Urals добивают дисконтом: Скидка на российскую нефть выросла до неприличных значений

В последнюю декаду декабря стоимость Urals снизилась до $34,82 за баррель в портах Балтийского моря и до $33,17 за баррель на черноморских портах.

По этим оценкам, Brent стоит примерно $61 за баррель, а дисконт для поставок FOB (когда продавец обеспечивает только погрузку на судно и экспортное оформление) из российских прибрежных городов составил уже $27 за баррель. Дисконт для поставки нефти в Индию в рамках CIF (оплата за деньги продавца стоимости погрузки товара на судно, перевозки и страхования до порта прибытия) подрос c примерно $3 до $7,5 за баррель.

Доцент Института экономики, математики и информационных технологий Президентской академии Тамара Сафонова объяснила, что многие западные аналитические агентства публикуют необоснованные скидки на маркерные сорта российской нефти по отношению к эталонам (вроде North Sea Dated, североморской корзины и WTI). То есть участники рынка реагируют в том числе на новые американские санкции, но возникшие ценовые индексы все равно явно спекулятивны.

При этом агентство Bloomberg сообщило, что за четыре недели до 21 декабря Россия отгрузила в порты 3,87 млн баррелей в сутки (б/с), что стало рекордным показателем с мая 2023 года.

То есть прослеживается направление компенсации потери в стоимости количеством нефти. Но, по словам Сафоновой, рост объемов не поможет компенсировать выпадающие доходы, и нужны новые подходы по сокращению дисконтов.

Руководитель Центра анализа стратегии и технологии развития ТЭК Вячеслав Мищенко в разговоре с «СП» пояснил, что реальная рыночная стоимость нефти формируется через систему плавающих дифференциалов.

— Она предполагает функционирование как эталонных сортов в том числе Brent, WTI и Dubai Crude, так и маркерных, включая Urals, ESPO, Arab Light. Вторые привязаны к первым по цене через дифференциалы или скидки. Urals традиционно был привязан к Brent с точки зрения скидки.

Она была связана в основном с тем, что данный эталонный сорт, состоящий фактически из корзины североморских сортов нефти, обладает другими качествами. Urals — среднесернистый сорт, который тяжелее Brent и других североморских сортов. То есть скидка была связана с качественными параметрами.

Но с момента начала конфликта Запада с Россией дифференциал стал расти, и его сделали предметом воздействия прежде всего на российский нефтегазовый сектор с помощью ограничений стоимости нефти и выручи от ее экспорта.

Ценовой потолок, который недавно снизили до $45 за баррель, был создан именно с этой целью.

Также оказывается масштабное давление на транспортировку, страхование, финансирование и транзакции на всех участников торговли нефтью с российской нефтью. В результате участники рынка, покупатели, трейдеры, закладывают все большие риски и ретранслируют это в скидки на российскую нефть.

Последний рост дисконта связан прежде всего с введением санкций США против ключевых производителей и экспортеров нефти из России — «Роснефти» и ЛУКОЙЛа. У них возникли дополнительные проблемы с реализацией объемов. Перевозчики, включая т.н. «теневой флот», используют возникшую ситуацию для ретрансляции своих санкционных рисков через увеличение скидки.

«СП»: Насколько существенны текущие дисконты?

— К сожалению, мы вернулись примерно к размеру скидки, которая наблюдалась в конце 2022 года — начале 2023 года, сейчас цена за Urals составляет примерно 50% от стоимости североморского эталона.

Конечно, вряд ли сейчас дисконт составляет $30 за баррель, но $23−27 за баррель для Urals все же фиксировалось в последнее время. Для сравнения, до 2022 года дисконт составлял $1−2 за баррель, а иногда российский Urals даже торговался с премией к Brent, потому что структура рынка требовала больше сернистой нефти для европейской переработки.

«СП»: Проще ли России продавать сейчас китайским импортерам, учитывая трубопроводные поставки по ВСТО?

— На любом рынке и при любых торговых отношениях в тот момент, когда в рамках монопсонии (в теории — один покупатель, много продавцов — «СП») у продавца не остается выбора или альтернативы, то он не может диктовать условия покупателю. Индийские и китайские компании пользуются этой ситуацией, стараясь максимально снизить стоимость для себя.

«СП»: Можно ли найти выход из такой обстановки?

— Нужно выходить на создание собственных центров ценообразования. На мировом рынке есть два рынка — биржевой и спотовый. Со вторым во многом работают крупные ценовые агентства S&P Global Platts и Argus Media, которые создают котировки на физических базисах спотовых объемов.

Они смотрят на маркерные сорта по отношению к эталонам, опрашивая продавцов и покупателей, определяя уровень скидки или дифференциала, которые при этом определяет все же рынок, а не агентства. По сути, речь идет о цене за баррель нефти, которая была налита в конкретную танкерную партию.

В качестве производного действует уже биржевой рынок, на котором продаются фьючерсные контракты (с заметным лагом, к примеру, на месяц вперед — «СП»). Мы зачастую используем цены и данные, которые связаны с биржевым рынком.

Но он производный, поэтому цены не всегда являются поставочными. То есть те обязательства, которые берут на себя участники рынка, связаны больше с финансовыми.

В этом смысле выходом представляется переход на собственное ценообразование, создание как биржевых, так и спотовых котировок на российскую нефть, которые не будут привязаны к эталонным сортам. Конечно, будут возражения, что никто не будет этим пользоваться.

Но, к примеру, если Россия уже экспортирует нефть в Китай по трубопроводу Сковородино — Мохэ напрямую китайским потребителям, то вполне есть возможность создать собственный маркер для ухода от международных эталонов. Это фундаментальное изменение, но оно необходимо для защиты российских доходов, часть которых в виде в том числе большой скидки просто перераспределяются между посредниками.

«СП»: Что будет происходить с ценами на нефть в 2026 году и возможно ли компенсировать снижение в стоимостном выражении увеличением физического количества нефти, поставляемой на экспорт?

— Эта тактика достаточно часто применяется на рынке, чтобы занять нишу или победить конкурентов. Российские производители пытаются компенсировать выводом новых объемов падение цены на нефть, которое происходит как в рамках снижения стоимости эталонов, так и на фоне увеличения дисконтов.

Но, на мой взгляд, заливать рынок дешевой нефтью, теряя практически 50% на каждом барреле, не очень эффективно, особенно если это единственный инструмент.

Дисконт в следующем году будет находиться на примерно текущем уровне, отнимая значительную часть прибыли у российских экспортеров, пока не будут найдены политические решения санкционным ограничениям. Прогнозировать дисконт точно невозможно, но в принципе текущая скидка не является исторически нормой.

Поэтому решение проблемы находится в структурном изменении торговли и в попытке объяснить импортерам из дружественных странах, что нельзя надеяться, что Россия будет постоянно продавать нефть в два раза дешевле рыночной стоимости.

К примеру, в случае снятия санкций Китай и Индия начнут проигрывать, потому что российская нефть вырастет в цене. В этом смысле таким странам будет выгоднее создать вместе с Россией независимую структуру продажи нефти, возможно на базе БРИКС.

К тому же под санкционные ограничения на нефтяном рынке может попасть любая страна, которая войдет в конфликт с Западом. Действия тех же США всегда будут атакующими. Поэтому с точки зрения дружественных стран, которые считают себя самостоятельными игроками на мировом торговом рынке, не особенно дальновидно полагать, что санкционная политика касается только России и не может затронуть их.

---

Последние новости о рынке нефти, газа, а также стоимости бензина и дизеля, — в теме «Свободной Прессы».