Националисты «Незалежной» выбрали свою Вальхаллу

Котел вокруг нескольких группировок ВСУ на Украине сомкнется со дня на день. И встанет вопрос, что же делать с такой огромной массой людей? Уничтожать? Отпускать? Амнистировать? Наэтот непростой вопрос пробует найти ответ военный эксперт, полковник запаса Сергей Леона.

— По всем законам военной науки окружение воинских частей и подразделений — одна из главных задач подавления оперативных возможностей противника. Следующая задача — расчленение группировки на части, как пирог. Попавший в окружение противник поражается авиацией, артиллерий и минометным огнем. Он отрезан от поставки боеприпасов, горюче-смазочных материалов, медикаментов, продовольствия, вооружения (которое тоже, между прочим, выходит из строя), материалов, необходимых для ремонта сломанной техники, не имеет возможности эвакуировать раненых. И самое главное — лишен возможности маневрировать своими частями и подразделениями. Заметьте — наш противник уже десять дней без подвоза, а боеприпасы у него не заканчиваются. Это говорит только об одном — на Донбассе он готовил масштабную наступательную операцию.

«СП»: — История знает примеры успешного выхода противника из кольца окружения?

— Единицы. На память приходит разве что переход Суворова через Альпы. Генералиссимус попал в полное окружение в 1799 году, и сумел вырваться из котла неожиданным переходом всей своей армии через заснеженную альпийскую гряду. Правда для этого пришлось пожертвовать всей артиллерией.

Но после Суворова из таких котлов никто больше не выходил — если их самих не выпускали. Так в свое время избежала полного окружения и разгрома группировка ВСУ под Дебальцево и Иловайском. Есть мнение, что подавляющая масса тех, кого тогда отпустили, спустя несколько лет вернулась обратно на Донбасс довершать свое кровавое дело. И вполне вероятно, что сейчас они сидят в котлах уже второй раз: и на Донбассе, и в Мариуполе.

«СП»: — И что с ними делать? Уничтожать?

— Это самый острый вопрос дня. Во-первых, котел котлу — рознь. Формально Киев тоже скоро будет в котле. Но штурмовать его никто не собирается. Пока идет «естественный отжим ядовитой биомассы» из города.

«СП»: — Что вы имеете в виду?

— Посудите сами. Кто первый испугался военных действий и рванул на Запад? Те, у кого рыло в пуху. Те, кто проповедовал нацистскую идеологию. Те, кто ненавидит Россию и русских животной ненавистью и готов исступленно лизать пятки Западу. Вопрос: нам нужна такая аудитория? Да мы просто перекрестимся, если они уедут. А то ведь придется решать все их бесчисленные бытовые проблемы — кормить, поить, обустраивать… А в очередь за гуманитарной помощью эта публика рванет первой, расталкивая острыми локотками женщин, детей и стариков. У них же мораль будильника и нравственность пылесоса. Не проще ли и умней отпустить их туда, куда они рвались в своих влажных мечтах — на Запад. Встречай, Европа, новых «цеевропейцев»! А те, кому действительно дорога своя Родина, своя страна — останутся. Вот с ними и будем работать.

«СП»: — Но заходить в город и менять власть все равно придется…

— Разумеется. Но в идеале сделать это вместе с местными органами правопорядка. И лучше, если они сами об этом попросят. А это скорее всего произойдет неизбежно, потому что город уже захлестывает девятый вал преступности. Киев объят грабежами, страхом, паникой, какими-то дьявольскими потасовками, венцом которых зачастую становится расстрел оппонента. Город сотрясают ежедневные разборки и убийства. Власти же в свое время оружие раздавали здесь всем, кому ни попадя: налетай — не скупись — забирай живопись! И теперь здесь каждый — ковбой с автоматом, и у всех счеты со всеми. Автоматная очередь в упор стала решающим аргументом во всех коммерческих и межличностных спорах. Человеческая жизнь обесценилась в ноль. Киевляне стреляют друг в друга, как в американских вестернах ковбои в индейцев. И весь этот беспредел рано или поздно придется пресекать железной рукой.

А нынешняя власть в городе либо сама исчезнет, либо вежливые (или не очень) люди сделают ей предложение, от которого она не сможет отказаться. Оптимальным выходом для властей столицы Украины было бы вовремя исчезнуть, конечно. Я думаю, сейчас мэр и боксер Кличко уже на низком старте. И не за горами время, когда он в своей любимой Германии по старой памяти наденет боксерские перчатки и выйдет на ринг. Ну или напишет мемуары «Как клоуны, диджеи и боксеры раздували на Украине пожар Третьей мировой». Он же у нас волшебник слова, гений риторики и виртуоз метафоры. Хлеще Черномырдина. Так что бестселлеру гарантирована бешеная популярность. Но всех «генераторов хаоса» украинского политического Олимпа вскоре всего заменят теми, кто победит на выборах.

«СП»: — А как быть с донбасским котлом? И стоит ли амнистировать тех, кто с одной стороны, пролил море крови, с другой — закрылся живым щитом мирных жителей, нарушая все неписаные каноны войны, с третьей — дерется с яростью обреченных?

— Здесь ситуация намного сложнее. Весь военный опыт говорит о том, что противник в котлах очень опасен, и агония его непредсказуема. На Донбассе стерлась разница между нацбатовцами и всушниками. Мы все-таки рассчитывали, что между ними пройдет тектонический мировоззренческий и гуманитарный разлом, и они распадутся на два лагеря. Тогда работать нам было бы проще. Этого не случилось. И получается, что теперь все они — взбесившиеся и кровавые убийцы мирного населения. А такие в плен не сдаются. Да и не нужны они теперь в плену… Кроме тех, кому ну очень повезет. Другое дело, что процесс этот небыстрый. В месте их дислокации построены очень серьезные фортификационные укрепления и инженерные сооружения. Такая украинская линия Мажино. Так что саперам и взрывникам работы там — не на одну неделю. Труд — адский — разминировать и уничтожить всю эту линию обороны. Я ребятам искренне сочувствую.

«СП»: — И два слова о последнем котле — в Мариуполе.

— Здесь ситуация еще тяжелее. В котле — от десяти до пятнадцати тысяч нацбатовцев и многотысячный живой щит из мирных жителей на заводе «Азовсталь» и в других районах Мариуполя. Ситуация архисложная даже с военно-технической точки зрения. По сути, нацбатовцы сейчас действуют как террористы. Мир еще не знал такого прецедента, когда в одном месте такое количество террористов собирало такое количество задолжников. Беслан, Буденновск и Дубровка меркнут на фоне Мариуполя. И боеприпасов у них, судя по всему, хватает.

Тут тоже спешить нельзя. Надо придумать какое-то крайне нестандартное решение. С одной стороны, фактор времени играет в нашу пользу. С другой — страдают мирные люди. Сейчас над проблемой Мариуполя ломают голову самые светлые умы. И не только военные. И не только в России.