История

Трагедия черноморских партизан: Бойцы сходили с ума и ели друг друга

О событиях ноября 1941 года под Одессой

  
33972
Партизанские отряды
Партизанские отряды (Фото: smolbattle.ru)

В середине ноября 1941 года к одесским катакомбам были подтянуты силы оккупационной полиции, которая получила агентурные данные о том, что под землей находятся бойцы партизанского отряда под командованием Александра Солдатенко. Однако, командир предусмотрительно выставил при входе в подземелье часовых, которые и предупредили товарищей о надвигающейся опасности. В результате устроенной партизанами засады, атака полицаев была отбита.

Заживо замурованные

Потеряв несколько служивших в полиции вражеских приспешников убитыми и ранеными, непрошеные гости убрались восвояси. Румынские оккупационные власти решили не искушать судьбу и распорядились замуровать входы в катакомбы. Таким образом, партизанский отряд остался отрезанным от внешнего мира: без связи с одесским подпольем, без возможности вылазок и осуществления боевых операций. И если оружия и боеприпасов у группы бойцов еще хватало, то вот с продовольствием были большие проблемы…

Более 75 лет назад руководитель румынской «Сигуранцы» (секретной спецслужбы) Еуджен Кристеску направил руководству своей страны доклад на нескольких страницах о трагической участи, постигшей один из советских партизанских отрядов, сражавшийся против оккупантов и укрывшийся в одесских катакомбах. Доклад этот оказался в массиве других документов, захваченных при взятии Красной Армией Бухареста в конце августа 1944 года. Он долгое время находился на хранении в фондах КГБ УССР, а затем — в Отраслевом Государственном архиве Службы безопасности Украины (ОГА СБУ) и Государственном архиве Одесской области. А не так давно документы были рассекречены и увидели свет.

Читайте также

Несмотря на оперативное создание в июле 1941 года Приморской армии и отчаянное сопротивление немецко-румынским захватчикам, последним удалось прорвать в ходе наступления оборону РККА на Днестре и отрезать обороняющихся от основных сил Южного фронта. В условиях создавшегося угрожающего положения в Одессе и ее пригородах был создан ряд партизанских отрядов и групп, призванных бороться с врагами в тылу противника. Правда, поспешность, с которой создавались и снабжались эти формирования, вышла боком самим народным мстителям.

Заблаговременно не была отработана координация действий партизанских отрядов и не отлажена их связь с командованием и подпольным горкомом. Так, группа Солдатенко уже после начала оккупации Одессы трижды пыталась выйти на участников подполья. Но разведчику отряда Леониду Черней так и не удалось встретиться со связной. А после стычки с полицаями партизаны и вовсе остались заживо замурованными в подземных лабиринтах. Катастрофическим оказалось и положение со снабжением.

«Ну, съели, так съели»

Позже командир одного из партизанских отрядов Иван Сметанин вспоминал, что запас продовольствия для оставшихся в румынском тылу групп был рассчитан всего на 3−4 месяца. Однако, сам процесс подготовки схронов с продуктами производился совершенно бессистемно и без учета условий дальнейшего хранения. Продовольствие складывалось в сырые, не просушенные и не подготовленные заранее тайники. Как результат — большое количество продуктов питания со временем покрылось плесенью или попросту сгнило.

Более того, продолжает Иван Корнеевич, отрицательно сказались небрежные и необдуманные действия тех, кто участвовал в закладке продовольственных баз. Это приводило зачастую к тому, что сами люди потом не могли определить местонахождение этих ям с продуктами, так как во время подготовки схронов употребляли спиртное.

Но самым недопустимым, по мнению Сметанина, было то, что даже когда запасы продовольствия подходили к концу, продукты в отрядах расходовались без учета экономии — как бог на душу положит. В результате, к марту партизаны испытывали уже настоящий голод, все чаще погибая от истощения. И такая ситуация сложилась по всему черноморскому побережью: в Одессе, Севастополе, Симферополе, Алуште…

Тот же Иван Сметанин, которого вскоре назначили начальником Центрального штаба партизанского движения в Крыму, сообщал в своем докладе о том, что уже в конце весны с мест стали поступать тревожные сообщения о каннибализме. Такие факты, например, были зафиксированы в отрядах товарищей Макарова, М. Зинченко и того же Александра Солдатенко. В некоторых случаях за подобное поведение бойцов просто расстреливали. Однако, со временем случаи людоедства приобрели неконтролируемый характер и в них порой участвовали даже командиры.

Так, уже отстраненный от командования севастопольским отрядом Зинченко много позже рассказывал секретарю Крымского обкома партии В. Булатову о том, что во время очередной вылазки его бойцы направились к каким-то развалинам. Сам командир остался дожидаться их неподалеку. Когда партизаны вернулись, то принесли с собой, как они выразились, «свинину». Правда, мясо было таким, что уже расползалось. Тем не менее, его отварили и съели.

Настроение у Зинченко поднялось, после чего адъютант командира Гусаров признался ему, что все они употребили в пищу мясо партизана, которого фашисты, видимо, поймали на пороге собственного дома и расстреляли, а дом сожгли. Вот в этих-то развалинах бойцы и нашли тело своего товарища, отрезав от него куски мяса. «Ну, что ж, съели, так съели, — ответил на это, по его собственным словам, Зинченко. — Значит, лучше будем мстить».

Голодные страсти

В своих дневниковых записях председатель Алуштинского горисполкома Н. Лунин рисует неприглядную картину, открывшуюся подпольщику во время его посещения 30 мая 1942 года одного из партизанских отрядов: «Когда прибыл в лагерь, узнал страшную весть. Мищенко и Варваров были задержаны во время людоедства. Какое страшное человеческое падение…»

Месяцем раньше в каннибализме был обвинен партизан 3-го Симферопольского отряда Бурцев. Однако, командование решило замять этот случай, не придав его огласке, а с самим бойцом провели воспитательную беседу. Но через некоторое время Бурцев подбил на подобный поступок уже двух сослуживцев Семикина и Ковтуна. И хотя сами партизаны отнеслись к поступку доведенных голодом до такого состояния боевых товарищей с пониманием (с их стороны в адрес бойцов не возникло никаких упреков), на этот раз все трое были приговорены командованием к расстрелу: правда, условно.

Если даже на поверхности с партизанами случалось такое, то что уж говорить о бойцах, оказавшихся в полной изоляции под землей. В одесских катакомбах вообще бушевали настоящие страсти. Когда группа Солдатенко пресекла поползновение румын проникнуть в их казематы, оккупанты предложили народным мстителям сдаться. На что командир ответил отказом, а подчиненным заявил, что если кто-то попытается сбежать, лично расстреляет изменников.

Но шло время, и у партизан кончились еда и вода. Подчиненные стали роптать, появились пораженческие настроения — об этом доподлинно рассказали потом на допросах в «Сигуранце» оставшиеся в живых бойцы. Трудно сказать, собирались ли становиться предателями Еременко и Бялик (а также жена последнего — Евгения). Может быть, их недовольство сложившимся положением стало известно командиру. И друзей постигла печальная участь: за паникерство Солдатенко лично привел приговор в исполнение в отношении всех троих. Затем трупы погибших употребили по назначению.

В каменном мешке

Забегая вперед, можно отметить такой факт. Уже в 1960−70-х годах по всей территории СССР разворачивались секретные ракетные точки, на которых под землей несли вахту (а фактически постоянно жили там) операторы, находившиеся на боевом дежурстве и следившие за состоянием ударных ракетных комплексов. Именно в те годы ученые провели ряд исследований относительно длительного пребывания человека под землей. В результате, выяснилось, что нахождение в подземном пространстве отрицательно влияет на психику и физическое состояние людей. Были случаи, когда солдаты или офицеры просто сходили с ума.

Читайте также

По всей вероятности, именно такие метаморфозы происходили с отрезанными от внешнего мира партизанами, месяцами не выходившими на поверхность и страдавшими от жуткого голода. Испытывая тревогу за собственную судьбу и доведенные до состояния крайнего истощения, из катакомб с трудом выбрались четверо бойцов: Иван Мельников, Леонтий Буряк, Леонид Черней и Быстрицкий. Но партизаны вовсе не собирались сдаваться и долгое время скрывались от врага, пока не были арестованы по доносу одного из местных жителей.

История партизанского движения Крыма и черноморского побережья изобилует множеством примеров героизма. Против оккупантов воевали все — от мала до велика (достаточно вспомнить имя пионера-героя Володи Дубинина — одного из многих). И каждый из них сражался, как мог. Заслуживают ли они благодарной памяти потомков? Безусловно! Ведь воевали они не за награды и почет, а за самое дорогое и ценное для каждого из нас — за свою землю, на которой мы сейчас живем, и за наши с вами жизни. Но всегда ли мы сегодня по достоинству ценим подвиги наших дедов?

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Эдуард Лимонов

Писатель, политик

Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня