Общество
7 декабря 2014 12:14

Сюжет для большого романа

Георгий Янс о судьбе декабриста

3089
Сюжет для большого романа

История иногда напоминает тетку, страдающую склерозом. Здесь помню, здесь не помню. Провалы в исторической памяти обусловлены как объективными, так и субъективными факторами. С одной стороны, чтобы устранить «пробелы» банально не хватает документов. С другой стороны, историю пишет победитель, а победитель должен быть красивым и безупречным. Поэтому факты, которые победителя могут скомпрометировать, нагло изымаются и стыдливо замалчиваются. По совокупности образуется почти непоколебимая историческая традиция, проявляющаяся наиболее ярко в различного рода учебниках.

В последнее время я себя более комфортно ощущаю историком (первая профессия), чем журналистом. Наиболее любимый период истории — первая половина ХIХ века. Время героев и авантюристов, воинов и бездельников, умеющих только проматывать свои состояния. В какой-то момент их пути трагически пересеклись, и в исторической памяти они остались только декабристами.

Я думаю, что читатели навскидку вспомнят 5−10 имен декабристов и жен декабристов. Их имена, как говорится, на слуху: Пестель, Рылеев, Волконские, Трубецкие. Не всегда заслуженно те или иные имена выносятся в исторический партер. А на «галерке» осталось несколько тысяч солдат и унтер-офицеров (непривилегированные сословия), принимавших участие в восстаниях на Сенатской площади и на юге России. Формально никто не был приговорен к смертной казни. Шпицрутены и каторга, шпицрутены и перевод на Кавказ.

Шпицрутен — гибкий и толстый прут, предварительно замоченный в соленой воде. В зависимости от степени наказания осужденного прогоняли сквозь строй из 100 — 1000 солдат. За особо тяжкие преступления прогоняли сквозь строй от 6 до 12 раз, что было равносильно смертной казни.

Около двухсот солдат, участников восстания прошли через строй из 1000 человек от 6 до 12 раз. И имя твое неизвестно, и подвиг твой смертен. Так уж устроен мир, что безымянные солдаты погибают во имя идеалов (причуд) своих известных командиров.

В исторической литературе можно найти практически все имена осужденных декабристов: пятеро повешены, 123 сосланы в Сибирь. Менее известны те, кто из офицеров был разжалован в солдаты.

Говоря о наказаниях, следует отметить одну, как мне кажется немаловажную деталь. Николай I, начавший свое царствование с декабристов, в отношении заговорщиков был справедлив в той мере, в какой может быть справедлив император. Не секрет, что взятые под стражу декабристы давали достаточно подробные показания на своих товарищей, нередко оговаривая их. Почему? Много причин. Ошеломленность и растерянность после ареста, раскаяние, слабость духа. Факт остается фактом. Единственным, кто не назвал имен, был Михаил Лунин.

Император и его помощники генералы дотошно допрашивали каждого заключенного под стражу. Если выяснялось, что человек арестован по наговору, его освобождали, давали денежную компенсацию и не препятствовали карьерному росту.

«Моя решимость была, с начала самого, — не искать виновных, но дать каждому оговоренному возможность смыть с себя пятно подозрения. Так и исполнялось свято. Всякое лицо, на которое было одно показание, без явного участия в происшествии, под нашими глазами совершившимся призывалось к допросу; отрицание его или недостаток улик были достаточны к немедленному его освобождению», — так описывал в своих записках император Николай свое отношение к подозреваемым в участии в восстании.

Иван Липранди, приятель Пушкина «по высочайшему повелению освобожден с оправдательным аттестатом», получил прогонные деньги. Пожаловано 2 тысячи рублей. Немалые по тем временам деньги. В дальнейшем дослужился до генерал-майора, являлся статским советником. Или Александр Литке. Участник восстания на Сенатской площади. К следствию не привлекался, наказания не понес, так как сам вернулся в казармы. Так же не понес наказания и его более знаменитый брат Федор. Участник кругосветных путешествий, основатель русского Географического общества. Президент Академии наук. Подобных примеров можно привести добрый десяток.

А теперь немного пафоса. Сейчас модно рассуждать о патриотизме, призывать к патриотизму. Настолько модно, что слово «патриот» звучит так же неприлично, как слово «либерал». Это я к тому, что декабристы были настоящими патриотами безо всяких примесей. Только с одной оговоркой. Вряд ли можно назвать патриотами людей, пытавшихся свергнуть законную власть обманным и, по сути, террористическим путем. Патриотами они стали после восстания. Так не бывает, могут мне возразить. Бывает. Человек устроен таким образом, что определенная ситуация провоцирует в нем те или иные качества. Каторга и поселение в Сибири — своего рода духовная мобилизация. По большому счету декабристы с такой «мобилизацией» справились. Их вынужденное переселение можно без натяжки назвать вторым «покорением Сибири». Вклад в развитие образования, культуры, сельского хозяйства, медицины трудно переоценить. Они настолько приросли к Сибири, что после объявленной амнистии из 34 оставшихся живых 9 остались жить здесь. Как же был неправ Ленин, когда сказал о декабристах, что «страшно далеки они были от народа».

Об этом славном периоде их жизни написано очень много. Кому интересно, тот прочитает. Я хочу рассказать о декабристе, имени которого в своих мемуарах, не упоминают его товарищи. Он не числится в «Алфавите членам бывших злоумышленных тайных обществ», его имени нет в «Погостном списке» Матвея Муравьева-Апостола. Достаточно странно. Если учесть, что этот человек был приговорен к смертной казни, замененной, как и многим другим каторгой. Его жизнь напоминает сюжет захватывающего приключенческого романа. Попадал в сложнейшие, казалось бы, безвыходные ситуации, когда смерть всего в одном шаге. Выпутывался, и снова попадал. И снова выпутывался.

Александр Николаевич Луцкий, происходил из рода бедных служилых дворян. На момент восстания ему было 21 год, унтер-офицер лейб-гвардии Московского полка. Из протоколов допросов явствует, что он не являлся членом тайных обществ. Вот первая причина, по которой его могли не знать другие декабристы. Во время событий на Сенатской площади был очень активен. Назвал Милорадовича изменником, призывал «колоть изменников» и «кричал у нас государь Константин».

Этого оказалось достаточно, чтобы приговорить его к смертной казни. В итоге его лишили всех чинов, и казнь заменили каторгой. Луцкий оказался единственным дворянином, которого в Сибирь отправили в колонне уголовников по этапу пешком. Еще одна причина, почему о нем не знали другие декабристы. Насколько было мучительно и трудно совершить такой переход, свидетельствует следующий факт. Этап из Петербурга до Тобольска длился более полугода, так как по пути он несколько раз из-за болезней оказывался в больницах.

После Тобольска его жизнь — очередная глава приключенческого романа. На этапе за Тобольском он заметил молодого парня, похожего на него. Парня звали Антон Непомнящий. Из Киева его направили на поселение. Его наказание в сравнении с Луцким было достаточно легким. Под Томском Непомнящий за шестьдесят рублей согласился поменяться с декабристом именами. В результате Луцкий стал Непомнящим, и зажил почти вольной жизнью на поселении. Но недолго. Где-то через год был разоблачен, бит розгами и отправлен в каторжные работы. Банально, но факт. Воздух свободы манил его. Через три месяца он бежит с каторги. Где-то около года скитается по Сибири. Пойман. Вновь каторга, на время работ приковывался к тачке. Уже не убежать. Только через 19 лет был отправлен на поселение. Для сравнения. Декабристы на каторге провели в среднем шесть лет. Вот и еще одна причина, почему Луцкий не был знаком декабристам. После амнистии получил право вернуться в Европейскую часть России. К тому времени он был женат на дочери местного цирюльника, имел детей. Попытка возвращения всей семье на родину оказалась неудачной. Уже в самом начале длинного путешествия кончились деньги. Пришлось вернуться назад. Жил в Нерчинском заводе, где и умер в 1882 году.

Снимок в открытие статьи: картина художника В.Ф.Тимма «Восстание 14 декабря 1825 года» (создана в 1853 году) — экспонат выставки в Эрмитаже «Восстание декабристов в памятниках изобразительного искусства"/ Фото: Юрий Белинский /ТАСС

Последние новости
Цитаты
Александр Саверский

Президент Общероссийской общественной организации «Лига защитников пациентов»

Сергей Обухов

Доктор политических наук, секретарь ЦК КПРФ

Аждар Куртов

Политолог

Комментарии
В эфире СП-ТВ
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня