«Венерическая болезнь Роскомоса»: Пока все делят Луну — мы вспомнили о «стране багровых туч"*

В 2026 году Роскосмос начнёт эскизное проектирование межпланетной миссии «Венера-Д». Это следует из планов Национального проекта «Развитие космической деятельности Российской Федерации до 2036 года», а факт подготовки эскиза подтвердил директор Института космических исследований РАН академик Анатолий Петрукович.

— «Венера-Д» — миссия, где будет все: орбитальный аппарат, посадочный модуль, аэростат, — сообщил академик. — Наш институт (ИКИ РАН, — «СП») отвечает за научную аппаратуру. Предприятия Роскосмоса, которые отвечают за технику, должны предоставить обоснование, что это все достижимо, в какие сроки и за какие средства.

Мы должны доказать, что долетим до Венеры, сядем и измерим на ней всё, что хотим измерить. Дата запуска будет уточнена по завершении эскизного проекта. Но точно в пределах текущего периода планирования — не позднее 2036 года.

Как известно, температура на поверхности Венеры приближается к + 500 градусам, атмосферное давление в 92 раза превышает земное, а сама атмосфера состоит из кислот.

В такой среде спускаемые аппараты долго не живут. Максимальной продолжительности работы на поверхности планеты в 1982 году добилась советская «Венера-13». Махина весом 2015 кг передавала сигнал 127 минут, после чего связь прервалась.

США тоже пытались исследовать «планету любви», совершив сразу 5 миссий в 1978 году, но единственный из американских спускаемых аппаратов, благополучно опустившийся на поверхность Венеры, проработал лишь 68 минут после посадки.

После этого американцы утратили интерес к планете, а Советский Союз продолжал пуски до 1985 года. В последних двух миссиях была сделана ставка уже не на посадку, а на аэростатные зонды «Вега-1» и «Вега-2», которые работали в атмосфере Венеры на высоте 50—55 км в течение 46 часов каждый.

И вот Роскосмос решил вернуться на Венеру. Предполагается, что спускаемый аппарат миссии «Венера-Д» (в литере Д зашифровано слово «долговременная», — «СП») сможет просуществовать на поверхности планеты около 12 часов.

План амбициозный. Тем более, что на венерианском направлении Россия сейчас — монополист. Более Венерой никто не интересуется, все лидеры мировой космонавтики готовятся делить Луну и строить обитаемые лаборатории на естественном спутнике Земли.

С чем связан внезапно вспыхнувший интерес Роскосмоса к Венере? На этот вопрос «Свободной Прессы» ответила эксперт по аэрокосмическому бизнесу и праву, автор ТГ-канала Yuri’s Night Анастасия Медведева:

«СП»: Анастасия, все на Луну (с прицелом на Марс), а мы — на Венеру. С чем связан такой выбор космического маршрута для России?

— Трудно сказать, почему мы выбрали не Марс, а Венеру. Это может показаться нелогичным, однако историческая логика всё-таки есть. Наша страна, как последователь Советского Союза, является космической державой, которая провела больше исследований Венеры, чем все остальные в мире.

Исторически так разделилось, что США летали на Марс, и у них было больше достижений там, а у нас были успехи на Венере.

Но сейчас Венера «входит в моду» не только у нас: туда в ближайшее десятилетие собираются, помимо России и США, послать свои аппараты ещё и Китай, Индия, ОАЭ, Европейские страны.

«СП»: А что там делать?

— Наверняка наши учёные найдут, что там делать. Программа исследований Венеры прописана ещё с прошлого века (и продолжалась практически до конца СССР, когда остальные межпланетные проекты уже были закрыты, — «СП»).

Наверное, Марс понятнее, но нашим учёным и инженерам Венера ближе, поэтому они и собираются вернуться. Венера — более «понятная» планета для нас, а сегодня нашим ученым и инженерам нужна победа — миссия, которая принесет уверенность.

Уверенность в том, что мы можем снова долететь до Венеры, будет означать, что мы можем и дальше.

Целей на этой планете может быть много: от продолжения исследования атмосферы и ионосферы Венеры, до разработки новых материалов, например, теплозащитных покрытий для космических аппаратов.

С другой стороны, изучая Венеру, мы продолжаем изучать историю Солнечной системы, строения планет и то, какой когда-то была и наша планета — здесь Венера для нас пока один из «доступных» источников знаний.

Построить поселение на поверхности Венеры — это вряд ли, но разговоры о воздушных городах и дирижаблях и шли, и идут. Это кажется футуризмом, но многое из того, что сейчас воплощается за пределами Земли, когда-то казалось фантастикой.

«СП»: Мы не смогли посадить «Луну-25» вертикальной тягой, у нас нет сейчас модуля для возвращения аппарата с Луны. А с Венерой в этом смысле проще: сажали на неё на парашюте, а вернуться с неё всё равно невозможно. Не в этом ли хитрость Роскосмоса, который ставит менее сложную инженерную задачу?

— Всегда можно додумать за остальных какую-нибудь хитрость. Зерно может быть в том, что сделать возвращаемый аппарат для нас пока сложно.

Но и миссия «Венера-Д» не выглядит простой. Всё самое ценное, что у нас есть в космической науке и технологиях, нужно будет собирать по крупицам.

С Венеры, учитывая сложный состав атмосферы, высокую температуру и давление, превышающее земное в 92 раза, можно продолжать направлять снимки, телеметрию и данные, необходимые для продолжения исследования планеты. А эта цель — уже мощный толчок и мотивация для специалистов.

При этом над технологией возвращения проб можно работать параллельно, но не зацикливаясь на этом.

«СП»: Пока анонсируется, что в этом году стартует работа над эскизным проектом «Венеры-Д», а через 10 лет — уже крайний срок, который Роскосмос сам для себя установил. За язык космических руководителей никто не тянул — сами провозгласили. А успеют ли, ведь от эскиза до испытанного «железа» — путь не короткий, а 10 лет даже на разработку ракеты может не хватить.

— Проектный цикл всегда обозначается двумя датами: стартом проектных работ и примерным временем запуска экспедиции. Мы понимаем, что чаще всего финальная дата сдвигается вправо.

Но я думаю, что делдайн-2036 обусловлен еще и чисто астрономическими причинами. Вероятно, это связано с оптимальным расстоянием до Венеры, пусковое окно открывается каждые 19 месяцев (584 дня), что уже значительно чаще, чем с Марсом.

Крайнее сближение было в декабре 2025 года, следующее — через 1,6 года. Поэтому специалисты в любом случае будут работать с учетом периодов сближений двух планет для оптимизации времени полета.

Что касается ракеты, то у нас есть «Ангара», которая к тому времени уже должна летать регулярно.

---

* «Страна багровых туч» — первое крупное произведение А. и Б. Стругацких, описывает экспедицию советских космонавтов на Венеру в конце ХХ века.