«Не забудем, не простим»: Насколько страшной для Европы может быть обещанная Песковым «ответка» за Усть-Лугу?

Если страны Европейского союза реально предоставляют ВСУ воздушное пространство для попыток атаковать Россию, то соответствующие ответные меры будут обязательно предприняты. Об этом заявил официальный представитель Кремля Дмитрий Песков.

Пресс-секретарь президента отметил, что РФ проводит напряженную работу по защите своей критической инфраструктуры. И это касается не только порта Усть-Луга, но и других важных объектов.

«Безусловно, мы считаем, что если имеет место предоставление воздушного пространства для осуществления враждебной террористической деятельности против Российской Федерации, то это обяжет нас сделать соответствующий вывод и предпринять соответствующие меры», — подчеркнул Песков на фоне появления сообщений в прессе, что украинские БПЛА летели на Усть-Лугу через Прибалтику.

Интересно, какие же будут сделаны выводы по этому поводу, если информация подтвердится? Насколько жесткими могут быть ответные меры? И будут ли они являться симметричными или асимметричными?

— Песков сделал такое заявление просто потому, что, во-первых, это его прямая рабочая обязанность, — рассказал «СП» независимый эксперт по информационной безопасности и информационным войнам Игорь Николайчук.

— А, во-вторых, Кремль никак не мог проигнорировать этот момент, потому что нефтеналивной терминал Усть-Луга имеет одну специфическую особенность — и портовые мощности, и инфраструктура тут строились в основном на средства наших крупных нефтяных компаний. Каких именно, можете самостоятельно поискать в интернете, это не особый секрет.

Поэтому после атак БПЛА частный, но тем не менее государствообразующий бизнес, вероятно, вполне резонно задал вопрос нашей власти: «А в чем, собственно, дело, если мы платим в федеральный бюджет миллиардные налоги? Мы так не договаривались, нефть — это святое, где же защита наших интересов со стороны государства?»

Я могу предположить, что перед заявлением Дмитрия Пескова проходили какие-то закрытые совещания в высоких кабинетах. Может быть, даже Совет Безопасности РФ оказался задействован и прорабатывал вопрос, как подобную угрозу купировать.

Потому что бахнуть беспилотниками по какому-нибудь государственному пороховому заводу где-то под Казанью или по стратегическому военному аэродрому в районе Мурманска — это одно дело. И совсем другое — прилеты БПЛА по объектам крупного нашего бизнеса.

По порту Новороссийска тоже прилетает частенько, но большой шум поднимается именно в тот момент, когда страдают интересы именно частного бизнеса.

В-третьих, на удары по Усть-Луге надо было отреагировать не только для того, чтобы наш большой бизнес чувствовал свою защищенность, но еще и потому, что был атакован объект столичного региона. Настоящая-то столица наша политическая ведь не Москва, где просто политики имеют квартиры, а именно Питер.

А там относятся к власти очень трепетно, справедливо считая себя далеко не последней спицей в колесе российской политики. Естественно, «питерские», которые по-прежнему находятся в обойме за считанные месяцы до важных выборов, забеспокоились — пострадала их родина.

«СП»: Ну, хорошо, Песков отреагировал от имени Кремля обещанием «принять соответствующие меры». Но ведь за время СВО звучали у нас и куда более грозные заявления про «переход красных линий» и обещания «не давать спуску» за Белгород, за Брянск, за Суджу и так далее. Однако все повторялось. В этот раз, может, по-другому будет, раз уж сам Кремль был уполномочен заявить?

— Песков с точки зрения отработки инфоповода сделал все грамотно и правильно. Но тут есть ряд нюансов.

Во-первых, надо понимать, в ходе СВО цели для поражения нашими «Геранями», «Искандерами» и прочими средствами в ходе ответных ударов выбираются крайне тщательно. С пропагандистской точки зрения можно говорить очень много громких слов, можно кивать на Иран, который молодец, не сдается, отвечает на агрессию и вообще там все парализовал, не считаясь ни с чем.

Но все дело в том, что США выкупили на Украине чернозема размером со все сельскохозяйственные площади Италии. А Китай — размером со всю Бельгию. Поэтому мы вынуждены проявлять чудеса изобретательности, чтобы вместо госсобственности Украины не повредить ненароком собственность другого государства, ссориться с которым нам не с руки.

Невозможно в таких условиях применять тоталитарный разнос наподобие того, какой американцы учинили в Дрездене в самом конце Второй мировой, превратив город с помощью бомб просто в дымящуюся груду развалин.

Мы постоянно в течение нескольких лет слышим, что вот здесь взорвали склад, тут взяли опорник, там улучшили позиции. А глобального результата нет, потому что непонятно, что именно при таком способе ведения боевых действий считать окончательно победой.

Поэтому единственным способом, опять же, с пропагандистской точки зрения, как-то воодушевить народ являются, образно выражаясь, сурово нахмуренные брови и грозные обещания.

А фаза сейчас наступает, по моему мнению, очень опасная. Всем уже понятно, что пора здесь что-то менять, тем более в преддверии выборов и на фоне ухудшения экономической обстановки в стране, а геополитической — в мире. Вполне естественно, обыватели требуют решительных действий вроде нанесения ядерного удара по Парижу.

Песков, как пресс-секретарь президента, обязан все эти настроения и нюансы учитывать в своих публичных выступлениях.

Ровно так же поступает вся наша госпропаганда, делая на дипломатическом поле заявления в том духе, что Россия «не забудет, не простит, ответит надлежащим образом». Но все это по большому счету просто 328-е последнее китайское предупреждение.

«СП»: То есть ни по какой Прибалтике, ни по какой Финляндии ничего от нас в ответ не прилетит?

— Нет. Никто никаких ударов ни по какой условной Прибалтике, ни по какому ЕС делать не будет. Потому что это будет означать полноформатную войну с Европой со всеми вытекающими последствиями в виде всеобщей мобилизации и прочего. А к такому повороту событий никто в мире не готов. Поэтому и предпочитают проводить узконаправленные спецоперации. Это во-первых.

А, во-вторых, где надёжные разведданые о том, что из Европы по решению местных властей по нам летят какие-то вражеские БПЛА? Ну, кроме пропагандистского дискурса?

Может, прилетевшие по Усть-Луге БПЛА вылетели из какой-то фуры, которые бандеровцы транзитом пригнали в какую-нибудь Литву. К чему тут официально прицепиться? Ну, те пригнали, а эти проглядели, вот и все.

В-третьих, а куда и по кому наносить ответный удар из России или Белоруссии? По каким именно центрам принятия решений? Это же к международной практике никак не пришьешь.

«СП»: И что же нам с этой русофобской Европой делать?

— По моему мнению — ничего. Нам ничего не остается, кроме как предоставить обстоятельствам идти своим чередом, надеясь, что что-то случится, наконец, со слетевшим с катушек Трампом.

Остается ждать смены геополитического ветра и возвращения времени, когда мы взасос дружили с Европой, когда Елисейский дворец с Кремлем душевно беседовал чуть не сто раз на дню. А пока мы можем повторять американскую поговорку shit happens (лит. «неприятности случаются»), реагируя в публичном поле на это самое shit. Чем, собственно, Песков не без таланта и занимается.

А там, глядишь, и ветер переменится. Главное — не терять железную волю, волю к сопротивлению и волю к реагированию. По крайней мере с последним у России все в порядке.

«СП»: Но обыватели и патриотическая общественность негодуют — мол, мы тут все миндальничаем, а по нам лупят уже со всех стволов и со всех сторон, доколе это будет продолжатся.

— Да скоро, я думаю, подоспеет какое-нибудь громкое сообщение о том, что какой-нибудь жутко популярный Пупкин скандально развелся с не менее популярной женой. И все общественное внимание сразу переключится на этот сюжет, об Усть-Луге позабыв. Ну что поделать, в такое время живем.