Голосование в военно-полевых условиях

Обозреватель «СП» наблюдал за ходом референдума в луганской глубинке

  
10935

Российско-украинскую границу я пересёк хоть и нелегально, но просто, почти буднично. Правда, сразу после того, как сошёл с поезда на станции одного из небольших российских приграничных городков, возникло ощущение, что участвую в съёмках шпионского сериала. Нужно было найти машину, номер которой мне сообщили за полчаса до того по телефону. А у водителя требовалось спросить, где тут ближайший рыболовный магазин.

Водитель-проводник, в языке которого причудливо смешались украинские и русские слова, сочувствует «нашим» по ту сторону границы, но больше матерится на редкие машины, не желающие уступать дорогу. А в перерывах рассуждает о том, какой будет урожай, и что в России совсем перевелись свои коровы и приходится закупать во Франции и в Голландии.

И вот граница — предупреждающая табличка, несколько бетонных блоков на просёлочной дороге, узкая полоса вспаханной земли и тот самый ров, который, как заявляли ставленники новой киевской власти, должен защитить Украину «от российской агрессии». Я преодолеваю его без проблем. Вокруг всё те же цветущие мирные поля, нежно-терпкий запах молодой полыни, но мой настрой сразу меняется. Потому что человек, встретивший меня с украинской стороны, не только из другого государства, он, словно из другого мира, где могут убить просто за то, что живёшь на Востоке, а не на Западе страны.

Андрей Петрович напряжён и очень торопится. Он один из организаторов голосования в своей «сельской раде». СБУ уже предупредила жителей, что за организацию или даже агитацию за референдум грозит до 6 лет заключения.

Официальные власти Марковского района Луганской области отказались предоставлять помещения, поэтому волеизъявление проходит в палатках на сельских улицах, в библиотеках, в зданиях предприятий.

В одном селе «урны для голосования» в виде запечатанных скотчем коробок с прорезями стоят прямо на капоте машины. Мы подъехали сюда, чтобы подвезти бюллетени, которые закончились. Сами организаторы не ждали такой высокой явки. Вокруг толпятся люди. Настроение у всех разное. Кто-то посмеивается — малоросское жизнелюбие пробивается сквозь страх и напряжённое ожидание. Кто-то молчалив и сосредоточен.

— С утра люди идут, некоторые чуть не плачут, — рассказывает Андрей, — просят дать им проголосовать, надеются, что введут к нам, наконец, российских миротворцев. Путин, ждёт, когда нас усих перестреляют?! — добавляет он с горьким недоумением.

Я подхожу к Сергею, водителю того самого старого «жигулёнка», капот которого превратился в избирательный участок. Рядом отмечает голосовавших его беременная жена. Вот благодаря таким энтузиастам и стал возможен этот в прямом смысле народный референдум.

— Не страшно за детей? — спрашиваю у Сергея, в семье которого ждут уже пятого ребёнка.

— Мы люди православные, на Бога надеемся. Я вообще считаю, что все мы русские и потому жить надо в одной стране, как это было во времена Киевской Руси.

Большинство, конечно, поддерживают референдум по более прозаичным причинам. Кто-то надеется, что жизнь станет побогаче и спокойней. Кто-то считает, что жить с этими «гомосеками» (так тут почему-то называют членов «Правого сектора») после того, что уже случилось, в одном государстве нельзя.

О своеобразии ситуации можно судить по тому, что «первые лица», главы сельсоветов и местных сельхозпредприятий, тоже участвуют в референдуме, который сами же и побоялись разрешать.

Возле «точек голосования» видны и весьма лояльно настроенные милиционеры.

Впрочем, есть в Краснопольской раде и свои «противники федерализации». На одном из деревьев я заметил украинский флаг, повешенный явно в пику «пророссийским селянам». Какой-то полусумасшедший дед подъезжает к очереди голосующих, пытается пугать их какими-то хлопцами с автоматами. «Страну предали», — сверкает он одиноко торчащим меж гнилых осколков золотым зубом.

— Я сам против того, чтобы разрывать Украину, — спорит с дедком Николай Иванович, — но что ж воны творят! Сколько людей уже перебили, никак не успокоятся. Единственный выход для нас — под защиту России.

По словам местных жителей, против референдума и присоединения к России настроены контрабандисты, валютчики, чиновники на тёплых местах и убеждённые «бандеровцы». Но таких немного. Действительно, практически все селяне откровенно признаются мне, что голосовали за «акт о государственной самостоятельности Луганской республики».

— Как вы составляли избирательные списки? — спрашиваю у Андрея. — У нас были те, что остались от прошлого голосования, прошедшего 4 года назад. Конечно, за это время кто-то умер, кто-то родился, пришлось на ходу править.

Да, с формальной точки зрения в том, как проводится народный референдум, можно найти много нарушений. Даже мне, «для быстроты дела», впервые в жизни пришлось поучаствовать в подсчёте голосов.

Но главное, что чувствуется в настроении людей — проснувшаяся в вера, что от их мнения, гражданской позиции что-то зависит. И ещё видно, что селяне возмущены, что им на собственной земле пытаются навязать, как надо жить.

Около часу дня по «Краснопольской раде» разносится известие, что на Луганск движется колонна бронетехники, и город вот-вот заблокируют. Поэтому организаторы референдума экстренно сворачивают голосование, чтобы успеть доставить его результаты в Луганск.

После подсчёта голосов участковая избирательная комиссия приводит такие данные: из 920 избирателей в Краснопольском сельсовете голосовали 655 человек. Из них за признание акта о независимости - 640. Против — 15.

— Процент почти такой же, как в Крыму, — горделиво произносит кто-то.

Впрочем, 11 мая краснопольские бюллетени и прочие документы территориальной марковской комиссии в Луганск так и не попали. Ближе к обеду по району разнёсся слух, что на райцентр Марковку движется несколько автомашин с вооружёнными «правосеками». Члены территориального избиркома вынуждены были остановить работу, и бежать в безопасное место, прихватив документы. Позднее стало известно, что на райцентр на самом деле двигалось четыре БТРа. Где-то на пол-пути, в посёлке Широкое, местным жителям удалось задержать их и убедить остановиться. «Адекватные» солдаты пошли на контакт и даже вполне охотно согласились выпить с теми, кто их удержал от «выполнения» боевой задачи.

День референдума 11 мая в Марковском районе закончился спокойно. Но вряд ли здесь кто-то засыпал уверенным, что и последующие дни закончатся так же благополучно.

Луганская область

Фото автора.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Алексей Коренев

Аналитик ГК ФИНАМ

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Юрий Юденков

Профессор кафедры «Финансы, денежное обращение и кредит» факультета финансов и банковского дела РАНХиГС

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости НСН
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня