Гибридная страна

Год назад украинская армия вовсю вела наступление в Донбассе. Во всем мире находилось множество скептиков, которые утверждали, что народные республики доживают последние часы, и тогдашние временные власти в Киеве «зачистят поле» как раз к инаугурации новоизбранного президента Петра Порошенко. А уж он-то предстанет объединителем страны и миротворцем.

Этого не случилось! Порошенко начал свое президентство с войны, ей он и продолжает свое правление год спустя. За спиной — кровавые весенне-летняя кампания 2014-го и зимняя 2015-го года. За спиной — тысячи жертв, главным образом среди мирного населения.

Оба «кавалерийских наскока» на Донецк и Луганск заканчивались переговорами в Минске. Сегодня в Донбассе, вопреки соглашениям, слышны взрывы украинских снарядов, произошло подлое убийство командира луганских ополченцев Алексея Мозгового, Киев де-факто держит в заложниках двух российских граждан, пытаясь обвинить их в терроризме — все это говорит о новом этапе войны, который не подразумевает каких-либо мирных резолюций. Минска-3 не будет.

Сейчас много говорят о «гибридной войне» — термине, придуманном американскими военными. Это когда наряду с танками и артиллерией используются диверсии, теракты и провокации, сопровождаемые агрессивными информационными атаками. Порошенко привык слепо копировать заокеанские изобретения, но не учел особенностей их применения. Те приемы, которые используют США за тысячи километров от своих городов, президент Украины использует в своей же стране против своего же народа.

При Порошенко Украина, развязав гибридную войну, превратилась в гибридную страну. С одной стороны — ей правят из-за океана, дергая в нужный момент за нужные веревочки, с другой — олигархи урывают свой «кусок пирога», приумножая богатства за счет войны, с третьей — безнаказанно орудуют вооруженные банды, у членов которых от крови уже помутилось сознание. Остановить их у пока еще официального Киева скоро просто не хватит сил. Вот такой вот получается гибрид.

Есть еще четвертая сторона. Это ее представители роют окопы под Донецком и Луганском и защищают их до последнего. К этой же стороне относятся те, кто живут в Киеве и Харькове, в Одессе и во Львове и открыто высказывают несогласие со взглядами радикалов. Но сил у них все меньше. Гибридная война подразумевает полное уничтожение инакомыслия. Пули, выпущенные в Олега Калашникова и Олеся Бузину, это подтверждают.

Бесполезно сегодня вспоминать о тех надеждах, которые украинцы питали год назад, выбрав нового «европейски ориентированного» президента. Украины как государства с социальными обязательствами перед своими гражданами, с экономикой и промышленностью больше не существует.

Существует опять же гибрид — из военной машины, создаваемой при помощи иностранных инструкторов и денег, населения винтиков этой машины и безумных пропагандистских конструкций Киева. То, что на Украине дефолт, по внешним долгам она не платит, Международный пакт о гражданских и политических правах и Европейская социальная хартия на ее территории больше не действуют (пока, правда, только в «зоне АТО») — это не имеет никакого значения для тех, кто сегодня дирижирует процессами внутри страны.

Что изменит ситуацию? Новые выборы или новые майданы? Герой романа-антиутопии Евгения Замятина «Мы» в конце книги говорит: «Я уверен — мы победим. Потому что разум должен победить». Вот только непонятно, сколько крови еще прольется, какие еще гибриды появятся и какие мутации произойдут на многострадальной земле наших соседей, прежде чем Украина придет к победе разума.

Николай Левичев — заместитель Председателя Государственной Думы РФ.

Снимок в открытие статьи: Николай Левичев/ Фото: Александр Щербак/ Коммерсантъ