Общество / Кризис на Украине

Харьков, хроника борьбы

В полифоническом романе Сопротивления точка еще не поставлена

  
4864

Голос харьковского Сопротивления стал звучать гораздо глуше после того, как 19 апреля был арестован один из его лидеров Константин Долгов — журналист, политолог, редактор интернет-здания «Глагол».

Главный заводила протестных акций подозревается в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 194 Уголовного кодекса Украины (умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, повлекшее ущерб в крупных размерах, совершенное путем поджога). Для столь неожиданного подозрения хватило показаний одного «анонимного» свидетеля. В воскресенье появилась информация о том, что Константин Долгов подозревается в организации и совершении поджога банкоматов «ПриватБанка», принадлежащего пресловутому днепропетровскому олигарху Коломойскому.

Всю последнюю неделю блогосфера полнилась политическими доносами и призывами: закройте сепаратиста Долгова! Особенно много их стало после того, как 13 апреля многотысячное шествие Сопротивления к стенам горсовета не на шутку испугало мэра Геннадия Кернеса… Но политическая статья для возмутителя спокойствия могла оказаться не актуальной — с оглядкой на Женевские соглашения, предполагавшие амнистию политзаключенным. Нашлась статья уголовная…

Меру пересечения Долгову избирали наспех, в Пасхальную ночь. Задерживали люди в масках, скорее всего, аваковская милиция по вызову — не местная. Судебное заседание провели в закрытом режиме. При этом судья Константин Садовский даже не принимал решение о том, что заседание будет закрытым, — проявил удивительную расторопность и оперативность… Запросил залог в неподъемном размере 600 тысяч гривен (около 60 тысяч долларов), а затем избрал максимальную меру пресечения — 60 дней содержания под стражей в СИЗО. Этот судья известен тем, что почти два год вел долгоиграющий харьковский процесс против Юлии Тимошенко по делу «Единых энергетических систем Украины» (ЕЭСУ) — и за это время узница-пациентка VIP-палаты ЦКБ № 5 ни разу не была доставлена в зал суда…

Известно, что доносы на Костю Долгова строчили либеральные коллеги-журналисты, оказывающие консультативные услуги Авакову. Известно также, что супруга Константина — на восьмом месяце беременности…

20 и 21 апреля харьковские протестные акции движений «Юго-Восток» и «Борьба» впервые прошли без Долгова. Впервые за несколько месяцев митингующие не услышали его харизматического голоса, заставляющего неприятелей нервно ерзать в ожидании сюрпризов…

Мне давно хотелось написать о том, что харьковский протест похож на полифонический роман. Я поймал себя на этой мысли, когда в одно из апрельских воскресений несколько тысяч участников Сопротивления скандировали под окнами польского консульства: «Забирайте Львов обратно!», «Харьков — русский город!», «Варшава будет наша!». Эти в общем-то взаимоисключающие лозунги вполне гармонично звучали под флагами разных расцветок, образовывая некое ритмическое и сюжетное единство.

Согласно Михаилу Бахтину, автор полифонического романа не является полновластным хозяином своих персонажей. Их голоса заглушают авторскую речь. Так и в харьковском Сопротивлении… Автора почти не видно и не слышно. Авторство приписывается кому угодно — Добкину, Кернесу, Путину, российским спецслужбам… На самом деле этот автор — защитная реакция мультикультурного организма Харькова на угрозы, пришедшие извне. Сопротивление возникло стихийно и парадоксально, в ночь с 22 на 23 февраля, в момент растерянности, сменившейся неожиданным возмущением, внезапным воодушевлением, подъемом, «выпрямительным вдохом». В этой вольнице, объединившей людей разных национальностей и политических воззрений, проявился дух Харькова, о котором Борис Слуцкий писал в своем знаменитом стихотворении «Как говорили на Конном базаре?..»

Мне давно хотелось написать о тех людях, которых встречал в горячих точках Харькова в дни евромайданной зимы и русской весны… Многое пока нельзя рассказать, чтоб не навредить. Их можно было бы назвать отверженными. Украинская пропагандистская машина всячески шельмовала, оскорбляла, демонизировала их… О пассивности Юго-Востока говорили годами — и не верилось, что он может подняться. Без финансовых вливаний, без административного ресурса, без иностранных инструкторов и лагерей, без концертных подогревов с эстрадными звездами, без вспомогательных десантов европарламентариев, без поощрительных рекомендаций Маккейна и печенек Нуланд

Мы часто слышим о «спецах», которые якобы участвуют в волнениях Юго-Востока, задают им необходимую тональность… Да, участвуют. Я сам несколько раз стоял плечом к плечу с одним из них — 81-летним Александром Олейником, ветераном спецслужб. Язык не повернется назвать его стариком. Александр Карпович — бодрый и подтянутый пожилой человек. 1 марта, когда правосеки, захватившие обладминистрацию, стреляли из окон в митингующих, он в первой десятке шел на штурм! Объясняет это просто: «Сколько можно было терпеть непрошеных гостей, вооруженных захватчиков?! Я не понаслышке знаю о бандеровцах. В молодости служил в Западной Украине. Видел методы их борьбы. Я знаю, что украинский национализм — самый кровавый. И зная это, я ненавижу бандеровцев и их последователей всеми фибрами души…»

Тот стихийный порыв митингующих, которые вышвырнули из здания ХОГА засевших там боевиков-евромайдановцев, был понятен и близок Олейнику. Но при этом он критически реагировал на любые стадные проявления. Александр Карпович — завсегдатай всех митингов на площади Свободы — анализирует динамику протестов: «Мне кажется, происходит слив энергии масс, выпускается пар через какое-то бессмысленное движение. Все чаще появляются подстрекатели, вносящие неразбериху и сумятицу. Вот 13 апреля я пытался убедить тех, кто вел колонну на СИЗО, что это безрассудство и провокация… Не удалось. Это был бессмысленный поход. А людей ждали в другом месте, под горсоветом».

13 апреля под горсоветом было очень жарко… Туда прибыла большая колонна харьковчан, требовавших освобождения 62 арестованных активистов и проведения местного референдума. Там были окончательно развеяны домыслы евромайдановцев о том, что харьковское Сопротивление инициировано мэром Геннадием Кернесом, контролируется и финансируется им. Протестующие долго скандировали: «Сучий пес!» (так харьковский мэр в свое время обратился к одному из местных коммунальщиков; теперь крылатые слова были адресованы к самому Кернесу). А потом испуганный мэр побывал в народной толчее, в тесных «объятиях» митингующих. Под напором протестующих отступила милиция — и они вошли во внутренний двор горсовета… Но в здание попали только переговорщики, которым Кернес обещал содействие в освобождении арестованных. Мало кто поверил…

Хотя еще два месяца назад многим казалось, что мэр способен присоединиться к тем землякам, которые вышли 23 февраля на защиту города. Кернес действительно немало помог тогда.

В те дни Тигран Тертарян, частный предприниматель и лидер группы молодых спортсменов, занимался обеспечением безопасности акций защитников Харькова. Участвовал в самом первом, ночном, столкновении под памятником Ленину, когда полусотне харьковчан удалось отбить натиск двух сотен вандалов и прогнать их с площади Свободы. Он вспоминает: «Поначалу люди чувствовали себя беззащитными. Мэр и губернатор уехали из города. Но я думал: они скоро вернутся и присоединятся к нам. Мы решили: даже если нас бросили, надо собираться. И народ собрался наутро… Собрались не бюджетники по указке свыше, не оплаченные участники, а настоящие защитники Харькова — по зову сердца».

Тигран со своими ребятами отвечал за мероприятия по противодействию радикалам. Однажды непрошеные киевские гости нагрянули к нему домой. Хозяин был в отъезде. В квартире находилась жена Тиграна. Успела сообщить друзьям-армянам — они моментально прибыли на помощь, нападавшие ретировались…

Накануне праздников появилась информация о том, что экстремисты готовят провокации в Пасхальную ночь. Движение «Юго-Восточное сопротивление», координатором которого является народный депутат и кандидат в президенты Олег Царев, сформировало отряды оперативного оповещения. Один из таких отрядов, во главе с Тиграном Тертаряном, дежурил в Пасхальную ночь у стен Свято-Покровского мужского монастыря…

Когда начинался крестный ход вокруг Озерянского храма Свято-Покровского монастыря, в Киевском районном суде штамповалось решение о мере пресечения для Константина Долгова. Журналистов туда не пустили. Суд охраняли от «посторонних» милиционеры, кажется, из подразделения «Титан», которое еще недавно было «Беркутом». Тем самым «Беркутом», для которого Костя Долгов этой зимой собирал помощь и снаряжал машины с продуктами и необходимыми вещами…

Возможно, протестная полифония Харькова еще пополнится голосами тех «беркутов»… Нетрудно догадаться, как они должны относиться к своему нынешнему министру, одному из комендантов евромайдана.

Фото: Сергей Кочетов

Харьков

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Андрей Рудалев

Публицист

Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Опрос
Каковы основные проблемы Российской армии сегодня?
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня