«Бензиновый импорт приносит стране убытки...»
Сергей Аксенов
Напав на Иран, президент Трамп открыл ящик Пандоры. Повод долго не искал — Иран должен прекратить свою ядерную программу, перестать изготавливать баллистические ракеты и поддерживать другие страны и организации.
Иран окружён носителями ядерного оружия по всему периметру своих границ. На западе — 6-й американский флот и Израиль; на юге, в Индийском океане, — тоже американские авианосцы и подводные лодки с ядерным оружием; на востоке — ядерные державы Индия и Пакистан; ну а на севере через Каспийское море — Россия.
Риторический вопрос — и почему Иран тоже не может обзавестись ядерным оружием? Без финансовой и технической поддержки США и Франции Израиль никогда не сумел бы создать своё ядерное оружие. Так что Трамп мог бы и помолчать в тряпочку.
То, что Иран при нападении использует свою козырную карту — Ормузский пролив, уже лет семь подробно описывали многие авторы, включая меня.
«Папа просил передать»: С чем посланник Ватикана приехал Москву
Святой Престол хочет стать посредником в украинском урегулировании. По силам ли ему это?
Да, Иран, перекрыв пролив, нарушил международное право. Но это — мелочь по сравнению с агрессией США. Как, например, на водителя напали вооружённые бандиты, и он нарушил ПДД.
Тем не менее, взятие Ираном под контроль Ормузского пролива создаёт опасный прецедент. И уже можно констатировать — США намерены взять под жесткий контроль Малаккский пролив. И это будет «Ормуз на максималках».
В марте 2026 года США заключили соглашение с Индонезией, в рамках которого американские ВВС получили доступ к воздушному пространству страны, что значительно усилило американские возможности контроля над Малаккским проливом.
Который, на минуточку, является самым загруженным в мире нефтяным маршрутом, по которому проходит до 30% морских перевозок сырой нефти в сторону рынков Азиатско-Тихоокеанского региона.
Однако после этого Джакарта сделала реверанс Китаю, подписав с ним соглашение о расширении военных связей.
Что такое Малаккский пролив? Это 937-километровый путь между Малайским полуостровом и индонезийским островом Суматра. Ширина пролива от 250 до 2,8 км. Наибольшая глубина — 115 метров.
Каждые шесть минут в пролив входит судно. Более 90 тысяч проходов в год. Через это игольное ушко проходит 80% импорта Китая, в первую очередь нефтяного.
А есть ли альтернатива этому маршруту?
Зондский пролив между островами Ява и Суматра в северо-восточной части имеет ширину около 24 км и глубину всего около 20 метров, что создаёт проблему крупным судам. Кроме того судоходство здесь затрудняют и другие факторы: сильные приливные течения, песчаные отмели и наличие искусственных препятствий, таких как нефтяные платформы у побережья Явы. Особо крупные суда (например, танкеры) вынуждены делать крюк в обход островов.
Обход вокруг Австралии? Это лишние две недели рейса.
Есть ещё один путь — через Тиморское и Арафурское моря вокруг острова Новая Гвинея. Это лишние 4−5 дней пути.
Американские и китайские военные аналитики рассматривают Малаккский пролив как потенциальную зону «операции по блокированию».
Бывший капитан ВМС Австралии Шон Эндрюс заявил, что в гипотетическом конфликте США могли бы ограничивать проход отдельных судов через пролив: «В любой потенциальной кризисной ситуации Малакка будет своего рода контрольно-пропускным пунктом».
Что будет с экономикой КНР в случае блокады судов, идущих из Индийского океана в порты Китая? Ряд экспертов считают, что она рухнет в течение двух недель. Я придерживаюсь иного мнения. В 2025 году в Китае среднесуточная добыча нефти составляла 4,2 млн. баррелей. Для сравнения, в России — 10,4 млн., а в Саудовской Аравии 9−10 млн. баррелей в сутки.
Между прочим, Китай до 1993 года был экспортёром нефти и лишь потом из-за роста экономики стал импортёром. Причём с 2015 года КНР — крупнейший в мире импортёр нефти.
В 2024 году нефтепровод Атасу — Алашанькоу прокачал из Казахстана в Китай 11,2 млн. тонн нефти, из которых только 1,2 млн. тонн добыты в Казахстане.
За первые 7 месяцев 2026 года Россия поставила Китаю 66,4 млн. тонн нефти, что на 14,9% больше, чем за тот же период 2025 года.
С 2015 года функционирует 771-километровый нефтепровод через Мьянму (Бирма), по которому ближневосточная нефть идёт в Китай. Его производительность — 240 тыс. баррелей в сутки.
Кроме этого, нефть в Китай можно доставлять и иными морскими путями: по Севморпути, а также вокруг Новой Гвинеи и Австралии. Наконец, Китай может использовать танкеры «теневого флота», проходящие через Малаккский пролив. Таким образом, серьёзные проблемы у китайцев будут, но без нефти они не останутся.
А может ли быть силовой ответ Китая? Нападение на американские корабли в Малаккском проливе с вероятностью 95% приведёт к войне. А вот ответная блокада Тайваня и постановка мин в Малаккском проливе — это ещё не повод к войне, а лишь зеркальный ответ на блокаду Малаккского пролива.
Превентивный сокрушительный удар: Иран готовит свою наземную операцию
ISW: Американские базы в Кувейте будут молниеносно атакованы спецназом КСИР и повстанцами
Вспомним, как США в 1962 году установили блокаду Кубы, а в 2025 году — Венесуэлы. А за 63-летний промежуток между оными событиями США устанавливали блокаду ещё раз десять.
В мае 1972 года США с самолётов поставили 11 тысяч мин на подходах к вьетнамскому порту Хайфон. Причём все мины приходили в боевое положение с задержкой на 72 часа, дабы позволить нейтральным судам выйти из порта.
Замечу, что постановка мин у Хайфона не только не привела к мировой войне, но и не особенно сильно отразилась на отношениях США с СССР и КНР.
Аналогично КНР может поставить в Малаккском проливе мины с задержкой от трёх до семи дней, чтобы тоже дать возможность всем желающим покинуть пролив.
По оценке западных экспертов Китай располагает примерно 11 тысячами мин. Их можно ставить не только с самолётов, но и с подводных лодок, которые могут выпускать торпеды, доставляющие донные мины на расстояние 50 и более километров от места пуска.
А сейчас появилось новое идеальное средство постановки морских мин — БПЛА, надводные и подводные дроны. Большая номенклатура этих изделий была показана 3 сентября 2025 года на параде в Пекине.