Россия вновь превращается в «сырьевой придаток» — и скоро ей придется этим гордиться

В России с января по сентябрь закрыто компаний (208,5 тыс.) в 1,91 раза, чем создано новых предприятий (109 тыс.), гласит доклад Росстата.

Для сравнения, за аналогичный период 2025 г. было открыто порядка 140,5 тыс. компаний, а закрыто — 206 тыс. Соотношение 1:1,47, то есть ситуация усугубилась.

В некоторых секторах экономики число закрывающихся юрлиц более чем вдвое превышало число новых. В строительстве показатель составил 2,03 (29 тыс. и 14,3 тыс. соответственно), а в оптовой и розничной торговле — даже 2,17 (68,5 тыс. и 31,6 тыс.).

В первые девять месяцев этого года лишь одна отрасль показала рост количества предприятий — добыча полезных ископаемых (зарегистрировано 786 юрлиц, а закрыто — 776) на фоне роста сальдированной прибыли за первое полугодие почти в 1,5 раза, до 2,9 трлн руб. За аналогичный период 2025-го отраслей, в которых число регистраций больше, чем закрытий, было три (помимо добывающего сектора): здравоохранение, социальные услуги, а также культура, спорт, организация досуга и развлечений.

Читайте также

Новый лозунг энергетиков — «Русский киловатт-час должен стать дешевле китайского» Правительству придется поломать голову, чтобы выполнить поручение Президента по тарифам на электроэнергию

В августе вице-президент Торгово-промышленной палаты (ТПП) Елена Дыбова рассказывала, что в результате налоговой реформы многие компании оказались за гранью рентабельности. Это усугубляется тем, что фирмам сложнее получить перекредитование, найти оборотные средства и другие источники дохода.

Аналитики фиксировали, что в 2025 году на фоне смягчения денежно-кредитной политики ЦБ спред между стоимостью краткосрочных корпоративных кредитов и ключевой ставкой не сокращался, а даже расширялся. Это значит, что деньги остаются слишком дорогими для бизнеса.

Также в минувшем мае со ссылкой на Rodionoff Group сообщалось о падении в первом квартале выдачи грантов малому и среднему бизнесу на 53% год к году, до 3,1 млрд руб. В консалтинговом агентстве тогда предупреждали, что гранты как массовый инструмент поддержки бизнеса может прекратить существовать через 1,5 года, если темпы снижения сохранятся.

Доктор экономических наук, главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев в разговоре с «СП» отметил, что добыча полезных ископаемых с точки зрения анализа динамики открытий и закрытий компаний все же не является показательным видом экономической деятельности.

— В этом секторе представлено намного меньше юрлиц, особенно если сравнивать со строительством, а также оптовой и розничной торговлей.

В рознице открыть предприятие намного легче, потому что стартовый капитал и количество работников могут быть минимальными, что повышает интенсивность закрытий и запусков новых предприятий. У строительного сектора также свои особенности, например, сужение возможностей льготной ипотеки, что сказывается на привлекательности инвестиций и запуске новых проектов.

Сокращение количества открытых юрлиц по отношению к закрытым является четким индикатором предпринимательской активности. При благоприятном инвестиционном климате, который располагает к ведению бизнеса, компаний становится больше, и наоборот, потому что не все могут выдержать давление.

Поэтому вопрос не в процедурных моментах и регламентах, которые вынудили бы бизнес закрываться, а в не очень благоприятном инвестиционном и предпринимательском климате.

«СП»: Могло ли снижение выдачи грантов малым и средним предприятиям в первом квартале привести к усугублению негативной тенденции?

— Да, но в гораздо большей степени на это повлияло увеличение налоговой нагрузки на небольшие компании. Так, лимит доходов для освобождения от НДС при применении упрощенной системы налогообложения с 1 января этого года снижен с 60 до 20 млн руб.

Безусловно, решение о дальнейшем снижении порога заморозили на три года, однако даже текущего лимита в 20 млн руб. хватило для снижения предпринимательской активности малого бизнеса. Сокращение грантов все же не предопределило столь значительный разрыв между закрытыми и открытыми предприятиями.

«СП»: Правда, что снижение кредитной нагрузки за счет поэтапного уменьшения ключевой ставки с рекордных 21% до нынешних 14% недостаточно облегчило положение компаний?

— Стоит отметить, что ключевая ставка была резко снижена до начала этого года и к 1 января составляла 16% годовых, а это лишь ненамного больше текущего показателя. Однако в целом ключевая ставка не играет столь решающего значения, которое ей приписывается. Налоговая и административная нагрузка, а также высокая неопределенность экономической ситуации влияют на бизнес более значительно.

Читайте также

Престижные апартаменты могут вдруг превратиться в «маргинальное гетто» — насколько реален такой вариант Елена Мищенко: Проблемным игрокам строительного рынка лучше привлекать крупных инвесторов, чтобы достраивать свои объекты

Кроме того, на динамику открытий и закрытий бизнеса повлиял накопленный эффект. Экономика начала резко тормозить еще в 2025 году. При ухудшении макроэкономической ситуации далеко не все сразу закрывают свой бизнес. Ведь в него вкладывали деньги и время, поэтому граждане стараются поддержать его на плаву.

Но условия лучше не стали, и многим все же пришлось закрываться именно в этом году. Примерно так же рассуждают россияне, которые оценивают, в каких условиях придется работать им как будущим предпринимателям после открытия.

«СП»: Связан ли успех добывающей отрасли с тем, что экономика значительно ориентирована на экспорт ресурсов?

— Да, особенно это заметно в последнее время. В добыче появилось чуть больше компаний на фоне ближневосточного кризиса и взлета цен на нефть и газ, которые остаются основным экспортным сырьем для российской экономики.

Правда, основной объем добывающей отрасли приходится на крупные предприятия, которые уже заняли свои доли на рынке. Поэтому особо выразительной динамики с точки зрения открытий и закрытий компаний в добыче и нет.

Однако количество фирм, даже тех, которые считаются малым бизнесом, в этом секторе вполне способно увеличиваться в периоды благоприятной конъюнктуры. На это может влиять, например, то, что правительство обязывает государственные компании привлекать для закупок малый и средний бизнес. То есть у бизнесменов появляется стимул запускать проекты в том числе в добывающем секторе, который оказался в более выгодном положении за счет мировых цен.