Сюэцинь Цзян: Американская разведка с удивлением рассматривает снимки Ирана, сделанные из космоса

21 апреля, во вторник, истекает срок согласованного в Исламабаде перемирия между США и Ираном. Приближение дедлайна сопровождается громкими заявлениями с обеих сторон.

В минувшее воскресенье замглавы МИД Ирана Саид Хатибзаде заявил, что его страна не собирается передавать американцам обогащенный уран. «Мы не станем принимать неприемлемый для нас вариант», — сказал дипломат.

Требование о передаче обогащенного урана (около 400 кг) стало камнем преткновения на переговорах в столице Пакистана, состоявшихся 11−12 апреля. Трамп, объявив о блокаде портов Ирана, надеялся «дожать» Тегеран, чтобы во время следующей встречи добиться подписания соглашения на условиях Вашингтона.

В ответ КСИР в минувшие выходные вновь закрыл Ормузский пролив, обстреляв для острастки два танкера, пытавшихся проигнорировать запрет.

Читайте также

Сюэцинь Цзян: «Иран не может победить флот США в обычном сражении, но может заставить его харкать кровью» 4 сценария блокады Ормузского пролива — от капитуляции Ирана, до выхода на арену ВМС Китая

В субботу вечером Трамп провел экстренное совещание в Белом доме по ситуации вокруг Ирана и Персидского залива. В совещании приняли участие вице-президент Джей Ди Вэнс, госсекретарь Марко Рубио, военный министр Пит Хегсет и министр финансов Скотт Бессент, спецпосланник Стив Уиткофф, директор ЦРУ Джон Рэтклифф и председатель объединённого комитета начальников штабов Дэн Кейн.

Хотя информация о том, что конкретно обсуждалось и какие решения были приняты, пока в прессу не просачивалась, состав говорит о многом.

В воскресенье Трамп вновь разразился угрозами в адрес Тегерана и одновременно заявил, что группа переговорщиков отправляется в Исламабад. Иран свое участие не подтвердил. А вскоре поступили сообщения, что американский эсминец обстрелял иранский танкер, который пытался прорвать блокаду.

Ясно одно: сам второй раунд переговоров, а значит, и мирное урегулирование конфликта, теперь под вопросом.

О том, как дальше могут развиваться события в своем канале на YouTube рассказал живущий в Пекине китайско-канадский аналитик Сюэцинь Цзян. Его анализ, сделанный несколько дней назад, основан на показаниях спутников, фиксировавших то, что происходит сейчас в Иране.

«Все понимают, что Иран использует двухнедельную паузу для восстановления своих сил. Было бы странно, если бы Тегеран этого не делал. Есть три вещи, которые заслуживают пристального внимания.

Согласно снимкам, которые изучили аналитики центра Джеймса Мартина по вопросам нераспространения, на иранских военных объектах произошли видимые изменения.

Первое и самое важное. Иран активно расчищает свои подземные ракетные базы, которые в самой стране называют «ракетными городами». Входы в несколько подземных туннельных систем, заваленные камнями после американских бомбардировок, были расчищены. На снимках видно, как интенсивно работают самосвалы и экскаваторы. Техника разбирает завалы, грузовики вывозят камни, входы в тоннели снова открываются.

Подземные ракетные города — это не просто склады, там сосредоточена вся инфраструктура для запусков.

Эту идею Иран развивает уже два десятилетия. Она основана на конкретной стратегической логике: выдержать первый удар, выжить под землей, расчистить выход и снова запустить ракеты.

Американские авиаудары в первой фазе войны били по входам в эти объекты, но то, что находится глубоко под землей, не уничтожили. Ракеты, пусковые установки, системы наведения остались целыми. К моменту окончания перемирия они будут готовы наносить ответные удары.

Второе видимое на снимках со спутников изменение. Иран активно восстанавливает свою систему ПВО. Радиолокационные установки, которые были поражены, либо восстанавливаются, либо заменяются мобильными системами, переброшенными из других районов.

Зенитно-ракетные батареи закрывают бреши, которыми пользовалась американская авиация в первой фазе войны. Система ПВО, на уничтожение которой США и Израиль потратили недели, собирается заново.

Третье. Иранские морские силы в Персидском заливе — быстроходные катера, суда для постановки мин, береговые противокорабельные системы — меняют дислокацию и пополняются. После 21 апреля они снова будут готовы вступить в бой.

Теперь посмотрим, что это значит для дипломатической картины, ведь снимки из космоса не существуют отдельно от всего остального.

Восстановление армии и дипломатический трек — это не противоположные действия, это два направления одной стратегии. Стратегия Ирана состоит в том, чтобы усилить свои позиции на переговорах. Каждая ракета, которую удается привести в готовность, каждая передислоцированная батарея ПВО, каждый быстроходный катер — это инструмент на переговорах.

Тегеран отлично понимает, что американская разведка следит за тем, что происходит на земле или на море.

И посылает сигнал: мы пережили ваш первый удар, мы восстанавливаем свою боеспособность, цена следующего раунда войны будет еще выше. Тегеран получает больше дипломатического пространства, чтобы пойти на ограниченную уступку по своей ядерной программе.

Читайте также

«Вероятно, будут жертвы»: Трамп направил еще 10 тысяч морпехов в Персидский залив, спецназ отрабатывает абордаж The Washington Post: Президент США подбодрил моряков — потопим все, как было в Венесуэле

В то же время дальнейшее продление переговоров не устраивает Израиль, который хочет ликвидировать ядерную программу Ирана навсегда, и не дает Трампу возможность объявить о своей победе, что для него сейчас очень важно. Поэтому вероятность продления перемирия без каких-либо серьёзных уступок со стороны Тегерана, невелика. Я оцениваю ее в 15%.

При этом если Иран выступит с конкретным предложением по ядерному вопросу, причем с позиции восстановления сил, вероятность дипломатического прорыва несколько увеличилась и может составить, по моим расчетам, 35%. Не потому, что желание идти на компромисс стало сильнее, а потому, что военный баланс, в рамках которого идут переговоры, сместился в сторону Ирана.

Однако самым вероятным сценарием остается возобновление боевых действий. Изучая снимки из космоса, американская разведка понимает, что оказалась перед выбором: либо принять усиление противника, как новую реальность, либо попытаться ослабить оборону Ирана, пока она не стала еще крепче.

Каждый день бездействия — это день, когда иранские ракетные города становятся более боеспособными, ПВО опаснее, а морские силы — выгодно размещенными. Поэтому вероятность того, что конфликт вновь выльется в горячую фазу — 50%.

Иран имеет в своем багаже богатый опыт войны с Ираком, которая длилась восемь лет и во время которой тоже были периоды прекращения огня.

Тегеран выработал очень хорошее понимание того, как использовать паузы в боевых действиях в длительной войне. Эти знания он шлифовал четыре десятилетия, поэтому, как только наступило перемирие, Иран мгновенно приступил к восстановлению сил.

В значительной степени быстрой ликвидации последствий налетов способствовал тот факт, что за долгие годы Иран смог сконцентрировать свои основные ресурсы под землей, построив под скалами хорошо укрепленные города.

Они уцелели после массированных атак с воздуха. Пентагон это явно не учел, полагая, что сразу заставит Иран капитулировать.

Америка может видеть, как расчищаются входы в тоннели, но не может остановить восстановление военного потенциала Ирана без дальнейшей эскалации. Однако стратегическое преимущество США тоже имеет свои пределы. Это касается не только арсеналов, но и внутриполитических издержек.