кредитования изо всех сил охлаждает.

Суммарная закредитованность населения стабилизировалась на уровне 37−38 триллионов рублей. Что касается жилья, есть несколько способов адаптации этого рынка к меняющимся условиям. Это смещение спроса на вторичный рынок жилья: там не растут цены и действует семейная ипотека.

Далее, по 9 месяцам 2025 года 68% введенного жилья в стране это ИЖС и дачи. А по новостройкам: ввод жилья растягивается девелоперами на год, чтобы не перенасыщать рынок в связи со снижением спроса. К тому же, 80% продаж первички — тоже семейная ипотека, то есть льготное сохранившееся кредитование.

Цены на жильё продолжат расти, спада цен не будет. При такой инфляции это невозможно. Но рост ниже инфляции — процента 4. А рост цен на ИЖС и дачи обусловлен подорожанием стройматериалов.