Немцы спасают Европу от главных врагов — России и США

В Берлине разрабатывают новую внешнюю политику

  
4860
На фото: министр иностранных дел Германии Хайко Маас
На фото: министр иностранных дел Германии Хайко Маас (Фото: AP/TASS)
Материал комментируют:

ЕС нужна новая восточная политика в связи с «опасным безмолвием» между Россией и США, заявил в среду, 13 июня министр иностранных дел Германии Хайко Маас, выступая в Берлине c речью о развитии Евросоюза. Он также призвал Европу сплотиться перед лицом новых внешних вызовов.

В частности, угрозой ЕС глава германской дипломатии назвал «эгоистичную политику президента США Дональда Трампа под девизом «Америка прежде всего. Вторым вызовом Европе Маас считает Россию, которая «атакует международное право и суверенитет государств».

По мнению Мааса, миропорядка, к которому все привыкли, больше нет. «Я убежден, что нам нужно проявить больше мужества. Наше малодушие питает национализм и изоляцию», — подытожил он.

Кроме того, Маас считает, что ЕС нуждается в новой восточной политике, которая «в связи с опасным безмолвием между Вашингтоном и Москвой укажет новые пути кооперации с Россией в интересах всех европейцев». По его словам, она также должна сформулировать предложения для стран Восточного партнерства, как Грузии или Украина, «которые мыслят и чувствуют также по-европейски, как и мы», — заявил министр.

Читайте по теме

Он также добавил, что новая восточная политика «должна учитывать интересы всех европейцев: стран Балтии и Польши, а также стран Запада и балансировать между интересами безопасности, экономическим сотрудничеством и сотрудничеством в культурной и научной области».

— Маас — новичок во внешней политике, но и в прежние годы своей политической карьеры, будучи министром юстиции, он отличался одновременно и антироссийской, и антиамериканской риторикой, — напоминает заместитель директора Национального института развития современной идеологии Игорь Шатров.

— Например, вскоре после избрания Дональда Трампа заявил, что флаг свободного мира больше не звездно-полосатый, а европейский. Леволиберальные мечты о ЕС как субъекте международного права, самодостаточной Европе без диктата со стороны США, но и без равноправного сотрудничества с Россией, еще кружат головы отдельных европейских политиков, к числу которых относится и Маас.

«СП»: — Возможны ли совместные действия против политики США и России? Кто готов объединяться и с кем? Как может на практике выглядеть такое «объединение»?

— Объединение, казалось бы, существует. И называется оно ЕС. Но Евросоюз оказался способен только на совместные действия против России. И то под давлением США. Способен ли он на аналогичные действия против США? А способен ли молоток сам ударить по руке? Сейчас Евросоюз не субъект, а объект мировой политики, тот самый молоток в руках США.

«СП»: — Как Россия оказалась в одном ряду с США? Что нас объединяет?

— Россия и США — это сверхдержавы. По мнению Мааса и европейских леволибералов они представляют угрозу и по определению не могут быть союзниками для Европы, потому что Европа в таком союзе будет на вторых ролях. Впрочем, это не помешало в свое время Европе шагнуть в железные объятия США, из которых сейчас она и пытается выкарабкаться.

«СП»: — По словам Мааса, миропорядка, к которому они привыкли, больше нет. Почему так произошло?

— Извините, но у Мааса" какое-то «позднее зажигание». Миропорядок начал разрушать сам Запад, то есть и Европа в том числе. Сейчас мы видим последствия процессов, запущенных еще в период распада Советского Союза, когда гегемония Запада распространилась на весь мир. Но что произошло потом? Поначалу США позволяли Европе получать свою часть бонусов от однополярности мира. А затем наступил следующий этап. Теперь Трамп утверждает, что США — единоличный властитель мира. И страны Запада для США ничем не отличаются от России и других государств. Комичность ситуации заключается в том, что американский президент заявил об этом тогда, когда мир уже перестал быть однополярным. Но эта риторика и меры экономического воздействия со стороны Штатов тем не менее беспокоят Европу, потому что ЕС и сам до сих пор живет по тем правилам однополярного мира, в котором «коллективному Западу» было позволено вместе с США диктовать условия другим странам.

