Склока в Будапеште: Мадьяр напрягся — вдруг Орбан выведет народ на баррикады?

Премьер-министр Венгрии Петер Мадьяр обвинил экс-главу правительства Виктора Орбана в подготовке государственного переворота.

«Сегодня Виктор Орбан со смехом говорил о вооруженном восстании и насильственном изменении конституционного порядка. Это одно из самых тяжких преступлений против государства», — написал он в соцсети.

Мадьяр напомнил Орбану об уголовной ответственности и привел конкретные статьи венгерского уголовного кодекса. Согласно им, за насильственное изменение конституционного порядка предусмотрено наказание в виде лишения свободы вплоть до пожизненного заключения.

Ранее Орбан объявил о начале активного сопротивления правительству Мадьяра, подчеркнув, что период снисходительного отношения к оппонентам закончился. Но что он имел в виду? Какое реально «активное сопротивление» бывший премьер может оказать новым властям. И тянет ли это на переворот?

Читайте также

Брать Париж — есть у русских такая традиция, и на Западе это помнят В НАТО надеются сдержать орды «большевистских казаков», не допустив их на берега Сены

— Вся эта история с якобы готовящимся госпереворотом —- не более чем грубый политический фарс, разыгранный новыми властями Венгрии с единственной целью: навсегда выдавить с политической сцены Орбана как опасного и системного конкурента, — убежден политолог, профессор кафедры философии и социологии Академии труда и социальных отношений Павел Фельдман.

— Обвинения в подготовке вооруженного мятежа нужно рассматривать как политическую ловушку и попытку криминализировать саму мысль о сопротивлении. Мадьяр ухватился за неосторожную фразу Орбана о вооруженном восстании, при этом проигнорировав контекст.

В устах бывшего премьера Венгрии слова о мятеже звучали как шутка, а не как приказ к штурму парламента.

Мадьяр же мгновенно перевел это в плоскость уголовного кодекса, пригрозив пожизненным сроком. Скорее всего, Орбан имел в виду начало жесткой политической борьбы с новым кабинетом министров.

До этого сопротивление носило пассивно-критический характер, теперь партия «Фидес» переходит к мобилизации своих сторонников. Но называть это «переворотом» — значит намеренно подменять понятия, чтобы получить юридическое основание для устранения лидера оппозиции.

«СП»: Орбан представляет реальную опасность для власти?

— Орбан все еще обладает колоссальным влиянием. Его сила заключается не в должности, а в популярности партии «Фидес» и способности выводить людей на улицы. Так, в октябре 2025 года его «Марш мира» собрал сотни тысяч человек по всей стране.

Даже после поражения Орбана на выборах правоконсервативное электоральное ядро никуда не делось. Его сторонники могут организовать массовые, но мирные акции прямого действия.

Однако на вооруженный мятеж они не пойдут: венгерское общество расколото, но не готово к гражданской войне. Реальные действия — это давление на институты власти через протестный уличный ресурс и подготовка к следующим выборам.

«СП»: Какие лозунги они могут использовать?

— Лозунги Орбана будут строиться на защите суверенитета и антивоенной повестке. Его главный козырь — обвинение Мадьяра в том, что тот хочет превратить Венгрию в колонию Брюсселя и передать иностранцам контроль над экономикой.

Слабое место Мадьяра — это его же радикализм. Он обвиняет Орбана в авторитаризме, но сам действует поспешно, продавливая конституционные поправки без общественных консультаций, за что его уже критикуют как внутри страны, так и на Западе.

Это дает Орбану идеальный контраргумент: «Вот оно, истинное лицо новых властей — тирания под маской реформ».

«СП»: Нам как быть? Стоит ли дружить с Мадьяром? А вдруг Орбан вернется?

— Здесь ситуация сложнее, чем кажется. Мадьяр официально признал Россию «угрозой» и взял курс на сближение с ЕС. Это означает, что реальных контактов с партией Мадьяра у России нет. Новый премьер сознательно дистанцируется. В этих условиях весьма разумно сохранять каналы взаимодействия с Орбаном. Его политическая карьера может в любой момент снова пойти в гору.

Ставка на возвращение к власти Орбана или его преемника из партии «Фидес» — это долгосрочная инвестиция в будущее, а не в текущую конъюнктуру. Ждать его возвращения стоит, но не пассивно. Россия может общаться с венгерским обществом напрямую, без посредников в лице Мадьяра и его проевропейского правительства.

Люди должны чувствовать, что в случае возвращения Орбана к власти возобновление энергетического сотрудничества Будапешта с Москвой может быстро улучшить качество жизни населения.

— Это обычное словоблудие, — считает доцент Финансового университета при Правительстве России Вадим Трухачев.

— На которое больше внимание обратили в России, учитывая значимость устного слова для нашей культуры. Для европейцев (и для венгров, в частности) слова значат куда меньше. Сказал — и быстро забыл.

«СП»: А что Орбан имеет в виду под «активного сопротивлением»? А до этого оно было неактивным? Можно ли считать «активное сопротивление» переворотом?

— Этот вопрос надо задать непосредственно ему. Вероятно, он имел в виду массовые акции протеста и саботаж решений нынешнего руководства Венгрии на местном уровне. В Европе местное самоуправление имеет большие полномочия, и порой может не выполнять решения общенациональной власти

«СП»: Орбан все еще обладает какой-то силой в Венгрии? У него много сторонников?

— Выборы показали, что за него проголосовали более трети избирателей. Орбан всё ещё популярен в глубинке. Хотя большинство венгров лично от него за долгие годы его правления устали.

Читайте также

«Это революция, мы берем Бастилию!» Францию захлестнули погромы — грабят бутики, жгут мэрии. Макрон укрылся в бункере Пятая республика неожиданно для себя столкнулась с яростным бунтом

«СП»: Есть слабые места политики Мадьяра, на которые можно давить? Чем сегодня недовольны венгры, и может ли Орбан предложить альтернативу?

— Пока всё, что можно использовать — это прогибы под Брюссель и разрыв контрактов с Россией.

Однако по принципиальным вопросам миграции и поддержки венгров в Закарпатье Мадьяр всё же не прогнулся. А запроса на широкие связи с Россией у венгров, к сожалению, нет. Страна совсем не русофильская.

«СП»: А какие наши интересы не противоречат политике Мадьяра? Что ждать с ситуации с той же АЭС «Пакш», какие еще проекты можно там сохранить или даже что-то новое получить?

— От расширения «Пакша» Венгрия откажется. Росатом сможет лишь эксплуатировать старые энергоблоки. Никаких новых проектов там Россия не получит, и почти ничего не сохранит. Наш интерес — долгосрочное партнёрство в энергетике, но его, к сожалению, придётся коренным образом пересмотреть из-за политических рисков.

Нашим интересам явно не противоречат нежелание Мадьяра вооружать Украину. Да и споры с ЕС по теме миграции косвенно играют нам на руку, подрывая единство внутри Евросоюза. Но для сохранения близкого партнёрства этого мало.