О бедных военкомах замолвите слово…

С каким упоением охранительная пропаганда накинулась на военкомов за ошибки в мобилизации: ату их, ату! Вот он — «корень зла», это они, проклятые, виноваты, что на место силовиков отправляются слабовики. Безусловно, их «толика» в общей неразберихе имеется, но какова мера ответственности за эту долю, как её вычленить, как посчитать? У нас же капитализм, верно? Значит — «в деньгах».

Читаем, например, Приложение № 1 к приказу министра обороны РФ от 18 сентября 2019 г. N 545: «должностной оклад военного комиссара субъекта Российской Федерации 3 и 4 разрядов — 18.350 рублей, субъекта Российской Федерации 1 и 2 разрядов — 19.540 рублей». Ещё для информации к размышлению: у начальника сборного пункта соответственно по 4 разрядам субъектов — 12.460 рублей и 13.410 рублей. Историческая справка: в 2019 году минимальный размер оплаты труда по России в среднем — 11.280 рублей.

Конечно, можно было «вертеться» — брать по полторы-две ставки, то есть не «дорабатывать» качество по одной ставке, хотя и перерабатывать по общему количеству часов. Конечно, в некоторых регионах существовали доплаты-премии, но они не могли «кратно» превосходить оклад. Конечно, существовала индексация, но ведь и «минималка» тоже подрастала из-за инфляции. Поэтому заработная плата всех сотрудников военкоматов (а там не только же «комиссары») колебалась немногим более МРОТ.

Помните анекдот: «Как, тут ещё и зарплату платят, а я-то думал, что выдали пистолет — и крутись самостоятельно!». Полтора МРОТа при соблазне на «большие тысячи» (сколько «стоил» военный билет даже в мирное время?) равно «злоупотреблению». Судя по декларациям о доходах (кроме зарплаты, ещё и земельные участки с автомобилями — очевидно, что не «по зарплате» появившиеся), особенно во «вкусных» регионах — отдельные военкомы отнюдь не «помирали с голоду».

Но — то «отдельные», а разговор про систему, то есть про все её элементы, образующие совокупность, обязанную совершить определённое действо. Не совершила? Следовательно — не совершенна, может — изначально, а может — устарела или гниёт. Но, кто же отвечает за появление пресловутой «ложки дёгтя» (половника, ведра) в системе? Правильно — те, в чьём распоряжении «бочка мёда».

Тем более, что по выделяемым средствам на вооружённые силы (не в номинальных цифрах, а в проценте от ВВП), Россия была в первой тройке государств мира. Допустим, мобилизационную систему финансировали по остаточному принципу, предполагая, что она не очень-то и понадобится в ближайшем будущем. Действительно, зачем плохо подготовленные «любители», когда имеются хорошо оснащённые профессионалы? Но вот не оказалось тех профессионалов в достаточном количестве, их что — военкомы «пожрали»?

Знаете ли вы, как опустели военкоматы в пандемию, ибо работали там, в основном возрастные пенсионеры и ветераны боевых действий с хроническими болячками — самая уязвимая категория при Ковиде. А представьте, что в тот момент напал бы не «микробный» враг, а покрупнее, кому тогда мобилизацию проводить? Уже хотя бы по «пандемийному обострению» можно было сделать выводы о степени готовности.

Мужество солдат — идти в атаку, мужество командиров — идти к вышестоящим командирам, а то и к самому Главнокомандующему, если они видят, что ситуация складывается аховая. Не хотят слушать — подавать в «громкую» отставку, обращаться к обществу напрямую: «Мы не способны отразить опасность!» И самое подленькое — перекладывать вину на подчинённых, морально давить за «миллиардные ошибки» тех, у кого зарплата была чуть более МРОТ.

Вместо послесловия — конкретное предложение. Сейчас не редкость, когда пафосно призывают к мобилизации, а заодно ругают «стрелочников"-военкомов те, что сами «не собираются» (по возрасту, начальственной или пропагандисткой отсрочке). Не важно! Даже и при таких обстоятельствах им найдётся занятие: ЛИЧНО оповещать семьи о гибели мобилизованных родственников — глаза в глаза. Распределять в очередь, через военкоматы (военкомы с удовольствием избавятся от тягостной обязанности). Едешь с утра по делам — заскочил по дороге к вдове. Давайте, послужите «необременительно» Родине — вы же сможете индивидуально объяснить то, к чему призываете массово, я в вас верю.