Почему турки так легко громят хваленые русские «Панцири»

На днях сообщалось о серьезном противостоянии российских «Панцирей» и турецких беспилотных летательных аппаратов. Битва техники против техники состоялась в Ливии, и победителем из нее никто не вышел, зато различные СМИ теперь имеют возможность дать пару-тройку ярких заголовков, ибо, как сообщается, с обеих сторон имеются серьезные материальные потери.

Разумеется, ливийские «Панцири» эксплуатировались не россиянами, а ливийцами, но большинство турецких и прочих СМИ региона этот факт не особо волнует. Главное, что уничтожена российская техника, у которой в целом очень хорошая репутация. И уничтожена она не какой-то заморской диковинкой, проданной за баснословные деньги небезызвестной сверхдержавой, а своим родным турецким дроном. В целом эта ситуация хорошо демонстрирует проблемы в российско-турецких взаимоотношениях.

Гибридные войны на всем Ближнем Восток, а теперь и в Африке. Будет не совсем верно сказать, что Россия и Турция ведут опосредованную войну, ибо в целом у сторон неплохое политическое и экономическое взаимодействие, да и Путин с Эрдоганом, складывается ощущение, всегда друг другу рады — друзья такие. Однако не замечать того, что в Сирии и Ливии российские и турецкие военные и иного рода специалисты по большей части противостоят друг другу, тоже нельзя.

Очевидно то, что Анкара поддерживает в Сирии тех, кого Москва считает врагами, а именно сепаратистские группировки, среди которых полно откровенно террористических. В свою очередь мы уже который год удерживаем у власти Асада, которого Эрдоган неоднократно называл тираном, незаконно занимающим место президента Сирии. И вроде бы Путин с Эрдоганом улыбаются друг другу, но в Идлибе то вдруг десятки турецких военных погибнут, то под турецкий огонь россияне попадут и так далее. Впрочем, стало заметно, что дипломатическая близость Москвы и Анкары в последние месяцы несколько ослабла. Видимо, тяжело протекавшие переговоры по Идлибу повлияли на это. Хотя на то могут иметься и другие причины.

Например, Ливия. Ситуация в африканской стране немного похожа на ту, что в Сирии. По крайней мере, если рассматривать ее сквозь призму российско-турецкого геополитического противостояния. Анкара поддерживает Фаиза ас-Сараджа. Это — премьер-министр так называемого ливийского Правительства национального согласия — полупризнанной структуры, которая фактически имеет влияние лишь в некоторых регионах Ливии. Главный противник Сараджа и его окружения — Халифа Хафтар, бывший агент ЦРУ, ранее ненавидевший Муаммара Каддафи и бежавший от него за океан, а теперь претендующий на роль его наследника. Под контролем возглавляемой им Ливийской национальной армии находится почти 90% страны. Хафтара поддерживает Москва. Поддерживает полуофициально — как одного из участников гражданской войны, но без особого рвения. Да, он фаворит, но и Сараджа, если что, в любой момент можно будет пригласить в Москву и поговорить с ним.

Тем не менее, давно ходят слухи о реальной военной поддержке гражданина США Халифы Хафтара. Экзотический, конечно, нам союзник попался, но, похоже, выбирать не приходится. В общем, неоднократно сообщалось о многочисленных «вагнеровцах», здорово воюющих за дело ливийского фельдмаршала. Об том писали не только СМИ, но и говорили очень влиятельные фигуры. Например, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган неоднократно возмущался по этому поводу. Теперь, похоже, удивляться ему придется и по другим причинам. По поводу той же техники. Его СМИ много пишут о подбитых «Панцирях», но почти не уделяют внимание сбитым турецким беспилотникам «Байрактар». А сбито их, судя по всему, было немало.

Чтобы разобраться в ситуации, мы обратились к российскому военному эксперту Алексею Леонкову.

— Тут нет ничего удивительного. Ситуация во много схожа с тем, что в свое время происходило в Сирии. Проблема не в технике, проблема в людях, которые ее эксплуатируют. Уместно так сформулировать основное положение военного времени — не так страшна техника, как ее расчет. Насколько мне известно, эти поврежденные и уничтоженные «Панцири» в Ливии были успешно атакованы в момент, когда был израсходован боезапас. Сами по себе эти турецкие беспилотники «Байрактар» не очень опасны для «Панцирей». Но ливийцы, как в свое время и сирийцы, не совсем понимают, что такая техника должна работать в комплексе с другими. Ее надо прикрывать — либо другими системами, либо находящимся поблизости другим «Панцирем» с неизрасходованным боезапасом. Тогда технике ничего не грозит.

«СП»: — Насколько известно, турецкие беспилотники тоже были сбиты.

— Да, была информации о более чем десятке сбиты БПЛА. Но тут по ним отработали не «Панцири», а «Буки».

«СП»: — То есть у Хафтара в армии есть много нашей техники. Откуда она у него?

— Тут дело в том, что вопрос легитимности Хафтара до конца не закрыт. Он — участник гражданской войны, мы ведем с ним переговоры, и, если вы помните, пытались организовать полноценную встречу между ним и Сараджем, но стороны пока не склоны свести к миру ливийский конфликт. В общем, официально Хафтара мы поддерживаем не больше, чем некоторых других участников гражданской войны в Ливии. Это значит, что оружие мы ему не продаем, не дарим и ни в каких других форматах не предоставляем. Появились «Буки» и «Панцири» у него, скорее всего, из Египта, который поддерживает Хафтара в этой войне. Но если у ливийцев появилась российская техника, это не означает, что все их проблемы решены. Если бы, как в Сирии, технику завезли из России, то туда прибыли бы и российские специалисты, которые бы научили правильно эксплуатировать комплексы. Но все иначе, вот и получается, что расчеты действуют неверно — техника страдает.