«А вас лечить смысла нет!»: «Онкологический бюджет» урежут в 40 раз — при том, что число заболевших раком стремительно растет

Онкология в ближайшее время может превратиться в России в настоящую эпидемию. Врачи, общественные деятели, пациенты бьют тревогу. Расходы на лечение рака в России по федеральному проекту «Борьба с онкологическими заболеваниями» сокращены почти в 12 раз — с 44,9 млрд рублей в 2026 году до 3,9 млрд в 2027 году.

А если учесть, что в сентябре нынешнего года финансирование на лечение онкологических больных из федерального бюджета было уменьшено со 144 млрд до 44,9 млрд рублей, то общее сокращение окажется в 40 раз. Об этом заявил член Комитета по здравоохранению Госдумы Алексей Куринный.

И всё это — на фоне роста статистики онкозаболеваний. Сегодня от рака в мире умирает каждый девятый мужчина и каждая 12-я женщина.

Читайте также

«Застройщики обанкротятся, а цены на жилье упадут!» — стоит ли ожидать такой сценарий Елена Мищенко: Девелоперов ожидает передел рынка и борьба за покупателей

В России, по данным Росстата, в прошлом году диагноз впервые выявленного злокачественного новообразования получили почти 720 тыс. человек. Это в полтора раза больше, чем в 2005 году. Глава Минздрава Михаил Мурашко заявил, что в ближайшие 20−30 лет распространенность онкозаболеваний в нашей стране может вырасти еще в полтора раза.

Печальное первенство среди онкозаболевания в РФ держат рак легких среди мужчин и рак молочной железы среди женщин.

Так почему в таких условиях траты на лечение рака сокращаются? Онкологические больные должны будут лечиться за свой счет, или мы что-то не понимаем в механизмах финансирования Минздрава? «СП» попросила ответить на эти вопросы депутата Госдумы, члена Комитета по охране здоровья Госдумы Алексея Куринного (КПРФ).

— Объем финансирования на лечение онкологических заболеваний из федерального бюджета не менялся уже три года, в то время как стоимость лечения, в том числе за счет появления новых методов и лекарств, значительно выросла. К тому же, если федеральные траты на что-то сокращаются, нагрузка автоматом падает на Фонд ОМС и регионы, у большинства из которых лишних денег нет.

«СП»: В Минздраве заверяют: основную часть помощи онкобольным уже и так оплачивает система ОМС, и сокращение финансирования из федерального бюджета будет компенсировано дополнительными поступлениями в фонд средств, полученных в результате роста его доходов. Это спасет ситуацию?

— Несмотря на формальное сохранение нормативов оказания медицинской помощи по онкологии, старые тарифы ОМС просто могут не покрыть реальную стоимость современных схем лечения и закупку дорогостоящих таргетных препаратов и иммунотерапии для всех, кому нужна такая помощь.

Про использование инновационных методов лечения по всей видимости вообще можно будет забыть.

Опасаюсь, что врачам, возможно, придется работать по устаревшим протоколам с перебоями в поставках нужных лекарств, а это для многих случаев критично, — подытожил депутат.

Стоимость лечения онкозаболеваний растет каждый год. Так, операция по удалению опухолей молочной железы может составлять до 300 тысяч рублей. Но, помимо этого, есть еще химиотерапия и лекарства, стоимость которых не каждому по карману.

Однако, в Минздраве заверяют, что все будет хорошо: «Сокращение объема средств, отраженных непосредственно в федеральном проекте „Борьба с онкологическими заболеваниями“, не означает сокращения общего финансирования медицинской помощи пациентам с онкологическими заболеваниями», — говорят в ведомстве.

В Минздраве также утверждают, что общий объем финансирования сохраняется на прежнем уровне, а средства поступят из федерального бюджета, бюджета Федерального фонда ОМС (ФОМС) и бюджетов регионов.

Спасет ли такая схема онкобольных пациентов? «СП» обратилась за комментарием к доктору медицинских наук, главному врачу онкологической клиники «Новомед» (Новороссийск) Максиму Рыкову.

— Ни ОМС, ни большинство регионов лечение рака при такой схеме не потянут. Дорожает всё: методы лечения, МРТ — в связи с ростом тарифов на электроэнергию, протоколы лечения усложняются.

В связи с установками Минздрава больных сложнее будет направить на лечение в федеральные центры, а на местах не всегда хватает опыта, аппаратуры.

Например, самый эффективный метод диагностики рака ПЭТ КТ доступен не в каждом регионе. Все это означает, что бремя лечения переложат на пациентов, и лечиться им придется за свой счет.

«СП»: Хватает ли врачей-онкологов, особенно в регионах?

— Врачей вообще в стране не хватает, онкологов в том числе. Для того, чтобы стать квалифицированным онкологом, надо учиться 4−5 лет, потом еще столько же — в ординатуре, чтобы получить сертификат специалиста.

Не все готовы столько времени тратить на учебу в активном возрасте, когда нужны деньги на создание семьи, например.

Есть и еще одна проблема — мало серьезных научных работ. То есть прорыва в лечении рака в России на сегодня нет.

Из международного научного сообщества мы вычеркнуты, и такая ситуация для сверхдержавы, как мы себя позиционируем, недопустима.

«СП»: К чему приведут решения Минздрава по лечению онкобольных?

— Врачи-онкологи станут менее доступны, как следствие — выявляемость рака снизится. А ведь лечить рак на ранней стадии куда дешевле, чем на поздней, — резюмировал эксперт.

Читайте также

Смерть по интернету: ИИ-знахари и «нейроцелители» способны свести доверчивых людей в могилу Дмитрий Аграновский: Надо просто не допускать существования в сети таких ресурсов, дающих вредные советы

В то же время население России стареет, и рост числа онкозаболеваний неизбежен. Кого лечить в первую очередь? Ведь понятно, что лечение рака станет менее доступным. Слово — доктору медицинских наук, члену СПЧ при президенте Яну Власову.

— У нас ¾ регионов дотационные, лишних денег на лечение онкозаболеваний у них скорее всего в достаточном объеме не будет. Лечение онкологии — проблема комплексная: в нее входит таргентная терапия, высокотехнологичная операция, лучевая терапия, когда это необходимо, лекарства. И тут медицинское сообщество вынуждено будет принять очень непростое решение о том, кого надо лечить.

Готовы ли мы вкладывать средства в лечение человека, чей жизненный ресурс подходит к концу, и которому лечение продлит жизнь на пару месяцев? Или стоит вложить средства в лечение трудоспособной женщины с детьми с раком груди на начальной стадии? Решение непростое, но очевидно пациентов придется делить на категории.

«СП»: Вас устраивают разъяснения Минздрава?

— Наш министр очень скромный человек, и подробных раскладов мы от него, к сожалению, не получили. Например, есть ли конкретный приказ Минздрава о том, как будет происходить перераспределение средств по статьям ОМС для оказания помощи онкобольным? Вопросов остается масса, и если на них Минздрав не ответит сейчас, все они лягут на стол президента во время его «прямой линии».