«СП»: — Маас считает, что «новая политика» укажет новые пути кооперации с Россией в интересах всех европейцев. Но у всех европейцев разные интересы, как их учесть?

— Здоровый прагматизм присущ и леволибералам. «Опасным безмолвием» назвал отношения между США и Россией Маас и на этом фоне предложил задуматься о «новой восточной политике». Почему? Потому что в период, когда отношения ЕС и США переживают кризис, единственным мировым центром силы, объективно способным помочь европейским странам сохранить экономику, остается Россия. Удастся ли при этом ЕС сохранить единство, вопрос сложный.

«СП»: — По его словам, она также должна сформулировать предложения для стран Восточного партнерства, как Грузии или Украина. События 08.08.08, Майдан и гражданская война на Украине так ничему и не научили европейцев?

— Желание усидеть на всех стульях одновременно — это тоже качество леволиберального политика, который идеологическим мотивам отдает предпочтение, часто забывая о здравом смысле и печальном опыте.

— Когда вас назначают министром иностранных дел, все ваши публичные заявления, тем более по таким принципиальным вопросам, как отношения с США и Россией, становятся официальной позицией МИД, — считает политический аналитик международной мониторинговой организации CIS-EMO Станислав Бышок.

— Разумеется, когда речь идёт о Германии, по факту главной стране в Европейском союзе, позиция МИД является ещё и в какой-то степени консолидированной позицией значительной части европейских элит. Если фобическое отношение к РФ — общее место для европейской политики последних лет, то страхи в отношении Америки и её непредсказуемого, как представляется, президента — совсем новое явление, которое, на мой взгляд, не продлится долго.

«СП»: — Почему именно США и Россия названы вызовами? Что общего у этих вызовов?

— Растущие Китай и Индия находятся далеко и, в случае последней, пока не воспринимаются, как угроза. Исламский терроризм не имеет «реальной» государственной силы в виде территории, регулярной армии, современного оружия, финансовых или экономических возможностей для того, чтобы представлять серьёзный вызов Европе. США и Россия же — великие державы, тесно связанные с Европой и при желании имеющие возможность серьёзно ей навредить. Другой вопрос, что сегодняшние американо-европейские разногласия — это скорее внутрисемейная ссора, а российско-европейские — ссора между дальними родственниками.

Учитывая центробежные тенденции в ЕС, выражающиеся в ощутимом росте поддержки популистских и евроскептических политических сил, европейскому центру в лице Германии необходимо выработать стратегию сдерживания этих сил. Одна из линий защиты здесь — это попытка санкционировать «непокорные» страны путём уменьшения дотаций для Польши и Венгрии или навязывания невыгодных условий «развода» для уходящей из Евросоюза Великобритании. Другая линия — это обозначение (или, как скажут некоторые, выдумывание) внешних врагов, для противостояния которым европейским странам следует сплотиться.

Правда, здесь возникает противоречие в терминах. В контексте сплочения ЕС периодически звучит слово «суверенитет», что весьма удивительно, учитывая, что суверенитетом могут обладать нации (государства), а Европа нацией не является, поэтому неясно, какой у конгломерата различных стран может быть общий суверенитет, который они, согласно еврооптимистам, должны защищать от внешних и внутренних посягательств.

«СП»: — России нужно быть вызовом Европе? Насколько ей выгодны разногласия ЕС и США?

— Есть мнение, что России выгодны и центробежные тенденции в ЕС, и разногласия Америки и Европы. Предполагается, что в таком случае Европа оглянется на Россию, пересмотрит свою санкционную политику и станет воспринимать Москву как своего принципиального союзника. Логика красивая, но вряд ли реализуемая. Как мне представляется, при необходимости жёсткого выбора между Россией и США Европа, что бы под ней ни подразумевалось в политическом отношении, всегда выберет Америку. У двух берегов Атлантики общие культурные и цивилизационные корни, экономические, военные и, в конце концов, династические связи. Плюс не следует забывать несопоставимую разницу в бюджетах США и РФ. Кто в этой ситуации безоговорочно предпочтёт Россию?

Что же касается восприятия России как «вызова» для Европы, то исторически Москва была для Европы «конституирующим Другим», то есть территорией и культурой, отталкиваясь от которой или сравнивая себя с которой европейские нации вырабатывали собственную идентичность. Москва, разумеется, не была единственным «Другим» — был ещё и исламский мир, ещё более чуждый европейскому «Мы». В этом смысле, пытаясь как-то улучшить свой имидж в европейских глазах, следует понимать, что традиция воспринимать Россию тем или иным образом началась не с Путина и не со Сталина, здесь очень глубокие корни. Более того, даже изменения в восприятии России со стороны Европы или тех или иных европейских акторов часто были связаны не собственно с изменением политики России, а с внутриевропейскими трансформациями. Скажем, пророссийские настроения были в странах Антанты в контексте Первой Мировой войны, как, впрочем, и Второй. После Великой Французской революции часть национальной аристократии, убегая от разгула «свободы, равенства, братства», находила приют в Российской Империи, которую стали воспринимать как защитницу «старых порядков». Сегодня ряд право-консервативных сил Европы видит Россию примерно тем же — твердыней на пути «радужных» и афро-азиатских потоков. Причём то, что правым в России нравится, социал-демократам — в лице того же министра Мааса — представляется как негативные характеристики.

«СП»: — По словам Мааса, миропорядка, который мы знали и к которому привыкли, больше не существует. А что изменилось? И кто в этом виноват?

— До недавнего времени считалось, что виновата Россия, присоединившая Крым и тем самым нарушившая, как сообщает западный официоз, принцип нерушимости границ, действовавший с 1945 года. Москва указывала на многочисленные прецеденты изменения государственных границ в Европе, в том числе в текущем столетии, но это мало кого трогало. Помимо «виноватой» России теперь ещё говорят о «конце либерального миропорядка» из-за того, что США при Трампе якобы решили пустить мировые процессы на самотёк и заняться собственными делами под лозунгом «America first». Предполагается, что комбинация «ревизионистской» Москвы (и Китая) с «изоляционистским» Вашингтоном, при поддержке популистских сил в Европе, приведёт к хаосу в мировом масштабе. Возможно, это алармистские прогнозы, однако переход от однополярного мира к многополярному, о котором так много писали антиглобалисты справа и слева, так или иначе происходит. Другое дело, что нет ни одного повода считать, что такой мир будет стабильнее и устойчивее уни- или биполярного.

«СП»: — Кто-то в Европе реально готов объединяться против политики России и США? Кто? Как это может выглядеть на практике?

— Против политики России, собственно, уже объединились в 2014 году, сейчас подтверждением действенности такого объединение будет продление ещё на полгода антироссийских санкций, а также приверженность непризнанию вхождения Крыма в состав России. Среди лоббистов продолжения такой политики — Великобритания и Польша.

Читайте также

Хотя, если углубиться в историю европейской интеграции, она в принципе была в известной степени «дружбой против» СССР. Были силы, которые стремились к объединению Европы ещё и как к возможности сохранить западноевропейские страны от американской гегемонии, но «двойной независимости» Европы в итоге не получилось, а послевоенное восстановление этой части континента шло бы медленнее без плана Маршалла.

Неясно, как на практике будет выглядеть объединение, скажем, Германии и Франции «против» США. Если речь идёт о создании общеевропейской армии, которая бы дублировала НАТО, то этой идее — многие десятилетия, а воз и ныне там. Вопроса о выводе американских военных баз с территории ФРГ также никто не поднимает. В этой связи «антиамериканская дружба» может заключаться в ещё большей интеграции в рамках ЕС, но никак не в «повороте» в сторону какого-то внешнего центра силы.

Говорить о каком-то возможном «прорыве» объединённой Европы, о её «возвращении в историю» не приходится. Для этого нет ресурсов, а сама идея ещё большей интеграции континента всё менее популярна как в государствах «старой», так и «новой» Европы.

Новости политики: Стал известен полный список иностранных лидеров на открытии ЧМ-2018

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Игорь Рябов

Руководитель экспертной группы «Крымский проект», политолог

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня