Долги России: Бюджет дефицитный, а занимать не у кого, мы не Италия и даже не Греция

Утверждать, что нагрузка на нашу экономику и бюджет — ничтожная, надо с осторожностью и с поправкой на доходность. Общегосударственный долг России может быть действительно небольшой, но при небольших доходах бюджета обслуживать его гораздо сложнее, считает финансовый аналитик, кандидат экономических наук Михаил Беляев.

Так он отреагировал на недавние заявления президента РФ Владимира Путина о том, что на фоне Италии, где госдолг достигает 139−140% ВВП, российский внешний и общегосударственный долг в процентах к валовому внутреннему продукту находится на скромных отметках — 2,6% и 17,5% соответственно.

«Понимаете, то, что в Италии, допустим, 140%, — это проблемы Рима, пусть он их решает. Но государственный долг и оплата государственного долга совершается из бюджета. Если у вас большие доходы казны, то вы легко можете оплачивать и более крупные суммы.

Читайте также

Сергей Гордеев: Статистике сделали «успокоительный» укол — показывать, что и на 25 тысяч в России можно прожить Публикация данных о цене фиксированного набора товаров и услуг должна убедить в том, что мы живем не так уж плохо

Но у нас, к сожалению, бюджет отрицательный. С одной стороны — формально долг невысокий, а с другой — бюджет минусовый и будет таким в ближайшее время, а значит, платить не из чего или делать это крайне тяжело", — пояснил читателям «СП» в интервью изданию Михаил Беляев.

Аналитик предложил представить, что условный человек получает 100 рублей в месяц (доход). У него долг в 50 рублей. Но из этих ста 99 рублей приходится тратить на квартиру, еду и прочее.

Таким образом на погашение долга остается 1 рубль. А у другого гражданина может быть 50% долга, но доходы 500 рублей, а тратит он те же 99 рублей, то есть у него остается больше средств, «и ему легче».

«Поскольку у нас с доходной частью — беда, нам даже с таким маленьким долгом становится сложно его обслуживать», — резюмировал Беляев.

Получается, что общегосударственный долг даже при таких весьма скромных по сравнению с европейскими государствами, не говоря уже о США, все равно гнетет нашу экономику?

— На самом деле, тут все непросто, потому что никто не обслуживает долг из бюджета, — заметил по этому поводу эксперт по бюджету и инвестициям, профессор ВШЭ Иван Родионов.

— Для этого есть система облигаций, которая построена на том, что для обслуживания выпускаются все новые и новые облигации. Получается своего рода вечный двигатель, который работает до того момента, когда происходит какой-то большой кризис, и всё списывается или, по крайней мере, существенно сокращается.

Но реальность такова, что нас в эту мировую систему никто никогда не пускал. То есть у нас не было шансов нарастить внешний долг до сопоставимых с Италией размеров. Ну, или хотя бы до 100% ВВП.

Точно так же мы не можем и внутренний долг наращивать через новые выпуски. Просто потому, что у народа денег не так много на самом деле.

Ходят разговоры про 90 млрд на счетах граждан, но это в масштабах страны немного. Вот если бы речь шла о нескольких триллионах долларов, это был бы другой разговор.

Таким образом низкие показатели внешнего и общегосударственного долгов не наша заслуга, а наша беда — много занимать мы не в состоянии.

Никто не дает, ни свои, ни чужие. Россия тут, образно говоря, как анекдотический слон. Который в день может съест тонну бананов, однако столько ему никто не дает.

«СП»: А как же государственно-частное партнерство (ГЧП), на котором делается акцент в последние годы? Тоже не вариант занимать?

— Сама идея ГЧП на региональных уровнях порочна по сути. Строят квази-частный объект недвижимости — дорогу, мост и так далее. И потом из бюджета сосут деньги на обслуживание долгов по нему. В некоторых регионах до 35% доходит доля расходов местных бюджетов на подобное.

Вот на региональном уровне в интересах «группы товарищей» у нас что-то получается. Когда люди делают такой отвод бюджетных средств себе в карман, тщательно его оберегают. В этих каналах никаких затыков или засоров не бывает. А что-то подобное сделать уже в интересах населения на общенациональном уровне — не выходит.

«СП»: То есть беда с заимствованиями не позволяет нам экономику развивать?

— С одной стороны, в начале 90-х годов на полноценный запуск капитализма в России требовалось порядка 3 трлн долларов. Но мы тогда могли себе позволить занять в 10 раз меньше ­- максимум 400 млрд. И когда мы стали эти средства использовать не на базу для капитализма, а для текущих нужд, все закончилось дефолтом 1998 года. После этого у наших монетарных властей развился иррациональный испуг на любые заимствования. Им до сих пор проще напечатать денег, чем их попросить.

С другой стороны, во всем мире с заимствованиями тоже все непросто. Даже несмотря на относительно невысокую цену обслуживания долга уже существенная часть, например, бюджета США идёт на обслуживание внешнего долга.

Точно такая же ситуация у европейских стран. Но это, как говорил один герой советского фильма, «нога того, кого надо нога».

Деньги там идут туда, куда надо. Но у нас в клуб тех, кому деньги дают, как я уже говорил, пускают только избранных.

«СП»: Так если у нас денег нет на полноценный капитализм, может, стоит что-то другое построить попробовать?

— В мире есть только три варианта. Первый — социализм, мы его строили 80 лет. Второй — капитализм, мы его пытались строить последние 35 лет. Что получилось — сами видите.

Читайте также

Профессор Катасонов: Можно ли Россию считать социальным государством? Да, на уровне Чили и Турции Российские власти ужасно не любят, когда по многим позициям уровня жизни РФ сравнивают с другими странами

Остался третий вариант, но его уже пыталась в середине ХХ века построить гитлеровская Германия.

И с тех пор желающих снова взяться за такое что-то не находится. А больше других вариантов нет. Царствия Божьего, увы, в этом мире не возвести.

«СП»: Что же получается, мы так и будем всю дорогу нести свой крест? И экономика у нас недоразвитая, и бюджет дефицитный, и занять не у кого. Доколе?

— Рынок устроен так, что его «памяти» хватает на 7−10 лет. Если все успокоится, и буквально сегодня Москва с Киевом заключат друг друга в объятия, то какого-то улучшения можно ждать не раньше, чем через 5−7 лет.

А реальные деньги появятся лет через 7−10. Да и то при условии, что их не украдут, не растащат по карманам. А до этого времени придется терпеть. Вспомните, как долго было нам плохо после дефолта 1998 года. Только где-то в 2005—2007 годах стало полегче.

Правда, в 2008 случился новый, уже глобальный, кризис. Так что и на этот раз по прошествии 8−10 лет не факт, что все будет хорошо.

Помнится, лет 5 назад нам уже обещали и зарплаты заоблачные, и каждой семье квартиру, и все такое прочее. Ну и где это все? Обещать — не значит жениться.