Апокалипсис отложен до худших времен. Зачем Трамп отвел иранской цивилизации еще две недели

Апокалипсис, которого все ждали после угроз Дональда Трампа «уничтожить иранскую цивилизацию за один день», не случился. Незадолго до часа «Х», когда американские бомбардировщики B-52, как сообщалось, уже летели в сторону Ирана, президент США вдруг включил заднюю и объявил о двухнедельном перемирии.

Это решение, как он объяснил, стало результатом переговоров с «очень серьёзными людьми», а именно — премьер-министром Пакистана Шехбазом Шарифом и начальником сухопутных войск страны фельдмаршалом Асимом Муниром. Они якобы попросили воздержаться от применения силы против Ирана.

«Я соглашусь приостановить бомбардировки и атаки на Ирану на срок двух недель — при условии, что Исламская Республика согласится на полное и безопасное открытие Ормузского пролива. Это будет взаимное прекращение огня», — следует из заявления Трампа в соцсети Truth Social.

Он также подчеркнул, что Соединенные Штаты «уже достигли и превзошли все военные цели» и находятся «на очень продвинутом этапе заключения окончательного соглашения о долгосрочном мире с Ираном и мире на Ближнем Востоке». «Рабочей основой для переговоров», по словам республиканца, могут стать полученные от иранской стороны десять требований.

Напомним, Трамп установил дедлайн для Тегерана до 20:00 7 апреля (03:00 мск 8 апреля), потребовав открыть пролив, угрожая в противном случае «обрушить ад» на Иран и ввергнуть его «в каменный век». «Сегодня ночью погибнет целая цивилизация, и ее уже никогда не возродить. Я не хочу, чтобы это случилось, но, вероятно, так и будет», — написал он у себя в соцсети накануне истечения срока ультиматума.

Тегеран в ответ пообещал погрузить регион в «полную темноту» и предупредил, что, если «ситуация выйдет из-под контроля», союзники Ирана закроют Баб-эль-Мандебский пролив.

Обменявшись угрозами, США и Иран вдруг одновременно решили взять паузу. При этом каждая из сторон заявила о своей победе.

Вместе с тем, в заявлении Высшего совета национальной безопасности Исламской Республики, которое опубликовал в соцсети глава МИД Аббас Аракчи, указано, что Иран «по-прежнему держит руки на спусковом крючке» и «при малейшей ошибке со стороны врага он встретится с полной силой».

Из текста следует, что США «были вынуждены принять» все 10 пунктов требований Ирана. А именно — обязательство о ненападении; сохранение контроля Ирана над Ормузским проливом; согласие на обогащение урана; отмена всех первичных санкций; отмена всех вторичных санкций; прекращение действия всех резолюций Совета Безопасности ООН; прекращение действия всех резолюций Совета управляющих МАГАТЭ; выплата компенсации Ирану; вывод американских боевых сил из региона; прекращение войны на всех фронтах, включая войну против «Хезболлы» в Ливане.

Что касается безопасности судоходства в Ормузском проливе, Тегеран готов обеспечить её в течение двух недель, но в координации с Вооруженными силами Ирана и с учетом технических ограничений.

По информации Associated Press, Иран и Оман, в чьих территориальных водах находится пролив, намерены взимать плату за движение по нему — 2 млн долларов. Доходы Тегеран планирует пустить на восстановление инфраструктуры после американо-израильских ударов. На какие цели потратит свою долю Оман, пока неизвестно.

Первый раунд переговоров Ирана и США запланирован на 10 апреля в столице Пакистана Исламабаде. Иранскую делегацию возглавит председатель парламента Мохаммед Багер Галибаф, сообщает ISNA. Американскую — вице-президент Джей Ди Вэнс, также, по сведениям CNN, в них примут участие спецпосланник президента США Стив Уиткофф и зять Трампа Джаред Кушнер.

В общем, «на манеже» все те же американские лица. Вопрос: могут ли договориться?

Политолог Аббас Джума, например, считает, что «расслабляться рано».

По его мнению, которым он поделился в своем ТГ-канале, двухнедельная пауза может перерасти в устойчивый мир с принятием условий Тегерана. Но может быть просто передышкой, которая позволит сторонам набраться сил и продолжить избивать друг друга. И Тегеран, как он считает, будет исходить из второго варианта.

«В этой связи иранцы наверняка будут готовиться ко второму ранду и передислоцировать свои беспилотники и ракеты в более отдаленные районы страны, в которых их будет сложно обнаружить и откуда их можно будет запускать беспрерывно в течение долгого времени. Что же касается переговорной позиции Ирана, то она сегодня сильнее, чем когда-либо, так как угроза войны, которую иранцы так хотели избежать — уже разыгранная карта», — отмечает эксперт.

Оценить перспективу найти компромисс на переговорах США и Ирана «СП» попросила научного сотрудника Института международных исследований МГИМО МИД России, кандидата политических наук Ивана Лошкарева:

— На мой взгляд, далеко не факт, что переговоры в Исламабаде вообще пройдут, с учетом того, что даже в условиях перемирия заложены мины замедленного действия. Например, требования, связанные с приостановкой агрессии Израиля в Ливане, Тель-Авив публично уже отказался выполнять. Соответственно, надо еще дождаться этой встречи 10 апреля. Но если она все-таки случится, не думаю, что компромисса удастся добиться. По нескольким причинам.

«СП»: Поясните.

— Первая причина заключается в том, что позиции по ядерной программе Ирана до сих пор противоположные. Вашингтон настаивает на прекращении программы, Иран настаивает на том, что у него есть суверенное право на мирную ядерную энергетику.

Второй момент — совершенно очевидно, что стороны не имеют никаких точек соприкосновения по поводу перспектив безопасности в регионе. Иран упорно добивается вывода американских сил и баз, США никогда на это не пойдут. И, более того, монархии Залива в этом не заинтересованы тоже, потому что для них эти базы, скажем так, дополнительные механизмы безопасности.

И, наконец, третье противоречие, которое тоже никуда не делось и которое не удастся разрешить в ближайшее время, это перспективы судоходства в Ормузском проливе. Сейчас Иран вроде бы собрался вместе с Оманом взимать пошлину за проход — два миллиона долларов с каждого судна. Но это какая-то не совсем обычная практика, поскольку мирное судоходство обычно не облагается какими-то сборами. А главное, для Соединенных Штатов это условие неприемлемо, так как у Ирана появляется возможность влиять на цену нефти. То есть, если, допустим, сумму сбора поднять, то, соответственно, это сразу будет заложено в стоимость нефти, а также её производных — бензина, мазута и т. д.

Неприемлемо и то, что в этой конструкции контроля над проливом не участвуют союзники США в регионе — та же Саудовская Аравия, ОАЭ и проч. Так что на перспективу это будет реальным пунктом разногласий. Потому что одно дело, действительно, свободное судоходство через Ормуз, а другое — такое ограниченное, финансово обременительное. И эта модель, скажем так, еще далеко не отработана в международных делах.

Но даже если по этим пунктам стороны смогут отложить свои противоречия, договориться, допустим, о прекращении боевых действий и взаимных атак (т.е. ударов США по объектам в Иране, и, соответственно, Ирана по объектам, в регионе, в том числе американским), остается очень важный вопрос, а что делать Израилю.

«СП»: А где, действительно, в этой ситуации место Израиля? Потому что такое ощущение, что у него своя игра и свои планы.

— У Израиля абсолютно своя игра. Дело в том, что именно Израиль втянул Трампа в этот конфликт, обещал быструю победу. Так что, если Штаты выходят из игры, еврейское государство просто остается один на один с проблемами в Ливане, на юге Сирии, в Секторе Газа. И кто его будет прикрывать от каких-то возможных последствий, совершенно непонятно. Мало того, если у Ирана сохранится «Ось сопротивления» в виде «Хезболлы», ХАМАСа, Хашд аш-Шааби в Ираке, то тогда получится, что он сможет мстить Израилю.

Израилю, конечно, это не нужно. Поэтому, думаю, даже если удастся отложить все противоречия, связанные с требованиями Тегерана, останется фактор Израиля, который будет наоборот снова втягивать США в этот конфликт. Снова подталкивать американцев к эскалации, жёсткой риторике, ударам по ядерным объектам и операциям, связанным с ликвидацией высокопоставленных иранских руководителей. И это, на мой взгляд, не позволит договориться.

Единственное, что здесь может сыграть на руку переговорному процессу — так называемый эффект Така. Трамп всегда сдает назад. И, может быть, под действием приближающихся выборов в Конгресс, под давлением фермеров, которые очень недовольны ценой на удобрения, он как-то попытается выйти из этого конфликта. Потому что содержательных поводов остановить эту войну сейчас просто не просматривается.