Судьба разведчика-миллионера: 9 лет в тюрьме на Родине до суда и орден Ленина перед смертью

Даже подумать о таком страшно, а не то, чтобы пройти весь этот неимоверно тяжкий и невыносимо горький путь. Корпусного комиссара Стефана Мрочковского арестовали в январе 1943 года. Не прошло и двух месяцев, как он возвратился в Советский Союза из США, где находился в длительной служебной командировке.

Характеристики на него были самые лучшие, но несмотря на это Стефана Иосифовича арестовали. Пошли допросы. Но он не признал ни одно выдвигаемое против него обвинение. И вскоре, когда для самих следователей стала очевидной беспочвенность обвинений, о нем попросту забыли.

Проходили недели, месяцы, но ничего не менялось. Мрочковский находился в полной изоляции, он не знал, что происходит за стенами тюрьмы, терялся в догадках будет ли над ним суд, и если будет, то когда. Это была мучительная пытка ожиданием, пытка неизвестностью.

Так прошло долгих девять лет. В 1952 году о нем, наконец, вспомнили. Состоялся суд. Его обвинили в шпионаже, а также вменили в вину антисоветскую пропаганду и агитацию.

Суд признал Мрочковского виновным и приговорил к 15 годам лишения свободы с конфискацией имущества.

Что чувствовал в те минуты наш разведчик, слушая строки чудовищного приговора. Отсидев девять лет без суда, в полной изоляции и неизвестности, теперь он должен был провести в тюрьме еще полтора десятка лет. Как можно выдержать такое? Сложно себе представить. Но он выдержал. А через несколько месяцев после смерти Сталина, приговор в отношении Мрочковского был отменен и дело прекращено. Он вышел на свободу.

Идея была весьма перспективной

В начале 90-х, когда от ветеранов военной разведки я впервые услышал о Стефане Мрочковском, признаться, не очень-то и поверил в эти, как казалось тогда, фантастические истории. Да и как было поверить, если мне рассказывали о некой сети коммерческих предприятий, (это при советской-то власти), открытых едва ли не по всему миру, которые являлись прикрытием и базой для агентурной работы.

Более того, фирмы вели обычную, но надо заметить весьма успешную, коммерческую деятельность. И зарабатывали огромные деньги. По сохранившемся архивным документам уже в 1932 году обороты фирм исчислялись миллионами долларов.

Всей этой сетью руководил выдающийся разведчик-нелегал Стефан Иосифович Мрочковский. Кто же он такой, этот Мрочковский? Талантливый разведчик, успешный коммерсант, умелый руководитель крупнейшего в истории разведаппарата, миллионер? Да, это он, един во всех лицах.

К горькому сожалению, о нем не так много известно. Однако, мне удалось еще застать некоторых ветеранов военной разведки, которые знали Стефана Иосифовича. А во время работы в спецархиве ГРУ посчастливилось разыскать докладную записку начальника управления генерал-майора Всеволода Соколова, который изучал деятельность Мрочковского, бывал у него дома.

… В середине 20-х, когда еще Разведуправление Красной Армии только-только становилось на ноги, за рубежом стала создаваться сеть коммерческих предприятий (МСКП). Идея была весьма перспективной. Успешное ее выполнение помогло бы решить несколько стратегических задач — развертывание нелегальной разведсети за рубежом из представителей военных, деловых и научно-технических кругов, обеспечение мобилизационной готовности ГРУ на период военного времени, и конечно же, зарабатывание валюты для заграничных резидентур.

Возглавив сеть, Стефан Мрочковский умело и заботливо создавал, растил торговые фирмы. Сеть охватывала многие страны Западной Европы, Ближнего и Дальнего Востока — Китай, США и Канаду.

В 1930 году Стефан Иосифович выезжает в длительную зарубежную командировку. К тому времени ему исполнилось 45 лет. Эти четыре с половиной десятка лет вобрали в себя многое — учебу в реальном училище в родном Елисаветграде (ныне г. Кропивницкий, Украина), студенческие годы на юридическом факультете Харьковского университета, участие в революционном движении.

В 1917 году Стефан Мрочковский — председатель ревкома в Елисаветграде. В 1919-м схвачен деникинцами, посажен в тюрьму, но бежал.

В ту пору выпускник юридического факультета университета был, что называется, на вес золота. К тому же он владел несколькими иностранными языками. И поэтому уже с 1921 года ему доверяют работу в Международной комиссии по Рижскому договору.

Одновременно Стефан Иосифович возглавляет комитет Всесоюзного совета народного хозяйства (ВСНХ) по реэвакуации иностранных предприятий. С 1925 года он — председатель правления советских акционерных обществ «Берсоль» и «Метахим». Этот год совпадает с зачислением Мрочковского в штат Народного Комиссариата Обороны СССР.

Теперь он периодически выезжает в зарубежные командировки по делам акционерных обществ, которыми руководит. Однако случаются и поездки иного рода, нелегальные, по линии Разведуправления РККА.

Одна из них — длительная нелегальная командировка в Германию, где находилось правление основной фирмы МСКП — акционерного общества «Востваг».

Мрочковскому предстояло решить сложнейшую задачу советской военной стратегической разведки — крепко поставить на ноги и широко развернуть сеть коммерческих предприятий.

1 миллион долларов в год в резерв Разведупраления

В своем докладе генерал-майор Соколов отмечает, что Стефану Мрочковскому по специальным указаниям Центра удавалось умело, без вреда для бизнеса, изымать из оборота ежегодно до 1 миллиона долларов и направлять их в резерв Разведуправления, а также передавать на нужды советского государства. За деньги, заработанные фирмами МСКП, осуществлялись закупки новейших образцов военной техники и вооружения в разных странах мира.

«Следует считать, — подчеркнет Соколов, — что Мрочковский не только с лихвой возвратил государству около 400 тысяч золотых рублей, первоначально вложенных в дело организации МСКП, но и добился создания запаса валюты для обеспечения финансирования агентуры».

Секретарь начальника Разведывательного управления Наталья Звонарева будет вспоминать: «Павла Ивановича Берзина окружали талантливые помощники и сотрудники. Особенно бережно он относился к С.И. Мрочковскому — выдающемуся разведчику-нелегалу.

Когда поступало сообщение о его приезде в Москву (примерно раз в год), Берзин вызывал меня и предупреждал: «Проследи, чтобы лишние люди не встречались с ним. В комнату, где он будет работать, пропускать только сотрудников, с которыми он связан по службе…».

Стефан Иосифович, приезжая рано утром, неизменно говорил мне: «Наташа, милая, здравствуйте» — и проходил в комнату секретариата, в которой стояло два сейфа с его документами.

Поздно вечером он обычно заходил в кабинет Павла Ивановича, где они еще долго обсуждали служебные проблемы или просто беседовали.

Как-то, проводив его, Павел Иванович сказал: «Ты не представляешь, Наташа, какую помощь оказывает нам Стефан Иосифович. Не знаю, как бы мы обходились без него…».

В подтверждение слов Звонаревой — аттестация на Стефана Мрочковского, датированная 1934−1935 годами. Ее собственноручно написал начальник Разведупра Красной Армии Ян Берзин.

«Мрочковский Стефан Иосифович, — отмечал Берзин, — весьма способный, преданный делу работник-коммунист. В течение ряда лет руководил крупным участком разведки, показал незаурядные способности организатора и администратора и добился крупных успехов. Характер твердый, решительный, волевые качества хорошо развиты, хорошо разбирается в людях, умеет ими управлять и подчинять их своей воле. Быстро ориентируется в сложной обстановке и находит правильное решение. В трудных условиях проявляет большую выдержку, в то же время весьма осторожен, гибок и изворотлив».

Вот такая достаточно красноречивая аттестация.

«Фирма «засорена шпионами»

С приходом Гитлера к власти в 1933 году супругам Мрочковским пришлось уехать из Германии во Францию. Поселились они в Париже. Там же во Франции в 1939 году Стефана Иосифовича арестуют и посадят в концлагерь, но через некоторое время выпустят.

А в 1940 году, поскольку Европа уже фактически находилась под гитлеровской оккупацией, Мрочковские уезжают в США.

Это тяжелые годы в жизни разведчика. На Родине ему уже не доверяют. Почему? Увы, генерал Соколов, работая с материалами спецархива ГРУ, так и не нашел ответа на этот вопрос. В своем докладе он будет теряться в догадках. «Из материалов неясно, что конкретно послужило основанием в 1939—1941 годах для недоверия со стороны руководства РУ и органов НКВД к Мрочковскому. Во всяком случае, к концу 1939 года Мрочковскому было приказано ликвидировать фирмы МСКП, что он и сделал, передав Советскому Союзу (командованию ГРУ) чистой прибыли более 500 тысяч американских долларов».

Генерал Всеволод Соколов задает закономерный вопрос: «Мрочковским была проведена огромная работа, которая привела к ощутимым деловым результатам. Непонятно, почему была прикрыта глобальная коммерческая сеть, если Разведуправление 18 лет создавало ее в расчете на работу в военное время?»

Тогда вопрос остался риторическим. На него ответил военный юрист Вячеслав Звягинцев в своей книге «Война на весах Фемиды». Он изучал судебное дело Стефана Мрочковского.

«Показания, — напишет Звягинцев, — о его (Мрочковского. — авт.) шпионской деятельности в пользу немецкой и французской разведок были выбиты еще до войны у осужденных к расстрелу руководителей Разведупра Красной Армии Берзина, Никонова, бывшего заместителя начальника 3-го отдела ГУГБ НКВД СССР Валика, бывшего руководителя отделения фирмы „Востваг“ в Монголии Дайнлундера и других. Суть обвинений сводилась к тому, что Мрочковский расшифровал сеть наших коммерческих предприятий за границей перед иностранными разведками, а возглавляемая им фирма „Востваг“ оказалась „засорена шпионами“. Обвинение было основано на предположениях и общих фразах».

Абсурдность этих обвинений, разумеется, понимал начальник Разведуправления генерал-лейтенант Филипп Голиков. Он приезжал в США в 1941 году во главе Советской военной миссии и трижды встречался с Мрочковским.

Однако Голиков не решился или не нашел нужным отстаивать перед НКВД Мрочковского. Там в США, он принял решение о закрытии сети фирм МСКП. В частности, это подтверждается шифрограммой Голикова в Центр от 31 августа 1941 года, в которой он сообщал: «Я велел Томсону (псевдоним Мрочковского. — авт.) дело кончать».

Так рухнул многолетний труд сотен людей, упорной работой и талантом, создававших МСКП — глобальную сеть советских разведорганизаций.

В ноябре 1942 года Мрочковскому удалось одному выехать на Родину через Ближний Восток.

«Его глаза наполнились слезами»

…Тщательно изучив архивные документы и материалы по деятельности МСКП, генерал Всеволод Соколов осенью 1964 года побывал в доме номер 12 по Бережковской набережной, посетил квартиру Мрочковских. Стефан Иосифович был болен. Он упал, сломал бедро, перенес четыре операции, остался калекой. У него стал развиваться атеросклероз, воспаление легких. Были парализованы органы речи. Но он слышал, понимал, что ему говорят, мог читать.

Вот как эту встречу описал сам генерал Соколов: «Мрочковские были очень взволнованы встречей со мной. Сам Стефан Иосифович понимал, откуда я, его глаза наполнились слезами. Он брал меня за руку. Она восклицала: „Что же вы так поздно пришли, ведь сейчас он вам уже ничем не может помочь“. По ее словам, за 11 лет после освобождения Мрочковского никто из нашей службы не пришел и не поинтересовался их делами, здоровьем. Мне было стыдно…»

Вскоре Министерство обороны и Генеральный штаб вышли с ходатайством в Верховный Совет СССР о награждении Мрочковского Стефана Иосифовича высшей наградой страны — орденом Ленина. Ходатайство было поддержано. В 1965 году Председатель Президиума Верховного Совета СССР Анастас Иванович Микоян приехал на квартиру Мрочковских и лично вручил орден выдающемуся советскому разведчику.