«Повышение НДФЛ: Большинство наших сограждан и так еле-еле сводят концы с концами...»
Татьяна Куликова


Мировая экономика вновь подошла к предпосылкам «сырьевого суперцикла». Богатые месторождения истощаются, новые проекты требуют все больше капиталовложений и времени, и даже высокие цены уже не гарантируют быстрого роста предложения.
Острее всего проблема стоит на рынке меди, поскольку электрификация транспорта, расширение сетей и строительство дата-центров разгоняют спрос, тогда как содержание металла в разрабатываемой на текущий момент руде падает.
Ответ отрасли может находиться в роботизации: добывающие компании меняют операционные расходы на персонал на капитальные вложения в автономную технику.
Однако роботы далеко не всегда способны сделать сырье дешевле, так как они окупаются только на больших карьерах с дорогим трудом и также не способны защитить компанию от ценовых обвалов во время периодов перепроизводства.
Подружить экономику и тараканов в наших головах — за это и «нобелевки» не жалко
Игорь Николаев: При слишком иррациональном поведении результаты экономических моделей оказываются нерелевантными
Из потенциальных внешних факторов, которые могут запустить новый сырьевой суперцикл, можно назвать прежде всего шок предложения.
В 2025 году медный рынок потерял значительную часть добычи на трех крупных рудниках в ДР Конго, Чили и Индонезии. Это наложилось на ввод с 1 августа прошлого года 50% американских пошлин на полуфабрикаты и изделия из меди.
В результате цены на медь с середины ноября 2025-го по середину ноября 2026-го выросли на примерно 20%, до порядка $13,2−13,5 тыс. за 1 тонну.
Сырьевой суперцикл представляет собой не просто скачок цен на месяц, а длинную волну, когда сырье дорожает годами, потом так же долго дешевеет. За полтора века таких волн было несколько, и каждая начиналась с того, что какая-то страна или регион начинали строить и потреблять больше, чем мир успевал добывать.
Большинство аналитиков относят начало первого сырьевого суперцикла к самому концу XIX века. Его главным драйвером стала промышленная экспансия США: рост числа заводов, масштабное строительство железных дорог и электрификация.
Именно американский спрос толкал цены на медь, сталь и уголь вверх, принеся основную выгоду экспортерам из Чили (медь) и Австралии (другие металлы). Первый суперцикл во многом завершился спадом на фоне Великой депрессии.
Второй (1940-е — 1960-е годы) и третий (1970-е — 1990-е) циклы прошли под знаком нефти. Если второй цикл был запущен послевоенным восстановлением, то третий подогрели нефтяные шоки 1970-х и переход мировой промышленности с угля на более экологичное топливо, прежде всего на газ. На этом фоне доминирующими игроками в мировой торговле стали страны Ближнего Востока и СССР.
Одновременно резко вырос спрос на алюминий из-за развития авиации, а значимое торговое преимущество получили экспортеры продовольствия, в первую очередь США и Канада, обеспечивавшая растущие рынки зерном.
Начало 2000-х годов обычно связывают с четвертым суперциклом. На фоне стремительного роста экономик Китая, Индии и других стран Азии произошел резкий скачок спроса на металлическое сырье, продовольствие и энергоносители.
Список выигравших экспортеров в этот раз оказался шире: значительную прибыль от экспорта сырья получали Австралия, Бразилия, Индонезия, Чили и Россия. Пик этого цикла пришелся на 2008−2011 годы, после чего цены перешли к долгосрочной коррекции.
Если привязывать суперцикл к меди, литию и редкоземельным металлам, то он может так и не сложиться с практической точки зрения в стабильную тенденцию, обратил внимание в разговоре с «СП» доктор экономических наук, главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев.
— Конечно, у теории сырьевых суперциклов серьезные основания: человечество в последние века активно переходит от одних видов ископаемого топлива к другим, и этот процесс далек от завершения — например, водород как источник энергии до сих пор толком не освоен.
Однако сейчас влияние суперциклов в значительной степени нивелируется на фоне усиления геополитического фактора и уже не выглядит столь очевидным, как это было раньше.
«СП»: Какие экономики могут стать лидерами потребления новых ресурсов?
— Чаще всего на эту роль называют Индию. Но ее модель принципиально отличается от китайской: на промышленность приходится менее трети ВВП, тогда как более половины экономики — это сфера услуг, а рост опирается прежде всего на внутреннее потребление.
Хотя Индия обладает огромным потенциалом, ее экономика, ориентированная на сферу услуг и неэнергоемкую промышленность (например, фармацевтику), вряд ли сможет в одиночку запустить новый сырьевой суперцикл.
Поэтому появление государства, способного глобально определять доминирующее сырье так, как это делал Китай в 2000-х годах, пока не просматривается.
«СП»: Какой внешний импульс нужен для нового витка масштабного освоения недр?
— Когда геополитическая турбулентность уляжется, а цены на энергоносители снизятся, «зеленая» повестка, скорее всего, вернется — в том числе из-за климатического фактора и ограничений потребления ископаемого топлива в крупнейших экономиках.
Сейчас к возобновляемым источникам энергии (ВИЭ) внимания меньше на фоне топливного кризиса, но в перспективе они будут влиять на суперцикл, заметно ограничивая спрос на традиционное сырье.
Но из-за высокой неопределенности спрогнозировать точное время перехода невозможно. Этот же фактор не позволяет точно сказать, окупятся ли капиталовложения в добычу необходимых для «зеленой» экономики металлов.
Бюджет жесткой экономии: Минфин порубит «социалку» в капусту, начнут, конечно, с медицины
КПРФ предложила альтернативу драконовским мерам «оптимизации» всего и вся
То есть непонятно, когда спрос на них резко вырастет и при этом на длительный период. К примеру, в Европе спрос на электромобили оказался не настолько масштабным, как на это рассчитывали. Это стало одной из причин ухудшения ситуации для немецкого автопрома еще несколько лет назад, которому приходится тормозить выпуск на заводах.
Теоретически декарбонизация и переход на электромобили делают суперцикл перспективным, но последние годы показали, что «зеленый переход» идет неровно и неуверенно. Отсюда риск для инвестиций в производство, рассчитанное на то, что капиталовложения в разработку важных для «зеленой» экономики металлов быстро окупится.
В свою очередь медь очень волатильна, поэтому делать на нее однозначную ставку не стоит. А технологический прогресс может со временем дать альтернативы даже редкоземельным материалам в мировых цепочках поставок — и таким образом сбить их стоимость.
Доцент кафедры международного экономического регулирования ВАВТ Андрей Кушниренко напомнил, что сам термин «суперцикл» размыт, и соответственно четко определить его рамки крайне сложно.
— Под ним можно, к примеру, понимать и технологические циклы Кондратьева длиной 45−60 лет, которые, по теории экономиста, наступают независимо от воли отдельных хозяйствующих субъектов.
Мировая экономика действительно переживает переход к IT в широком смысле: ИИ, цифровизация торговли, услуг и других секторов. Если считать суперциклом это, то да, он уже наступает.
«СП»: Как будет развиваться новый суперцикл?
— Прогнозировать сложно: бум ИИ может схлынуть так же быстро, как поднялся. Но цифровизация как большая тенденция останется, а для нее нужны редкоземельные металлы и батареи (например, литий-железо-фосфатные или никель-марганец-кобальтные).
Все это будет происходить на фоне роста возможностей чипов и внедрения новых форм расчетов. Можно сказать, что IT-бум уже стал ключевым внешним импульсом для сырьевого рынка. В частности, для лития, никеля и кобальта.
«СП»: Нужно ли России масштабно инвестировать в добычу металлов под новый суперцикл?
— В свое время государством была поставлена задача: все сырье, необходимое для развития страны, должно быть на территории России. В рамках этой работы были найдены месторождения лития, кобальта и редкоземельных материалов.
Но делать ставку на добычу ради крупного экспорта в третьи страны бессмысленно — в том числе из-за возможного обострения конкуренции между странами-добытчиками и санкционных рисков для российских металлов.
Разумнее делать ставку на развитие собственных технологий, чтобы выпускать больше готовой новой продукции и услуг, которые в свою очередь будет удобнее и выгоднее экспортировать.
Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.