Секретная операция по взятию Босфора сорвалась в последний момент

В последние десятилетия XIX века русская армия вдруг озаботилась приобретением тяжелых осадных орудий. Но зачем они понадобились?

9-дюймовая (серьезный калибр, без малого 230 мм) лёгкая мортира представляла собой очень интересную в инженерном плане систему, но являлась весьма неэффективным орудием как для осадной, так и для крепостной артиллерии. Её ахиллесовой пятой была малая дальность стрельбы, всего 2900−3000 м. При осаде нашей крепости противник мог расположить свои полевые батареи на расстоянии четырёх и более километров и безнаказанно расстреливать 9-дюймовые мортиры.

В осадной артиллерии от 9-дюймовой лёгкой мортиры было тоже мало проку, так как она являлась полустационарной системой, и её установка под огнём неприятеля на расстоянии 2−2,5 км от крепостных батарей была более чем рискованным делом.

Первые двадцать 9-дюймовых мортир были изготовлены в 1891—1895 годах на Обуховском сталелитейном заводе и направлены в Особый запас в Одессе.

В 1894 году Пермскому заводу было заказано 12 мортир для Первого осадного парка. В состав парка эти 12 мортир прибыли в 1896 году. В первой половине 1911 года 12 мортир из Первого парка были сданы на склад в Двинске.

Под рамный осадный лафет 9-дюймовой легкой мортиры приняты две платформы: с обстрелом в 30° и в 180°.

Для подачи снарядов на лафете был установлен кран, с помощью которого снаряды подавались на съёмный лоток, установленный на казенной части орудия. Затем снаряд с лотка вручную досылался в камору ствола.

Для перехода в походное положение поворотную раму вместе со станком и орудием поднимали домкратами, надевали на походную ось походные колёса, а раму надевали на шкворень осадного передка.

Обычно для возки 9-дюймовой лёгкой мортиры запрягали 10 лошадей, с помощью которых система могла преодолевать подъёмы и спуски до 5,5°.

Штатный снаряд к 9-дюймовой лёгкой мортире был один — стальная пироксилиновая бомба с головным взрывателем 2 ГМ. Вес бомбы — 139,2 кг, длина — 4,5 клб. Бомба снаряжена от 16,2 до 30,5 кг пироксилина.

Эту мортиру ругали и старые военспецы, и советские артиллеристы, поскольку практически никто не знал тайну её происхождения. На самом же деле 9-дюймовая лёгкая мортира проектировалась как береговая система для борьбы с британскими броненосцами.

Позвольте, может возмутиться грамотный читатель, да какой же броненосец будет подходить к берегу на дистанцию 3 км? Он запросто может вести огонь, скажем, с 10 км. Да и для мортир навесная стрельба по маневрирующим морским целям — занятие довольно бесперспективное.

Всё правильно! Но 9-дюймовая лёгкая мортира должна была стрелять по броненосцам там, где они не могли уйти из-под огня и почти не могли маневрировать. Такое место было одно — Босфор.

С 1879 года по 1904 год на подготовку операции по захвату Босфора были затрачены огромные средства. Был создан так же «особый артиллерийский запас» в Одессе. В течение 72-х часов после начала операции эти орудия должны были быть доставлены на берега Босфора в составе первого эшелона десанта. Срок 72 часа был взят не с потолка. За это время по расчётам наших адмиралов 12−16 мощных британских броненосцев могли дойти со своей базы на Мальте до Мраморного моря.

Длина пролива Босфор по фарватеру — около 30 км, наибольшая ширина — 3,7 км, а наименьшая — 750 м. Берега пролива высокие — 20−25 м, крутые (до 25°) и извилистые. Английские броненосцы не смогли бы поразить мортирные батареи, укрытые за крутыми берегами. Мощные корабельные орудия имели хорошую баллистику, но угол возвышения их не превышал 15−20°. Соответственно, броненосцы имели толстую вертикальную броню и тонкую палубную, рассчитанную на рикошет под малым углом падения, а не на навесную стрельбу. 140−160-килограммовые 9-дюймовые фугасные снаряды легко пробивали тонкую броню палуб, и для вывода броненосца из строя хватило бы одного-двух прямых попаданий.

Разумеется, мортиры должны были действовать не одни. С берега прямой наводкой должны были стрелять 152-мм пушки Кане, выбрасывая 6−7 снарядов в минуту. Пролив должны были перегородить три ряда мин. В атаку пошли бы малые миноносцы, и, наконец из Чёрного моря в Босфор вошли бы 5−6 русских броненосцев.

Гидрологи восхищаются научными трудами капитана 2 ранга С.О. Макарова, который на посольском судне «Тамань» исследовал течение в Босфоре. А любители живописи — картинами И.К. Айвазовского «Лунная ночь на Босфоре», «Вид Константинополя и Босфора» и т. д., всего около 30 картин.

Султан Абдул-Азиз наградил художника одним из высших орденов империи — «Османие» 2-й степени.

А на самом деле Макаров и Айвазовский вели глубокую разведку Босфора для проведения десантной операции. Айвазовский тщательно изучал берега и укрепления, а Макаров — глубины, мели, течения и т. д.

В декабре 1897 года все было готово к началу вторжения. Двадцать пять тяжёлых 9-дюймовых мортир и двадцать 9-дюймовых лёгких мортир особого запаса были готовы к погрузке на транспорты. Но буквально за несколько часов до начала операция была отменена. Министр финансов С.Ю. Витте собрал дядей молодого императора, и они вместе надавили на Николая II, который своим неразумием мог начать общеевропейскую войну.

Таким образом, 9-дюймовые лёгкие мортиры оказались уникальными орудиями в нашей артиллерии, спроектированными лишь для одной боевой операции.

Тем не менее, приказом по артиллерии № 177 от 11 декабря 1892 года 9-дюймовая лёгкая мортира со снарядами была принята на вооружение осадной и крепостной артиллерии. Зачем это было сделано — сейчас можно только гадать. То ли за неимением иных 9-дюймовых мортир в осадной артиллерии, то ли для маскировки. В самом деле — испытаны мощные мортиры, запущены в серийное производство, и вдруг уходят в никуда… Ведь подготовка к Босфорской операции была сверхсекретной. Даже во Всеподданнейших отчётах к царю было написано коротко и неясно: «Особый запас», и никаких расшифровок, для чего нужен и т. д.

Итак, 9-дюймовые лёгкие мортиры так и не сделали ни одного выстрела по неприятелю. А в 1920-х годах по приказу Тухачевского уцелевшие лёгкие мортиры были сданы на лом.

А жаль! Они бы украсили любой военный музей и были бы великолепным памятником бездарным политикам и генералам.