Россия-НАТО: обновление системы?

Основой для диалога может служить понимание взглядов противоположной стороны

690
Россия-НАТО: обновление системы?
Фото: DPA/ ТАСС

Отсутствие доверия между Россией и НАТО вредит, бесспорно, обеим сторонам. Международная безопасность и стратегическая стабильность требуют, разумеется, восстановления атмосферы, системы доверия. Сама по себе эта задача представляет большой вызов для названных партнеров.

Некоторые осторожные шаги уже предприняты. Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг сообщил на Мюнхенской конференции в феврале 2015 г., что он рассчитывает на проведение новой встречи Совета Россия-НАТО (СРН), но пока ничего не решено. Это, безусловно, следует сделать. Большой ошибкой начальства блока стало замораживание подобных встреч после 1 апреля 2014 г., вслед за воссоединением Крыма с РФ и началом вооруженного конфликта на востоке Украины. СРН — важный механизм для консультаций, сотрудничества, принятия совместных решений, проведения коллективных действий, в котором нуждаются в наибольшей степени именно в период острых международных кризисов. Хотя руководство Североатлантического союза приостановило все практическое сотрудничество между НАТО и Россией, оно оставило открытыми каналы общения в СРН и Совете евроатлантического партнерства на уровне послов и выше, чтобы вести обмен мнениями, прежде всего по нынешнему кризису. Может быть, это — неплохое утилитарное решение на краткосрочный период, но вряд ли возможно рассматривать его в качестве эффективной меры с точки зрения перспективной международной повестки и долгосрочных задач партнеров.

Война в Сирии показала, что Россия может быть важным неформальным союзником Запада, одновременно также трудным его партнером, который предпочитает порой идти своим путем. Именно эта ситуация взывает к тому, чтобы возобновить совместную деятельность такого специфического коллективного органа, как СРН. Сейчас достаточно громко звучат голоса на Западе тех политиков, дипломатов, экспертов, которые полагают, что настало время для возобновления продуктивного сотрудничества с Россией относительно конфликтов в Центральной Азии, на Ближнем Востоке, по вопросам борьбы с международным терроризмом. Борьба с незаконной утечкой ядерных материалов, попытками создания «грязной ядерной бомбы» незаконными военными формированиями, террористическими сетями, особенно ИГ* и т. д., с подобными и прочими глобальными угрозами также продуктивна лишь только совместно с Москвой.

Операции российских ВКС в Сирии показали, что сейчас Россия добилась восстановления своей высокоэффективной современной военной мощи. Уже несколько отличающейся в лучшую сторону от того, что видел мир во время её конфликта с Грузией в 2008 г. Частично свои новые боевые возможности вооруженные силы РФ уже продемонстрировали в период воссоединения Крыма. Эти российские реальные силовые способности вызвали шок в некоторых штабах, структурах планирования Альянса. Но нет, очевидно, никаких причин для Запада, чтобы испытывать подлинные страхи по этому поводу. Страны-члены НАТО продолжают обладать куда большими, значительными военными преимуществами.

Страны-члены Организации Североатлантического договора используют сегодня в десять раз больше средств на свои военные цели, чем Россия. На долю Соединенных Штатов приходится свыше 72% (2013 г.) суммарных военных расходов Альянса. Но и Великобритания, Франция, ФРГ совместно направляют вдвое больше на оборону, чем это делает Россия. Это данные Стокгольмского международного института проблем мира (SIPRI) и Международного института стратегических исследований в Лондоне (IISR), которые полностью совпадают. Страны-члены НАТО имеют под ружьем суммарно 3,4 млн. военнослужащих, Россия — 845 тыс. человек. Хотя руководство Альянса оказывает сильное давление на своих союзников в целях наращивания их военных бюджетов, вопреки решениям саммита НАТО в Уэльсе в 2014 г. большинство членов НАТО не собирается любой ценой добиваться роста своих военных расходов до установленного уровня 2% от ВВП. Снижение военных расходов европейских стран произошло в результате урезания военных бюджетов из-за финансово-экономического кризиса в Европе. Россия в этом плане занимает четвертое место в мире (Саудовская Аравия опередила РФ по оборонным расходам в 2015 г.), хотя общий уровень российских военных расходов относительно увеличился в 2015 г. на 7,5% до 66,4 млрд долл.

Падение цен на нефть, экономические санкции Запада, волатильность национальной валюты, последовавшие за событиями на Украине в 2014 г., жестко ударили, признаем, по российской экономике. Цены и безработица растут, зарплаты и доходы падают. Это вынудило власти резко сократить общественные, государственные расходы, включая военный бюджет. После 2011 г. при президенте В. Путине военный бюджет на цели модернизации ВС РФ постоянно увеличивался. Но в 2015 г. военные расходы в реальном выражении были сокращены на пять процентов, то же планируется сделать и в этом году. Несмотря на стабильные залпы информационной войны, ведущейся Западом против России, необходимо всё же отойти от той черты, за которой страна может оказаться международным изгоем. Если Кремль стремится к смягчению (отмене) западного санкционного режима, то без НАТО это также не получится. Необходимо на данном пути преодолеть и этот уровень, как и использовать взаимосвязи с США и Евросоюзом.

Напряженные экономические времена создали ограничения на российскую политику в отношении Украины. В нынешней обстановке президент вряд ли может рассчитывать на возобновление диалога с Западом, снятие экономических санкций при возобновлении военных операций на Украине. Хотя присоединение Крыма к РФ принципиально неприемлемо для Запада, но одновременно полуостров утрачен, как здесь широко признается, для нынешнего киевского режима. Несмотря на всю риторику официальных лиц, Украина не сможет заполучить Крым обратно мирными средствами. Но на востоке Украины возможно как замораживание конфликта на основе соблюдения нынешнего состояния прекращения огня, так и установление долгосрочных фундаментальных основ более длительного мирного решения этого кризиса. Но при любом варианте необходимо также упрочение атмосферы доверия, механизмов взаимодействия. Умудренный гуру дипломатии Генри Киссинджер — бывший советник по нацбезопасности США (1969−1975) и госсекретарь (1973−1977) — как-то сказал, что Украина не может быть форпостом одной сверхдержавы у порога другой, а этой стране лучше стать мостом между ними. Обе стороны — Запад и Россия — заблуждаются, видимо, когда оказывают жесткое давление на Украину, требуя от неё окончательного и немедленного выбора.

На Западе Организацию Североатлантического договора рассматривают в качестве исключительно миролюбивого оборонительного союза, естественно, с ясным правом для всех других государств самостоятельно решать вопрос о своем присоединении к этому альянсу. В России на НАТО смотрят, разумеется, как на агрессивный военно-политический союз (бомбардировки Югославии в 1999, война в Афганистане с 2001, операция против Ливии в 2011 и т. д.), угрожающий ей военной силой, постоянно приближающийся к её границам, служащий целям и амбициям глобальной политики США. Предпосылкой для конструктивного диалога и мира может служить, очевидно, понимание взглядов противоположной стороны. Уяснение не означает, конечно, необходимости их принятия. Сегодня НАТО осуществляет своё достаточно убедительное военное присутствие в Западной и Южной, Центральной и Восточной Европе, странах Балтии. Альянс проводит крупномасштабные военные маневры вблизи российских границ. От территорий заполярного норвежского Финнмарка до южных акваторий Черного моря эти боевые учения происходят сейчас ближе, чем НАТО позволяло себе приближаться в годы холодной войны. Не удивительно, что ВС России реализуют аналогичные мероприятия, напротив, на своей стороне континента. Но подобная боевая подготовка войск обеих сторон не способствует, по-видимому, укреплению международной стабильности.

Партнеры справились с задачей создания доверия и заложили, как известно, основы для разоружения в самые «холодные» годы холодной войны — в 1970-е. Тогда заключались договоры, началась «восточная политика» Вилли Брандта и Эгона Бара. Этот процесс политики разрядки привел к заключению Хельсинского соглашения 1975 г., которое заложило новую основу для международной безопасности и сотрудничества, способствовал увеличению стабильности в Европе. Таким образом, атомная угроза в мире была значительно снижена, фактически именно благодаря этим договорам и соглашениям мир продолжает, как мы знаем, всё ещё существовать.

Мир сегодня настоятельно нуждается в масштабных политиках, обладающих глобальным мышлением подобным, как у Вилли Брандта. Особенно это необходимо нынче, как представляется, для стран Западной Европы, которые в данный момент переживают комплексный многофакторный кризис, связанный с лавинообразным ростом задолженности Греции, затяжной экономической рецессией, наплывом внешних беженцев и мигрантов, усилением центробежных тенденций внутри ЕС, которые суммарно создают новые противоречия в Европе. Все проблемы и процессы, таким образом, связаны друг с другом. Потоки мигрантов не снизятся, видимо, до тех пор, пока ведутся войны в Сирии, Ираке, Афганистане. Но трудно представить себе, как это может произойти без того, чтобы такая держава как Россия не стала вести себя здесь более конструктивным образом.

Даже после самой сильной ссоры люди, в конце концов, начинают общаться друг с другом снова. Также как абсолютный факт — лишь количество вооружений и применение силы не может повлиять на решение всех мировых проблем.

Автор — к.и.н., завсектором ИМЭМО РАН.


* Движение «Исламское государство» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

Последние новости
Цитаты
Константин Блохин

Эксперт Центра исследования проблем безопасности РАН

Андрей Заостровцев

Экономист, научный сотрудник Санкт-Петербургского государственного экономического университета

Вячеслав Тетёкин

Политик, общественный деятель, КПРФ

Комментарии
В эфире СП-ТВ
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня