Новосибирская «живодерня» так ничему и не научила? С ветеринарией в России, похоже, покончили

Указ о создании НПО «Российской биологической промышленной компании» подписал президент России Владимир Путин, документ уже появился на портале официальных правовых актов.

Компания образована «в целях обеспечения технологической независимости и устойчивого развития, стимулирования инвестиционной активности в области ветеринарии и повышения эффективности управления имуществом федеральных казенных предприятий».

Судя по технологии реализации указа, базовым предприятием для «Российской биологической промышленной компании» станет подмосковный «Щелковский биокомбинат».

Позднее к нему будут присоединены федеральные казенные предприятия «Армавирская биологическая фабрика», «Курская биофабрика — фирма «БИОК», «Орловская биофабрика», «Ставропольская биофабрика».

Когда процесс слияния завершится, этот комплекс предприятий станет акционерным обществом «Научно-производственное объединение «Российская биологическая промышленная компания», 100-процентный пакет акций которой будет находиться в федеральной собственности.

Среди приоритетных задач у создаваемого объединения — налаживание производства вакцин и лекарственных средств ветеринарного применения, проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в сфере ветеринарии, а также разработка и внедрение в производство новых видов ветеринарных биологических препаратов, их реализация.

В указе содержится поручение правительству в течение полугода после госрегистрации АО подготовить предложение о включении концерна в перечень российских стратегических предприятий и акционерных обществ.

Как известно, в России второй год идет реализация национального проекта «Технологическое обеспечение продовольственной безопасности», включающего создание и развитие современной инфраструктуры производства ветеринарных препаратов.

Согласно документу, обеспеченность российского АПК ветеринарными препаратами отечественного производства к 2030 году должна составить 70%, вакцинами — 61%.

Примечательно, что все включаемые в концерн предприятия специализируются на ветеринарных препаратах, а некоторые СМИ уже обратили внимание, что указ о его создании подписан после драматических событий с изъятием и уничтожением скота в сибирских селах.

Могут ли быть связаны эти события? С этим вопросом мы обратились к председателю Наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития Юрию Крупнову, который в соцсетях и своем тг-канале регулярно освещает как ситуацию в отечественном ветеринарном деле, так и недавнюю историю с эпидемией животных в Сибири (и не только).

— На самом деле эти события никак не связаны, поскольку подобного рода указы готовятся несколько месяцев. Поэтому, скорее всего, этот указ «выплыл» ещё из прошлого года.

Второй момент — это указ технический, поскольку консолидация таких разрозненных предприятий, конечно, казалось бы, необходима.

Но в то же время нужно учесть: все решения принимают не сами предприятия — они штампуют и продают то, что им скажут сверху. Или, соответственно, что закажут.

Это весьма остро ощущается в нынешней ситуации, поскольку у нас за болезни животных стал отвечать Россельхознадзор, перетянувший на себя полномочия Минсельхоза.

«СП»: Если недавнее уничтожение домашних животных и этот указ не связаны, зачем консолидировать предприятия, которые ничего не решают? Зачем создавать концерн?

— Перед нами, конечно, в прямом плане приватизация казённых предприятий. То есть мы видим переход предприятий из государственных, казенных, в АО. Дальше государством могут продаваться пакеты акций и так далее.

Кто-то хочет зарабатывать не на откатах, как сейчас, а на вполне легальных правах влезть в эту сферу и зарабатывать на вакцинах в акционерном обществе через дивиденды. Все это просчитывается с учетом предыдущих приватизаций.

Но самое главное, что эта консолидация предприятий и приватизация происходит в стране, где нет ветеринарии.

«СП»: Почему нет?

— Потому что нет единой федеральной ветеринарной службы, есть 89 ветслужб в субъектах Российской Федерации. А за болезни животных по какой-то причине отвечает надзорный орган.

Не тот, что лечит животных, а тот, который надзирает, контролирует. Это примерно то же самое, если бы Счётная палата, например, стала отвечать за здоровье населения.

И все зафиксированное в указе является крайне неприятным симптомом того, что ветеринарное дело, разгромленное в нашей стране, продолжает существовать как частная кормушка. Причем эта линия усиливается.

«СП»: Неужели шумная история с забоем скота в Сибири ничему чиновников не научила?

— Она и не должна была их ничему научить. Во многом причиной этой сибирской истории стали, мягко выражаясь, манипуляции с вакцинами. То есть в предыдущие годы профилактика эпизоотий и лечение в тех районах, где они были необходимы, проведены не были.

При этом назначение вакцин определялось директивно, сверху. Но у нас в стране, выходит, нет никаких ни правоохранительных органов, ни каких-либо других, способных эту ситуацию исследовать и расследовать. Но здесь самое важное, повторю, происходящая консолидация производителей ветеринарных препаратов происходит в стране, где отсутствует ветеринария.

И здесь возникает вопрос: зачем такой вообще мутный омут создан? А русская пословица ответит вам на этот вопрос.